Пепел империй
Шрифт:
Правители империи тольтеков (X—XII века) именовали Толланом свою столицу. Себя они считали воплощением бога — Пернатого Змея.
Этот факт привел к тому, что некоторые историки считают сказания о Толлане историческим сочинением, а другие, наоборот, толкуют их как чисто мифологические.
Скорее всего, истина лежит посередине. Раннее Средневековье — это всегда эпоха мифа и эпоса. Не стоит забывать, что одновременно с империей тольтеков на другой стороне планеты существовали вполне исторические государства германцев и русичей.
Где-то на территории первого были спрятаны сокровища драконобойцы Зигфрида Нибелунга. Подъезд к столице второго надежно блокировал человек-паук Соловей-Разбойник.
Вскоре империя тольтеков дробится. На ее обломках возникают княжества аколуа и тепанеков. К XII—XIII векам раздробленность достигает пика. Еще сто пятьдесят лет спустя в Мексике появляются ацтеки.
8
Легенды утверждают, что прародиной ацтеков была местность Чикомосток — Семь Пещер. На фоне других народов Мексики ацтеки были почти дикарями. Их ближайшими родственниками являются шошоны и сиу американских прерий, герои киносаг о Виннету.
Попав в долину Мехико, ацтеки долгое время находились в подчинении у тепанекских правителей из города Аскапоцалько. В 1325 году они поселились на островке у западного берега озера Тескоко.
На том месте, где народ встретил орла, сидящего на кактусе и держащего в клюве змею, была основана столица Теночтитлан. Сегодня все это вместе — орел, кактус, змея — является гербом Мексиканской республики.
Правители царств долины Мехико постоянно враждовали между собой. Ситуация была аналогична той, что сложилась в России того же времени, где за гегемонию боролись Тверь, Москва и Новгород.
Ацтеки использовали распри в своих интересах. В 1428 году тройственный союз владык из городов Теночтитлан, Тескоко и Тлакопан нанес сокрушающее поражение тепанекам и стал гегемоном долины Мехико.
Постепенно ацтеки расширяли границы своей империи. Большая часть дани поступала в их столицу. Два других города — члена союза год от года теряли свое значение.
Наибольших размеров империя достигла в правление Ауисотля (1486—1502). Его войска совершали походы от Атлантики до Тихого океана. В своей столице Ауисотль выстроил гигантское святилище кровожадному богу Уицилипочтли.
При освящении нового храма было зарезано 80 000 пленных. До сих пор, говоря о чьей-либо жестокости, мексиканцы восклицают: «Que ahuizote!» («Словно Ауисотль!»).
Накануне появления в Мексике испанцев культура ацтеков переживала расцвет. Ацтеки интересовались своим прошлым и гордились им. Индейский историк Альварадо Тесосомок писал в «Мексиканской хронике»:
И вот так предки решили сообщить это, И вот так они решили запечатлеть это в своем рассказе, И для нас они рисовали это в своих рукописях, Они были нашими дедами, нашими бабками, Нашими прапрадедами, нашими предками. Их сообщения повторялись снова и снова, Они завещали их навсегда Нам, живущим теперь, Нам, которые произойдут от них. Никогда не будет потеряно, Никогда не будет забыто То, что они совершили, То, что они решили запечатлеть в своих картинах, Их славу, их историю, их память. И вот, в будущем Это никогда не погибнет, Никогда не будет забыто! Мы всегда будем хранить это, как сокровенное, Мы, их дети, их внуки, Те, кто унаследовал их кровь и их цвет кожи, Мы передадим все это тем, кто еще не живет, Тем, кто еще только должен родиться, — Детям мексиканцев, детям теночков.Ацтеки высоко ценили поэзию. В одной из дошедших до нас поэм описывается разговор мудрецов, за чашкой взбитого шоколада и курением табака обсуждающих значение искусства.
Один из участников дискуссии сравнивает поэзию с галлюциногенными грибами. Тот, кто пьет на пиру настой таких грибов, видит многоцветный мир, более реальный, чем действительная жизнь.
При дворе императоров имелась должность тлапискацицин — хранитель, задачей которого было тщательное обучение писцов имеющимся песням и проверка их новых сочинений.
Во дворцах знати возводились специальные залы куикалли, где происходили состязания в песнях. Известен случай, когда приговоренный к смерти зять одного из владык заслужил прощение песней, сочиненной в момент совершения казни.
Основными темами индейской поэзии были дружба и удовольствие беседы между друзьями, размышления о кратости жизни и тайне смерти, военные подвиги и любовь к семье. Встречаются и чисто эротические произведения. Впрочем, ацтекские представления о непристойности сильно отличались от современных.
Одним из самых известных индейских поэтов и философов был князь города Тескоко Несауалкойотль (1402—1472) — своего рода титан американской эпохи возрождения.
Он был храбрым воином, удачливым полководцем, тонким дипломатом и талантливым инженером: по его плану была выстроена плотина, защищавшая Теночтитлан от опустошительных наводнений.
Несауалкойотль пытался отказаться от человеческих жертвоприношений и ввести возвышенную религию Творца мира Ипальнемоани.
В одной из своих поэм он писал:
Я, Несауалкойотль, возглашаю: Не вечны мы на земле, и все не вечно! Вот нефрит, но и он разламывается, И золото разрушается, И перья кецаля рвутся! Не вечны мы на земле, и все не вечно! Постоянно лишь цветущее дерево дружбы…9
В VIII—IX веках в Месоамерике наблюдается подъем культуры. В X мы видим появление первой, еще аморфной империи, которая дробится к XII веку. В XIV веке здесь начинается обратный процесс централизации.
То же самое происходило в это же время и в Южной Америке.
С VIII—IX столетий орды варваров, обитавших на руинах древних цивилизаций, начинают объединяться в племенные конфедерации, княжества и варварские королевства. Понемногу восстанавливаются каналы и дороги. Появляются первые города.
Свои блестящие, но недолговечные империи создают владыки Тиуанако и Уари. А уж там, где появился один император, грех было не появиться еще нескольким.
Вскоре надменные окраинные аристократы отделяются от центра и превращают свои резиденции в неприступные крепости.