Чтение онлайн

Опять? Опять красное?

В спальне отчетливо пахло эликсирами — этот запах он больше не перепутает ни с чем, и опять тяжелая голова.

Он аккуратно ощупал лицо.

Губа разбита, на скуле начавший заживать синяк, поцарапаны пальцы и болит шея. Он потер шею — болит, как будто ему хорошо врезали… или он падал…на плечо.

Зато в мыслях совершенная ясность, кристальная чистота и тишина, как бывало уже не раз после того, как он терял контроль.

Коста нахмурился, пытаясь вспомнить причинил ли он вред госпоже Эло…

Что случилось?

За дверью негромко переговаривались — невнятно доносились отдельные голоса.

Служанки?

Коста перекатился по кровати, нащупал рядом и нырнул в домашние тапки. Перепоясался, надев халат, и бесшумно прокрался к двери спальни.

***

Поместье Фу, кабинет Главы

Вечерний совет

— Это уже за Гранью, это будет невозможно объяснить, Нейер! Как? Скажи мне, как мы объясним, если он вдруг выйдет из себя, почему у наследника Фу первой линии так сильно проявлена кровь чужого клана? Если даже Хаади заметил, что это похоже на боевой транс этих дикарей, остальные не глупее? Как. Мы. Это объясним?!

— Объяснить можно все, — Нейер сдвинул брови. — Весь вопрос в том, как сделать это объяснение убедительным.

— Арры! — Вспыхнула Эло. — Даже здесь умудрились подсунуть порченный товар… Почему мы не могли получить нормального мальчишку? Правильно воспитанного?!

— Мама помолчи… я думаю, — прервал ее Глава.

Менталист не вмешивался — молча цедил сладкий чай, который хоть немного ослаблял напряжение в висках после работы. Допросить и бегло просмотреть шестерых — ровно столько рабов-северян нашлось на рынке Ашке — и все быстро, это сложно даже для него.

Они не узнали ничего нового, точнее подтвердили выводы, к которым пришли ранее. Двое рабов работали в старом городе в предгорьях Лирнейских, и их выгнали за воровство. Хотя ему было сложно понять, какой смысл в работе, если весь заработок за декаду ты тут же спустишь в таверну, а потом ещё и украдешь у других, когда не хватит. Работать, только чтобы пить? Но северяне — дикий народ, у них свои понятия, не имеющие ничего общего с южными ценностями.

Зато в тавернах много выпивки и много разговоров. Юных Хэсау действительно не выпускали до шестнадцати зим. Если молодняк прибывал в город — их непременно сопровождали Наставники. Решение проблем с помощью физической силы и плетений — обычное дело. И… все Хэсау физически развиты, а этого невозможно добиться без регулярных тренировок. Значит, они так учат молодняк, чтобы у них не оставалось ни времени, ни сил на вспышки. Но мальчишку и так завалили учебой по самую голову и тем не менее — он сорвался.

— И я — против! — Не вытерпела, прервав общее молчание госпожа. — Теперь я против того, чтобы брать его к Да-арханам. Рано! Что ты будешь делать, если он сорвется там, Нейер? На вассалов или… наследников?

— Я уже выслушал твое мнение по этому вопросу, мама…

— Выслушал, но не принял к сведению! Пусть это были бы ЯнСи или Сей… — Всплеснула она руками. — Но не Да-арханы, Нейер!

— С этого момента клан Фу поддерживает финансово и Храм Великого… — Без перехода уведомил Глава.

— Что-о-о?

—…в равных долях. Поделить пожертвования — Храм Немеса, Храм Нимы, и Храм Великого. Чтобы знали, что клан поддерживает Наследника. И пусть… пусть рисует эту доску перед входом.

— Ты всегда идешь у него на поводу, Нейер! — Возмутилась госпожа Эло. — И разрешаешь то, что запрещаю я! Ты даже клятву ученика поэтому принял, и…

— Тебе тоже не мешало бы поддерживать, мама. Он ничего у нас не просил, пусть занимается тем, что любит открыто, чем прячется и чувствует себя несчастным… Тебе напомнить, что произошло перед «вспышкой»? — Нейер поднял рваные обрывки пергамента со стола. — Приоритеты — сначала клан, затем все остальное. Если он справляется — пусть рисует. Не знаю… пусть подпишет тебе все фиалы в лаборатории, у него прекрасный почерк, или зарисует травы и цветы в твои «ядовитые» альбомы… Вместо того, чтобы запрещать — направь ресурс в нужное русло…

— Я — против, Нейер! Не может наследник Фу совать эти… эти доски! О-о-о… это просто невероятное унижение! Это худшее, что может быть — сравняться с чернью…

— Мой наследник, — Глава сделал ударение на первое слово, — может позволить себе всё, что угодно, если это не вредит клану. И — худшее? Разве совсем недавно он не был лучшим? Посланным самой Нимой? Ты так быстро забыла о своей идее, что он получил «родовой дар Фу видеть плетения артефактов»?

Госпожа несогласно поджала губы, но замолчала.

— Я снова предлагаю подробно посмотреть, чему учил его этот… Вериди, — вмешался менталист.

— Нет, — возразил Глава. — Мы уже обсуждали это, мальчик должен привыкнуть к нам, и не сравнивать своего мастера… для этого нужно время, много времени… а если ты каждый день с утра несколько декад подряд будешь доставать воспоминания о бывшем наставнике, это точно не будет способствовать тому, чтобы он почувствовал себя частью клана Фу.

Менталист протяжно вздохнул, но… в чем-то господин Нейер был прав.

— И все же…

— Нет, Дэй. Не раньше, чем через ползимы, не раньше, чем он проведет свой первый ритуал на алтарном камне успешно… и я буду уверен… И потом, я и так знаю, кого из него растили…

Менталист приподнял бровь.

— Зачем ученику каллиграфа знание всех водоносных жил и протоков Восточного предела? Для развития памяти? — Насмешливо продолжил Глава. — Он помнит и может нарисовать двести сорок рун основного круга жертвоприношений без единой ошибки, ты в курсе.

Госпожа Эло приоткрыла рот.