Чтение онлайн

«Взлом бортового компьютера осуществлен успешно, — тем временем доложила Эмма. — Расположение конечной точки маршрута…»

Продиктовав мне точную широту и долготу, она добавила, что у ардэ также имеется возможность выхода в Сеть.

«Отлично, — хмыкнул я. — Личный номер Кри помнишь?»

«Конечно. В индивидуальном браслете субъекта „Беш“ он был дополнительно обозначен как „папашка“».

О как.

Папашка, значит? Как-то маловато у засранца почтения к отцу. Впрочем, их отношения — это их личное дело. Тогда как я всего лишь долг отрабатываю. И мне позарез надо успеть с этим до утра.

«Ориентировочное время прибытия до цели составляет восемь мэнов и тридцать пять сэнов, — снова отвлекла меня от размышлений Эмма. — Характер цели на моих картах не указан. Схема подземелий пока неполная. Но с учетом того, что в округе почти перестали встречаться ауры живых, могу предположить, что нас везут в малопосещаемое место. Сообщение субъекту „Кри“ также отправлено. Ориентировочное время прибытия подмоги может варьировать от полутора до двух рэйнов в зависимости от расторопности его людей».

Вскоре, как подруга и предположила, машина и впрямь начала постепенно замедляться. А мэнов через десять автопилот и вовсе переключил режим с воздушного на наземный. Машину при приземлении прилично тряхнуло. Но при этом скорость она снизила совсем ненамного, после чего просто покатилась по достаточно ровной поверхности и спустя еще несколько мэнов наконец остановилась, знаменуя тем самым конечную цель нашего путешествия.

Как только ардэ остановился, я выпустил найниит на максимально возможное расстояние и, обшарив доступное пространство, мысленно присвистнул, обнаружив, что мы, судя по всему, находимся в огромном подземном бункере, больше похожем на ангар. Причем пустой ангар. И, судя по всему, заброшенный, потому что ни стен, ни мебели, ни транспорта, ни других крупногабаритных предметов я, как ни старался, на расстоянии в десять майнов так и не нащупал.

Когда машина остановилась, позади нее послышался громкий скрип и грохот железа. Но я не сразу сообразил, что это просто закрываются гигантские ворота. Ну а когда услышал хлопанье дверей, велел Эмме снова меня усыпить, дабы похитители раньше времени не всполошились.

В итоге в себя я пришел еще примерно через четверть рэйна. Уже один. Без мешка на голове. В холодной комнате. Лежу, понимаешь, на неудобном железном столе и загораю под светящей прямо в морду огромной прямоугольной лампой, которая по размерам почти не уступала моему сомнительному ложу. При этом из одежды на мне опять остались одни трусы, руки-ноги оказались надежно зафиксированы железными браслетами, да и на лбу мешался широкий стальной обруч, из-за которого даже голову оказалось толком не повернуть.

Ну прям ни дать ни взять заставка для кровавого триллера про жертву серийного маньяка.

«Внимание, — подчеркнуто ровно сообщила Эмма, скинув мне для верности картинку. — В пределах действия управляющего поля обнаружена работающая видеокамера».

Я поднял взгляд на противоположную стену и действительно — под самым потолком, светя мне точно в рожу, и впрямь висела новенькая компактная камера, которая, похоже, транслировала происходящее куда-то на сторону.

Так. Кажется, я совершенно перестал понимать происходящее.

Если Беша хотели похитить ради выкупа, то его достаточно было увезти подальше и предъявить его отцу ультиматум.

Если его надо было убить, то проще это было сделать прямо в клубе. Ну или по дороге сюда, а потом куда-нибудь на видное место подбросить изуродованный труп с запиской, за какие грехи с ним так поступили.

Если бы Беш сам по дурости во что-то вляпался, и все это никак не связано с Кри и его делами, то не было бы смысла снимать меня на камеру. Запугивать ведь можно и в обычном подвале. Выбивать информацию и подавно. А также пытать, калечить и, вообще, любым удобным способом вымещать на одурманенном парне злость.

Но если сюда меня привезли живым и здоровым, если изначально меня никто не трогал, а теперь умышленно разбудили и демонстративно разложили, как лягушку перед вивисектором, то получалось… получалось…

«Эмма, запись уже идет?» — спросил я, придя к совершенно однозначному и не слишком утешительному для Кри выводу.

«Да, — откликнулась подруга. — Трансляция ведется всего на один канал, но конечного потребителя я определить не могу».

«Звук тоже пишется?»

«Нет. Трансляция ведется исключительно по видеосвязи».

Очень интересно…

«Хорошо. Тогда выруби ее, когда скажу. Что-то мне не нравится происходящее».

Неожиданно где-то сбоку громко скрипнула дверь, и я слегка приподнял голову, намереваясь взглянуть на решившего меня навестить гостя. Но почти сразу приуныл, обнаружив, что это какой-то левый мужик. Судя по габаритам, обычный громила, от которого я не только информации не ждал, но и не видел смысла возиться.

К счастью, следом за громилой внутрь почти без шума вошел еще один человек, и вот при виде него мне словно бальзамом капнули в душу: не слишком высокий, но крепкий, подтянутый, определенно с военной выправкой господин в дорогом костюме, который по определению не мог быть случайным прохожим. Морда у него оказалась не очень выразительной. Черты лица мелкие, невзрачные. Губы тонкие. Подбородок узкий. Аура обычная. Взгляд холодный. Но при этом от мужика пахло властью, силой и… равнодушием, что ли? Как будто ему было одинаково комфортно находиться и в окопе, и в роскошном отеле.

— Здравствуй, Беш, — тихим невыразительным голосом произнес он, остановившись точно под камерой, так, чтобы без звука было непонятно, есть рядом со мной посторонние или нет. — Как у тебя дела?

Я скривился.

— Дела вообще-то неважно. Но что-то мне подсказывает, что вы и так уже в курсе.

— Да, — непонятно отозвался гость. — Ты, наверное, удивлен и разочарован. Даже, может быть, зол и думаешь, что у тебя есть повод меня ненавидеть. Но так будет лучше. К твоему большому сожалению, твоя смерть намного больше отвечает нашим планам, нежели все остальное. Так что ничего личного. Это всего лишь бизнес. Тем более, если помнишь, сохранность жизни тебе никто не гарантировал.

Я быстро покосился в сторону камеры.

— Э-э… Вы сейчас о чем?

— Ты знаешь. Я, собственно, зашел сказать только это. А все остальное мы потом обсудим с твоим отцом. Предупреждение он, к сожалению, проигнорировал, но после того, как он просмотрит сегодняшнюю запись, ему придется принять наши условия. Ведь, помимо тебя, у него есть еще и дочь. И уж ее-то он точно не захочет однажды увидеть на этом столе. Прощай.

С этими словами мужик сделал небрежный знак оставшемуся у двери громиле. Тот спокойно кивнул, достал из кармана какую-то коробочку и, кивнув на зависшую надо мной лампу, спокойно бросил: