Чтение онлайн

Энко все говорил и говорил…

– Хорошо, – перебила его я. – Тогда свяжись с тем, кто в теме. Пожалуйста. Думаешь, это как-то связано с Олимпом?

Мы тронулись с места. Мама Джиджи, сидящая на переднем сиденье, обернулась и вопросительно посмотрела на меня. Я рассмеялась – пронзительно и фальшиво.

– Эм-м-м-м… речь о школьном реферате, – торопливо объяснила я. – Да. Я пишу реферат по древнегреческим богам. В понедельник сдача, и я… эм… я немного нервничаю, потому что еще не закончила… Такие вот дела. – Я снова засмеялась. Это и правда смешно: на Землю вот-вот упадет комета, с какой стати мне беспокоиться из-за какого-то там реферата?.. Прижав телефон к уху, я сказала: «Я тебе перезвоню», и положила его на колени. Руки у меня подрагивали.

– Да, именно. – Джемма по-дружески пихнула меня в бок. – Вечно ты все доделываешь в последний момент!

– Вот как… Тогда удачи с рефератом, – сказала мама Джиджи, удовлетворившись моим объяснением. Интересно, почему она не удивилась тому, что я переживаю из-за школьного реферата, когда у нас тут апокалипсис?

Движение на улицах Парижа было плотным и хаотичным, но ехали мы достаточно быстро. Родители Джиджи тоже не знали, что за представление разыгралось в небе, поэтому мы слушали радио и как сумасшедшие щелкали по экранам телефонов, пытаясь что-нибудь да разузнать. Это и правда оказалось звездной туманностью, которая возникла из ниоткуда и по какой-то причине приблизилась к Земле. Вокруг царили сумерки, что тоже было напрямую связано с туманностью. Если точнее, она скрыла собой часть Солнца. По сути, мы видим только активное ядро – то есть яркие лучи, – в то время как окружающее туманность темное поле с Земли увидеть нельзя. Судя по всему, темнота накрыла только европейский часовой пояс, она должна исчезнуть, как только Земля повернется немного дальше. Считается, что звездная туманность не представляет опасности. Это природное явление, совсем как солнечное затмение или астероидный дождь. Эта информация нас немного успокоила. Я поделилась с мамой последними новостями, чтобы она не переживала.

Дома работал телевизор. Мы никогда не смотрим телевизор днем, поэтому можно сказать, что ситуация сложилась по-настоящему из ряда вон выходящая. Мама с папой сидели на диване. На улице постепенно светлело.

– Просто невероятно, – сказал папа, завороженно глядя на экран, по которому крутили репортажи из больших городов. Люди в панике носились по улицам, а в некоторых пригородах даже объявили чрезвычайное положение из-за случаев нападения на магазины.

Я села между родителями. Мама крепко прижала меня к себе, и пакеты с покупками вывалились у меня из рук. Это тоже что-то из ряда вон. Мама одержима порядком и чистотой, поэтому обычно не спускает такое, но сегодня она, кажется, даже ничего и не заметила.

– Как же я рада, что ты дома, – прошептала она и погладила меня по волосам. – Я так волновалась.

Папа потрепал меня по плечу и сказал:

– Хорошо, что родители Джиджи оказались неподалеку. Нужно будет пригласить их на ужин в знак благодарности.

– Хорошая идея, – согласилась мама. – Доктор О’Малли входит в совет директоров PharmaSana AG и соответствует нам по статусу, а значит, нам стоило бы лично познакомиться с ним и его супругой.

Я закатила глаза. Маминому снобизму нет границ.

Ведущий новостей сообщил о том, что несколько человек получили легкие ранения. Погибших, к счастью, не было. Затем на экране возник научный доклад исследовательской группы одного из ведущих университетов астрономии Германии. Ученые утверждали, что звездная туманность не представляет угрозы. Она сгорит в нашей атмосфере, если подойдет слишком близко к планете. Это природное явление, подобное северному сиянию. Эксперты также возложили ответственность за темноту на темный туман, окружавший активное яркое ядро.

Меня охватило облегчение. Зрелище впечатляло и пугало одновременно, и я была рада, что снова могу нормально дышать. Но потом я вспомнила о Тиффани, и у меня снова возникло это странное чувство… Готова спорить, Тиффани знала, что это за явление и что оно не представляет для нас угрозы. Перед глазами возникло ее лицо. Тиффани выглядела грустной и сердитой, но уж точно не напуганной. Она определенно что-то скрывает.

Стоило миру узнать, что мы столкнулись с безобидным природным явлением, как паника улеглась. Само собой, в интернете появилось множество конспирологов и последователей теории Судного дня, но, к счастью, массовая истерия среди населения прекратилась. По мере приближения вечера туманность скрылась, и около семи солнце выглянуло из-за туч. Его лучи подействовали на меня умиротворяюще. Я сидела на широком подоконнике у себя в комнате и смотрела поверх крыш на светящийся в небе ярко-оранжевый шар. Пока непонятно, исчезнет ли туманность или нам придется наблюдать ее ежевечерне. Ясно одно: она двигается вокруг планеты, а не к ней. Это меня успокоило, как, впрочем, и моих родителей, которые предпочитали полагаться на научные сведения, а не паниковать.

Энко написал, что концерт все равно состоится, и я решила – почему бы не пойти? Северное сияние, звездная туманность… Какая, в общем-то, разница? Главное, чтобы небо не упало на голову. Поначалу мама была против, но, узнав, что концерт будет проходить в лицее Людовика Великого, пошла мне навстречу. Готова поспорить, в катакомбы она бы меня не отпустила. Мама настояла на том, чтобы я поехала с Жаком. Иными словами, меня нужно провожать и встречать, как маленького ребенка. Через некоторое время я сдалась, чтобы вообще выйти из дома.

В восемь вечера мы с Джеммой, Ноа, Джиджи, Селки и Тиффани встретились перед входом в лицей Людовика Великого.

– Как же я волнуюсь! – прощебетала Тиффани. – Я еще никогда не была на настоящем рок-концерте! А ты, значит, барабанщик?

Она посмотрела на Ноа, и в ее взгляде появилось неприкрытое сомнение. Мы с Джеммой обменялись улыбками, Ноа кивнул со свойственной ему серьезностью.

– Я учился игре на барабанах с пяти лет. Теннис и футбол с волейболом всегда казались мне чересчур однообразными, а в музыке я нашел некое равновесие, – сказал Ноа.

Широко распахнув глаза, Тиффани скользнула взглядом по его тщательно выглаженной рубашке, светлым джинсам и идеально чистым кожаным туфлям, потом посмотрела на лицо и наконец пробормотала:

– Ясненько.

Тиффани повернулась ко мне, и в ее глазах я прочитала невысказанный вопрос: «Это он-то рок-звезда?!»

– Подожди, скоро ты встретишься с Энко, – прошептала я ей на ухо. – Уж он-то оправдает твои ожидания на все сто.

Похоже, Тиффани мне не поверила.

– Я просто обожаю рок! Под него можно зажечь не по-детски! – воскликнул Селки, вильнул бедром и подтолкнул Джиджи. – Правда, Кексик?

«Кексик»? Что я пропустила? Перехватив вопросительный взгляд Джеммы, я незаметно пожала плечами.

– Сто пудов, – кивнула Джиджи, глядя на Селки снизу вверх. Судя по всему, она не возражала против этого прозвища. Уверена, что если бы Селки предложил ей стать ныряльщицей за жемчугом на Бали, она тоже не стала бы возражать. Селки взглянул на Джиджи, улыбаясь во все тридцать два зуба. Похоже, эти двое сражены друг другом наповал.

Сегодня Селки снова надел футболку с шортами, но хоть сменил шлепанцы на кеды. Я, успевшая замерзнуть в своем демисезонном плаще, смотрела на него с завистью.