Пехотинец
Шрифт:
Тощий, практически болезненно худой, что крайне не привычно встретить в войсках Федерации. С красивым лицом богача, которому бы владеть собственной планетой и лишь на словах подчиняться законам нашего славного государства.
Его руки вряд ли со времён учебки держали что-то, тяжелее ручки.
Но я нутром чуял, стоит мне только рыпнуться или задать неправильный вопрос, как от меня избавятся.
– И всё же, — первым тишину нарушил телепат. Расслабив плечи, он удовлетворительно кивнул, вновь пряча руки за спиной и продолжая путь, — вы хороший солдат, Томас.
– Сэр?
– Признаться, я боялся, что после вашей выходки с майором Хавоком вы окажетесь идеалистом.
Размышляя вслух о моём преступлении против Федерации, как будто о всяких пустяках, он играл интонациями, то и дело добавляя в них наигранного возмущения или удивления.
– Но чем больше я общаюсь с вами, тем лучше понимаю, как вы мыслите, — иронично ухмыльнувшись, майор добрался до последнего этажа и, введя код на приборной панели, раскрыл нараспашку, — знаете, Томас, возможно вы подходите нам куда лучше, чем я ожидал.
Тело моментально покрылось холодным потом. Я с самого начала понимал, на что намекает майор и к чему все эти разговоры обычно холодных и необщительных мозгокопателей, но столь прямого предложения ожидать было сложно.
Каждый в десанте был наслышан о пси-корпусе и методах его работы, но больше всего бойцы мусолили слухи о том, что всякого, кто согласился пойти к ним, больше никогда не видели. Ни родители, ни друзья, сослуживцы или старшее командование.
Солдаты просто растворяются на просторах Федерации, теряясь на фоне тысяч других и их имена медленно стираются из всех баз данных, пока со временем только самые близкие люди не будут вспоминать о них.
Тряхнув головой, я раскрыл рот, чтобы дать ответ, но в этот момент мы вышли в коридор первого этажа, где передо мной открылась занимательная картина.
Сотни солдат в чёрной силовой броне медленно и деловито обходили комплекс, осматривая каждый угол, и наше появление среди них не вызвало никакого ажиотажа или волнения, лишь пара бойцов подбежали к майору, отчитались о положении дел, после чего ушли восвояси, продолжая исследовать огромный комплекс института.
Мы шли сквозь копошащихся солдат, удивленно разглядывая изменившийся интерьер. Повсюду стояли кучи оборудования, ящики с оружием и боеприпасами. Десятки кейсов с автоматическими турелями и многие другие радостные для десантника вещи.
«С такими вещичками мы бы и сами порешили всех тварей внизу».
– Сомневаюсь, Томас, — вновь прочтя мои мысли, телепат вёл нас дальше, не давая даже секунды передышки, — несмотря на ваш ошеломительный успех в сокращении роя, внизу ваши шансы на выживание были крайне малы, не говоря уже об убийстве самого объекта КМ-14.
– КМ-14?
В голове возник образ огромной твари, заключённой в кандалы с шипами. Вокруг неё бродили сотни других уродцев, оглашая пустоты помещения своими криками.
– Ксеноморф-матка, — понимающе кивнув, майор взмахнул полами плаща, скривив губы в отвращении, — крайне сильна ментально. Настоящее чудо, скажу я вам, Томас. Чем больше особой присоединялось к её рою, тем сильнее она становилась. Но даже КМ-14 ничто в сравнении с мощью человеческого разума.
– Сэр?
– Мерзкая тварь может влиять на разум слабых людей. Мешать нормально мыслить, путать образы и так далее. Именно она влекла вас в рубку связи, Томас, чтобы вы вызвали подмогу на общевойсковом канале и сюда спустились тысячи мобильных пехотинцев, — поясняя мне масштаб проблем, что могли произойти, если бы мы вскрыли двери в рубку связи, майор провёл нас мимо знакомых коридоров, откуда открывался вид на столовую. Внутри виднелись десятки бойцов со значками медиков, а с полотка свисали охранные турели, — особь крайне... М?
Я и сам не заметил, как отклонился от маршрута и, отойдя в сторону, заглянул внутрь столовой, ожидая увидеть что-то неприятное, но вместо этого там оказался обычный полевой госпиталь, где в данный момент проходили осмотр выжившие работники института.
– Не ожидали, что они живы? Вы действительно о нас слишком плохого мнения, Томас.
– Виноват, сэр. Поддался влиянию слухов.
– Ой, перестаньте, — заливисто рассмеявшись, майор махнул ладонью, отгоняя плохие мысли, — можете не пытаться. Хотя я удивлён, что такого прожжённого вояку волнует судьба простых людей.
– Они ценные специалисты, — я не стал пытаться даже говорить о возвышенных целях, прекрасно зная, что собеседник прочитает в моей голове всё, ещё до того, как раскрою рот, — их потеря...
– Можете не продолжать, я услышал, что хотел, — кивнув своим мыслям, мужчина развернулся на каблуках, вновь направляясь на выход, — вы правильно думаете. Ни к чему тратить столь полезные ресурсы, если их можно использовать в другом месте. К тому же, никто из них даже понятия не имеет, что произошло на самом деле.
«На самом деле...».
Картина складывалась, потихоньку, но я примерно начал понимать, что произошло, и чем больше открывалось мне, тем сильнее я старался отогнать эти мысли подальше, надеясь, что не успею додуматься до главного.
– Не бойтесь, Томас. Вы уже обеспечили себе и своему отряду право на жизнь, — глянув через плечо, майор хитро улыбнулся, прикрывая глаза, будто смакуя момент, — мне интересно, к чему вы пришли.
– Я ещё не готов сделать выводы, сэр. Моё дело сражаться...
– Вы себя недооцениваете, лейтенант. У вас хороший потенциал, особенно с вашей сопротивляемостью телепатическому воздействию.
– Сэр?
– Как вы думаете, сколько в составе пси-корпуса телепатов моего уровня, тех, кто беспрепятственно может проникнуть в любой разум, сквозь толщи металла и земли? Удерживать сотни тварей на месте, мешая им ринуться на нас после вашего славного забега по четвёртому этажу?
Он ещё продолжал говорить, а я же с дрожью в руках вспоминал о тех навеянных образах королевы и её войска, что втемяшились мне в голову. Орды жуков, отвращение к ним и моя жажда разрушений и сражений, хотя мы легко могли отступить или хотя бы продвигаться в разы аккуратнее и медленнее, сохраняя немногочисленные жизни ребят.