Чтение онлайн

Ахау считался покровителем солнечного света, богом огня, олицетворением тепла и мудрости, звездой, защищавшей индейцев от темной и опасной ночи. Они верили, что без бога Солнца было бы невозможно создание мира и жизни в нем.

Посреди площади стояла небольшая статуя в человеческий рост с ликом этого бога: клинообразная бородка, кстати, насколько я помню, – это единственный бог, который изображался с бородой, - крючковатый нос с изображённой на нем спиралью, сточенные верхние зубы и большие квадратные глаза. Вокруг него разместились люди разных возрастов, которые возлагали разнообразные дары к его ногам.

Нас отвлекли от созерцания статуи: взрослые женщины, схватив нас за руки, потащили украшать и переодеваться к празднику. И, если я отказался, потому что я не картина, чтобы меня расписывать и украшать, то Любава, как истинная девочка, принялась с восторгом перебирать украшения. В ее глазах было столько радости, что я не смел ей мешать. Она нацепила на голову какую-то цепочку, которая охватывала её с двух сторон, и спускалась на переносицу жемчужиной. Под одобрение женщин, продолжила дальше выбирать себе побрякушки.

– Это вы отправитесь на испытание? – Повернув голову в бок, я увидел парня, которого узнал. Именно он охранял вход в пещеру. Индеец смотрел на меня с вызовом. – Я очень надеюсь, что вы не будите путаться под ногами! – развернувшись, он пошел прочь.

– Надейся! Мы можем, вообще, побыть у входа, если ты добудешь то, что нам надо.
– Усмехнулся ему вслед.

Эпоха индейцев Майя. Глава 24

Матвей

Ко мне подошли два индейца и попросили следовать за ними. Остановившись у небольшой хижины дали понять, что во время нашего с Любавой пребывания здесь – она наша.

Хижина состояла из одного помещения: полы устланы циновками, шкуры животных вместо кроватей и тонкая вышитая ткань вместо покрывала. Я повесил сумку с реликвиями на крюк, который торчал из стены и растянулся на мягком ложе. Как же я устал! Вздремнуть бы пару часиков…

Проснулся от звуков барабанов и запаха готовящейся пищи. Вышел наружу и огляделся: все собрались на площади и что-то кричали.

Остановил одного из индейцев, который бежал в сторону леса.

– Дерево жизни! – воскликнул он. Я побежал за ним. Где, черт возьми, Любава!? Тут что-то происходит, а она где-то прохлаждается!

Уже знакомый мне индеец рубил громадное дерево. Один! Он не пыхтел и не пыжился. Его движения были отточены. Силен, гусь!

Дерево было без сучьев, поэтому, когда парню удалось завалить этого гиганта, несколько индейцев отнесли его в центр города, не задевая, и установили, укрепив со всех сторон.

На импровизированных мангалах жарилась оленина, кролики, птица... И тут я увидел Любаву, которая стояла с какой-то индианкой и что-то отхлёбывала из тыквенной чаши. Надеюсь это алкоголь, мне бы он сейчас не помешал. Взяв у неё из рук напиток, опрокинул в себя и тут же выплюнул.

– Что это?
– мерзкое пойло.

– Это отвар из толчёной кукурузы.
– Пояснила амазонка, улыбаясь.
– Мне сказали он хорошо влияет на пищеварение.

– Какое к черту пищеварение?! Я хочу выпить! – рядом стоящая девушка, протянула мне похожую тыквенную чащу и объяснила, что это алкогольный фруктовый напиток из агавы. – Вот это другое дело! – одобрительно произнёс я, сделав глоток.
– Что здесь происходит?
– спросил я у индианки.

– Это подготовка к празднику солнца! Скоро наши мужчины будут танцевать ритуальные танцы, и просить солнце послать хороший урожай и призвать зверя перед охотой.

Звуки бубна и каких-то трещоток зазвучали ещё громче. Все были нарядно одеты.

Вперёд выступил шаман, прикурил трубку и передал следующему. Затем начал что-то бормотать, закатил глаза и затрясся. Я чуть не заржал в голос. Он же сейчас в обморок упадёт.

– Сейчас будет танцевать все племя и тогда вспыхнет новая энергия. Люди станут сильнее, их дух, как и тело укрепится.

Курительная трубка передавалась из рук в руки между членами высшей иерархии. Шаман продолжал топать ногами, кружиться и что-то нашёптывать. Когда последний из индейскихшишекзатянулся, курительную трубку передали мне. Посмотрев на это изделие, к которому прикасалась чёртова куча индейских ртов, я было засомневался, стоит ли поддержать их никотиновое безумие, но взгляд индейца убедил меня в том, что я мыслю неправильно.

Несколько девушек повели Любаву к так называемому столу. Поесть, так сказать. До меня никому дела не было и я снова отхлебнул напиток. В голове застучали молоточки, соперничая со звуками ритуальных барабанов.

Трубка опять перешла ко мне в руки и я затянулся более охотно, чувствуя, как появляется горечь на языке.

Меня шатнуло в сторону и я привалился спиной к ближайшему зданию. Ко мне подошла все та же индианка и назвалась Кханой.

– Пойдем! – сказала она. – Сегодня ты проведёшь со мной ночь.

– Кхана, ты красивая девушка, я не спорю, но я пас. – Я хоть и одурманенный парами алкоголя и курительной смесью и люблю всякого рода экзотику, но она совершенно не мой типаж. Мой типаж сидит себе спокойно и лопает какую-то хрень.

– Что такое пас?

– Против я! Что тут непонятного? – огрызнулся и направился попробовать то, что они тут наготовили.

– Но почему, разве Кхана тебе не нравится!? – удивилась девушка, вставая прямо перед моим лицом и широко улыбаясь. Точно как при покупке лошадей, демонстрируя свои зубы. Лошадка она может и необъезженная, но дрессировать мне ее совсем не хочется. Я смотрел как-то фильмапокалипсис...откуда я знаю, чем она себя намазала, может суну своего дружка в её норку и вытащу беднягу без кожи. Вон у неё, все лицо покрыто какой-то смесью! А может там у неё, вообще, капкан какой стоит?! Прихлопнет, как в мышеловке. Я, конечно, парень рисковый, что уж тут скромничать, но не настолько.