Чтение онлайн

Длинный риф не давал «Кокетке» возможности изменить направление с целью сократить расстояние, а ее глубокая осадка мешала ей пройти между островом и скалою. Она почти поравнялась с бригантиной, от которой ее теперь отделял узкий и длинный остров.

Внезапно в голове Пенителя мелькнула мысль, которую он тут же и привел в исполнение. Бригантина повернулась и пошла вперед, разрезая волны. Если бы эта мысль увенчалась успехом, торжество контрабандистов было бы полное. Достигнув возвратных течений, проходивших несколько ниже, и воспользовавшись ими, они вышли бы в открытое море по тому пути, которым раньше приходилось им неоднократно пользоваться. Но через минуту смелый моряк убедился, что он опоздал. Ветер упал, и бригантина уже не могла преодолеть силы течения. Еще раз был повернут руль, и судно пошло прежней дорогой по проходу.

Тем временем «Кокетка» с помощью ветра и течения быстро подвигалась вперед и становилось очевидным, что она раньше «Морской Волшебницы» достигнет восточной оконечности острова.

Какие обстоятельства привели корабль капитана Лудлова к городу?

На рассвете этого дня крейсер вошел в бухту Коув и скоро убедился, что бригантины здесь не было.

Сомнение рассеял один рыбак, сообщивший, что ночью он видел корабль, похожий, судя по приметам, на бригантину; корабль шел через пролив Нарроуз по направлению к городу. Этого было достаточно. Лудлов немедленно дал сигнал своим шлюпкам запереть пролив Нарроуз и Кильнс, а сам отправился в гавань.

Итак, «Кокетка» подходила к восточной оконечности острова Блаквелля. Цель Лудлова была двойная: сохранить свой корабль и захватить контрабандистов. Он легко мог бы разбить снасти бригантины, открыв огонь поверх острова, но слабость экипажа, уменьшенного больше, чем вдвое, опасность повредить фермы, разбросанные по холмам острова, наконец, необходимость приготовиться к трудному переходу, — все это отвратило опасность от бригантины.

Едва «Кокетка» вошла в проход между Блаквеллем и Нассау, как Лудлов отдал приказание поставить на свое место пушки и приготовить якоря.

Корабль летел, как скаковая лошадь. Его молодой командир, стоя на корме, то кидал беспокойные взгляды на воду, то смотрел на бригантину, высокие мачты на которой и белые паруса виднелись по ту сторону острова на расстоянии всего двухсот саженей. Только что Тризай распорядился приготовить якоря, как «Кокетка» влетела в бухту Коув, где, обыкновенно, суда искали якорной стоянки, дожидаясь благоприятного момента для прохождения «Ворот». Беглый взгляд, брошенный Лудловым, убедил его, что бухта пуста: не виднелось ни одной лоцманской лодки. С минуту он колебался, не рискуя продолжать путь без лоцмана. Но увидев бригантину, он отбросил все колебания.

— Мы приближаемся к «Воротам Ада»! — вскричал Тризай.

— Смелый моряк не останавливается!

— Я слышал, что проход этот вполне оправдывает свое название.

— Я уже бывал в нем и подтверждаю его репутацию… Бригантина не имеет, повидимому, ни малейшего желания бросить якорь!

— Если она и теперь проскочит благополучно, то вполне заслужит свое прозвище. Мы проходили Коув, капитан?

— Мы его уже прошли! — ответил Лудлов, с трудом переводя дыхание. — Пусть будет, что будет! С лоцманом или без него, но мы или погибнем, или догоним беглеца!

Тризай видел, что теперь все спасение заключалось в спокойствии и выдержке экипажа. Быстро пробежав по рядам матросов, он осмотрел, все ли было в порядке, порекомендовал молодым офицерам бдительность и, встав около капитана, спокойно стал дожидаться его приказаний. Сам Лудлов, хотя внутренно и чувствовал тяжесть ответственности, которую он сам принял на себя, но наружно был совершенно спокоен. Корабль несло течением прямо к «Воротам». Никакая человеческая сила не могла теперь остановить его.

Несмотря на постепенно увеличивавшуюся быстроту хода «Кокетки» и критическое положение, Лудлов обратил внимание на бригантину, стараясь уяснить себе намерения Пенителя.

Блаквелль остался позади. Бригантина вошла в опасный проход; следом за ней на расстоянии двухсот футов мчался крейсер.

Пенитель Моря стоял на носу как-раз над изображением «Волшебницы». Скрестив на груди руки, он окидывал спокойным взором то своего преследователя, то многочисленные рифы, водовороты и все бесчисленные препятствия, какими был усеян этот проход. Встретившись взглядом с Лудловым, он в знак приветствия поднял шляпу.

Лудлов был слишком благовоспитан, чтобы не ответить на этот поклон. Исполнив долг вежливости, оба моряка отдались заботам, каждый о своем корабле. Прямо на их пути лежала скала, о которую волны разбивались со страшным шумом. Прежде чем успели, взвесить опасность, скала с шумом пронеслась мимо.

— Реи под ветер! — скомандовал Лудлов, едва выдержав спокойный тон.

— Держать под ветер! — вскричал и Пенитель Моря, подражавший движениям крейсера. «Кокетка» была почти на линии ветра, но неожиданный поворот течения не позволял ей итти прямым путем. Хотя она и неслась с прежней быстротой под ветром, несмотря на сильное волнение, увеличившееся еще вследствие прилива, однако, скоро должна была отдаться течению, так как прямо на ее пути находился риф, на который волны изливали свою ярость. Забыв дисциплину, Тризай яростно закричал:

— Задний ход, или корабль пропал!

— Распустить все паруса! — повелительно закричал в свою очередь капитан.

Казалось, корабль чувствовал опасность лучше всякого матроса. Нос его отвернулся от рифа, паруса надулись, и опасность миновала, но за нею тотчас встала другая. Впереди клокотал и пенился водоворот, так называемый «Котел», и среди него виднелась скала. Гибель судна казалась неизбежной. Однако, благодаря надлежащему повороту рей сила парусов упала, ход замедлился, а течение, увлекавшее корабль под ветер, помогло ему выйти благополучно н из этого испытания. Принужденный уступить, крейсер поднялся и затем плавно опустился, скользнув вперед и как-будто посылая «прости» грозному проходу. В следующее мгновение скала была уже далеко позади.

— Если корабль еще пронесется вперед на двойную свою длину, его нос коснется возвратного течения! — вскричал бдительный Тризай.

Лудлов кинул кругом нерешительный взгляд. Вода шумела и пенилась со всех сторон. Корабль приближался к мысу, который образовал собою крутой поворот берега. Паруса постепенно теряли свою силу. Капитан видел, что его несло прямо на берег. Он обратился к последнему средству, которое еще оставалось у него в запасе.

— Послать два якоря! — скомандовал он.