Пена дней
Шрифт:
Импровизированная мужская раздевалка располагалась в кабинете Исидиного отца, из которого предварительно убрали всю мебель. Приглашенные сбрасывали верхнюю одежду прямо на пол. Колен поступил так же. Перед зеркалом он задержался.
— Давайте быстрее, — торопила его Исида. — Сейчас я вас буду знакомить с красивыми девушками.
Он взял ее за оба запястья и прижал к себе.
— На вас чудесное платье, — сказал он.
Это было совсем простое шерстяное платье миндального цвета с большими позолоченными керамическими пуговицами и тонкой кокеткой из железных прутьев на спине.
— Вам, правда, нравится? — спросила Исида.
— Потрясающее платье, — подтвердил Колен. — Интересно, если я просуну руку через прутья, оно меня не укусит.
— Этого я вам не могу обещать, — ответила Исида.
Она высвободилась из объятий Колена, решительно взяла его за руку и увлекла в самую гущу гостей. По дороге они столкнулись с двумя только что прибывшими представителями сильнейшего из полов, проскользнули по паркету за угол, миновали столовую и влетели в общую кучу.
— Оказывается, Ализа и Шик уже здесь! — воскликнул Колен.
— Да, — сказала Исида. — А теперь я вас буду представлять.
Среди девушек и впрямь попадались весьма интересные. Но одна из них была в шерстяном платье миндального цвета с большими позолоченными керамическими пуговицами и оригинальной кокеткой на спине.
— Больше всего я хочу познакомиться именно с ней, — сказал Колен.
Исида хорошенько тряхнула Колена, чтобы тот успокоился.
— Ведите себя прилично, — сказала она.
Тем временем Колен уже углядел в толпе другую девушку и потянул хозяйку дома по направлению к ней.
— Познакомься, это Колен, — сказала Исида. — Колен, познакомьтесь, это Хлоя.
Колен проглотил слюну. Во рту у него сделалось горько, словно от подгоревшего пирожка.
— Здравствуйте, — сказала Хлоя.
— Здравствуйте, Хлоя. Вас, случайно, не аранжировал Дюк Эллингтон?
Тут Колен понял, что ляпнул полнейшую глупость, и решил смыться.
Шик поймал его за полу пиджака.
— Куда ты направился? Ты что, уже уходишь? Смотри!.. — Он достал из кармана маленькую книжку в красном сафьяновом переплете. — Это оригинал «Парадокса тошнотности» Партра…
— Добыл-таки?
Тут Колен вспомнил, что решил смыться, и пошел смываться.
На этот раз путь ему преградила Ализа.
— Неужели вы со мной не потанцуете? — спросила она.
— Простите меня, но я повел себя как полнейший болван. Оставаться здесь дальше мне просто неприлично.
— А отказываться, когда девушка намекает, чтобы вы с ней потанцевали, это что, прилично?
— Ализа… — простонал Колен. Он обнял ее и потерся щекой о ее волосы.
— Ну что, мой милый?
— Тсс… тсс… тише! Черт! Видите ту девушку?
— В смысле Хлою?
— А вы разве знакомы? — удивился Колен. — Я сказал ей жуткую глупость, поэтому я и решил уйти.
Ализа не подозревала, что внутри у него в этот момент гремел военный оркестр, причем громыхавший на полную мощь большой барабан заглушал все прочие инструменты.
— Хорошенькая, правда? — сказала Ализа.
У Хлои были красные губы, каштановые волосы и счастливое лицо. На ее платье Колен не обратил внимания.
— Я никогда не посмею… — начал Колен.
С этими словами он оставил Ализу и пошел приглашать Хлою. Взглянув на него, Хлоя рассмеялась и положила руки ему на плечи. Колен почувствовал нежное прикосновение ее ладоней. Он резко сократил расстояние между их телами, прибегнув для этого к помощи правого бицепса. Команду бицепсу подал его головной мозг и передал по безошибочно выбранным внутричерепным нервам.
Хлоя снова взглянула на него. У нее были голубые глаза. Она помотала головой, чтобы откинуть назад свои блестящие кудри, и решительно прижалась виском к щеке Колена.
Их обступила тишина, и весь оставшийся мир уже не значил для них ничего.
Однако через некоторое время пластинка, как и следовало ожидать, остановилась. Вернувшись к действительности, Колен обнаружил, что в комнате был прозрачный потолок, сквозь который за ними с интересом наблюдали верхние соседи. Он увидел, как пышная пестрая пена выступила над плинтусами и разноцветные клубы какого-то газа заструились из специальных отверстий в стенах. И, наконец, он заметил Исиду, которая предлагала им пирожные, красиво разложенные на подносе эпохи герцинской складчатости.
— Спасибо, Исида, — сказала Хлоя, тряхнув локонами.
— Спасибо, Исида, — сказал Колен и взял безмолвное безе.
— Зря вы отказались, — сказал он Хлое. — Безе — изумительные.
И тут он закашлялся, потому что в пирожном была запечена ежовая иголка.
Хлоя рассмеялась, обнажив ровные зубки.
— Что случилось? — спросила она.
Колен отошел в сторону, чтобы как следует откашляться, и постепенно пришел в себя. К нему подошла Хлоя с двумя стаканами.
— Пейте, — сказала она. — Вам станет лучше.
— Спасибо, — поблагодарил Колен. — Это что, шампанское?
— В том числе, — ответила Хлоя.
Сделав большой глоток, Колен побледнел. Хлоя расхохоталась пуще прежнего. На ее смех прибежали Шик с Ализой.
— Что случилось? — спросила Ализа.
— Он не умеет пить, — сказала Хлоя.
Ализа похлопала Колена по спине, и спина отозвалась балийским гонгом. Все вокруг прекратили танцевать и заспешили к столу.
— Ну вот, — сказал Шик. — Теперь мы можем спокойно потанцевать. Давайте поставим пластинку.