Чтение онлайн

Коста пошевелил пальцами в кармане.

Маленького наперстка не хватит на всю доску, даже если он попытается экономить краску. Ещё нужна основа — доска, её он тоже не сможет сделать самостоятельно.

— Воу, что это… зачем тебе… Пчхи… — Миу снул нос рядом с краской, дыхнул, вдохнул, чихнул, и золотистая пыльца осела на столе и его ресницах.

— Молодой господин, я же просил не дотрагиваться, — Почти взмолился помощник. — Это бесценная краска!

— Бесценны только люди, все, что имеет стоимость — можно купить, — Миу чихнул ещё раз. — Сколько?

— Три феникса.

— Заплати за ущерб, — Миу лениво взмахнул одному из охраны, который и носил с собой кошель. Коста не знал, ограничивают ли в тратах Младшего Да-архана, но то, как фениксы летели направо и налево впечатляло. — Для чего это тебе?

Коста поправил кади на лице, скользнул взглядом по лицу помощника старика Вана — узнать в нем ученика Октагона невозможно, Наставница позаботилась даже о голосе, но…

— Я дал слово жрецам нарисовать храмовую доску. И слышал, что самые лучшие материалы для работы продаются именно здесь.

— Истинно так. Лучшее из лучшего, что можно найти. Молодой господин… каллиграф? — Уточнил Помощник бросив взгляд на их простую одежду, и кади без украшений.

— Молодой господин просто иногда рисует, — парировал Коста. — Уровень, недостойный даже младшего писаря.

— Храм мог бы заказать доску у нас. Мы исполним заказ в лучшем виде, наши доски в Столице занимают почетное место…

— Это храм Великого, — добавил Коста насмешливо.

— Хоть Храм Грани, — быстро нашелся помощник, — если они могут платить, мы выполним заказ.

— Покажите другую краску, которая подойдет для этой работы.

— Это — лучшее! Не стоит…

— Господин попросил показать другие краски, — зычный низкий хрипловатый голос Хаади раздался сзади. — Выполняйте.

Помощник не изменил выражение лица, не показал недовольства, с такой же любезной, и как будто приклееной на лицо улыбкой начал показывать товар и доставать каталоги.

Миу притих и внимательно следил за тем, что именно смотрит Коста и что спрашивает.

Наконец, Коста остановил выбор на простом, надежном, но очень качественном красителе. Проверенном, который, он уверен был точно, прослужит не один десяток зим под палящим светом светила. Да, не такой яркий и не такой красивый по глубине оттенка, и переливаться будет не так, искрясь частицами золота, но это то, что мог себе позволить. Лучшее из возможного, что он мог купить на заработанные деньги.

— И вот эти кисти… Покажите вот эту «девятую» и «вторую»…

— Я бы рекомендовал «третью», господин, если вы никогда не писали доски, работать «второй» будет…

— Вторую, — перебил Коста твердо.

Он работал. Он писал. И он точно знает, почему для его руки «третья» не лучший выбор, проведя столько времени на сходнях Мирии.

— Как пожелает, господин…

Основу для доски он выбрал самую простую, без покрытия. Решив, что Наставница пустит его в свою драгоценную лабораторию и он смешает и приготовить грунт и закрепитель, как они не раз варили с Мастером Хо — с этим он справится, не стоит тратить деньги. Большой весовой наперсток самой недорогой краски, и одна кисть. Пять фениксов — ровно столько стоил его заказ.

— Господин должен знать, что нужно время для подготовки и смешивания красителя. Оставьте предварительную плату — один золотой. Аванс не возвращается в случае отказа. Забрать заказ можно будет завтра.

Коста кивнул и выложил один кругляш из кармана.

— Ох, молодой господин, пожалуйста не трогайте… — Подскочил Помощник, видев, что заскучавший Миу опять направился к стеллажам. — Лучше изучите вот это… Юного господина интересует живопись и каллиграфия, верно? Мастер Ван — лучший каллиграф во всех пределах открывает этой зимой Южную школу истинной каллиграфии… Вот свитки, здесь указан подробный план, программа, плата за обучение и возможность сдать экзамен, получив звание сначала младшего писаря, а в дальнейшем и Мастера, — Помощник гордо показал свою печать.

— Мастер Ван лучший во всех пределах? — Округлил глаза Миу, выхватив свитки из рук.

— Лучший, — твердо произнес Помощник старика Вана.

Коста только скептически приподнял бровь.

Глаза у Миу вспыхнули и загорелись разом, как только он просмотрел, даже не прочел полностью программу обучения.

— Я хочу, я хочу, как записаться?

Помощник оказался не готов к такому напору, но нашел выход:

— Вам нужно подрасти, юный господин, поставить руку и тренироваться, до тех пор, пока вам не исполнится четырнадцать, мы принимаем…

— Я уже умею! Я могу! Я хорошо пишу и даже рисую! Син, скажи ему!

— Даже так, юный господин, нужно сдать проходной экзамен и…

— Так давайте я сдам, прямо сейчас! — Напор Миу было не остановить. — Вот кисти, тушь и свитки — всё есть. Проверьте меня!

— Юный господин, вы не готовы…

— Проверьте, немедленно! — Голос Миу стал властным и требовательным, мягкие нотки пропали, и сразу вперед шагнул один из сопровождающих — Дан и сделал знак Помощнику — «выполнять».

Ученик Мастера Вана неохотно повиновался. Разложил на пустом столе пергаменты, тушь, и кисти, и кивнул:

— Хорошо, как пожелает юный господин. Вот тушь и кисти. Начертайте знак «Кай» — вечность, — мягко попросил помощник.

Коста приподнял бровь и шумно выдохнул — задача явно невыполнимая для маленького Миу, это понимал даже он. Один из самых сложных символов, более двенадцати штрихов на горизонте, три касательных, и потом ещё нужно замкнуть в единый знак. Помощник Вана решил посмеяться над ребенком, заранее поставив невыполнимую задачу.

Миу принялся с рвением, пыхтел, старался, но ошибся уже в первых трех штрихах.

— Готово.

Рисунок был детским. Уровень каллиграфии допустимо-сносным, чтобы это было можно прочесть, но недопустимо-небрежным, если речь шла об обучении каллиграфии.

Миу пододвинул пергамент.

— Посмотрите, Мастер. Я достоин учиться в вашей Школе?

В глазах Миу светилась надежда и ожидание.

Помощник развернул к себе рисунок — и в его глазах отчетливо сверкнула насмешка и презрение, смешанное с превосходством. Но так быстро, не наблюдай Коста внимательно — ничего не увидел бы. Мастер прекрасно владел лицом. Но… он — увидел.