Чтение онлайн

– У моего помощника получишь всю информацию по объекту и проекту. С тебя сценарий в среду днем и вся подготовка. Будет пресса, Аль, сначала с ними, потом с тобой. Хорошо?

Альбина кивнула, чуть прищурив, мысленно уже прикидывая с какой стороны подать материал. Она вдруг поняла, что когда обдумывает рабочие вопросы, ей становиться легче подавить смущение.

Артур почему-то не уходил, задержался на несколько секунд, глядя на нее, словно ждал слов или чего-то еще. А потом тоже кивнул и быстро покинул кабинет.

Ирина тихо хмыкнула себе под нос.

Последующие дни превратились в череду часов, когда Аля не то что поесть – поспать не успевала. Она носилась то в пресс-службу, которая готовила выезд руководителя на объект, то к помощнику Артура – Максу, согласовывая малейшие мелочи, то подготавливая сценарий, который должен был с одной стороны подчеркнуть статус Артура, с другой – быть легким, цепляющим людей. Мало фотогеничности и харизмы в кадре, Аля, старалась продумать каждую деталь. А в среду сама поехала на стройку, чтобы пройти нужным маршрутом.

Ирина тоже загрузила Алю под завязку. Она подробно объясняла тонкости каждого направления: от поддержки обманутых дольщиков, чьи дома годами не могли достроить, до организации конкурса социальных и культурных проектов в муниципалитетах области. Аля узнала, как компания финансировала детские студии дизайна, помогала восстанавливать сельские библиотеки и готовила объекты социальной инфраструктуры. Работа в GR оказалась настоящим лабиринтом: здесь требовались не только навыки пиарщика, но и глубокое понимание механизмов работы органов власти, политической конъюнктуры и юридических нюансов. Один неверный шаг – и проект мог застопориться из-за банальной ошибки в формулировке договора.

Никто не снял с нее ведение и социальных сетей. И сначала она с каждой идеей носилась к Ольге Альбертовне, пока та не гаркнула на нее, слегка осаживая.

– Аля, хватит, - стараясь сгладить резкость, заметила Сироткина. – Ты умница. Тебе не требуется моего постоянного контроля сейчас, я доверяю тебе. Если считаешь нужным вставить новую рубрику или ролик – ради бога, вставляй. Мне нужны в пятницу – предложения, в следующую – статистика. Все. Аля, чуть больше уверенности.

К четвергу она так вымоталась, что сил для страха уже не оставалось. На объекте она вперед не лезла, позволяя сделать свою работу пресс-службе и журналистам, и лишь ближе к вечеру, когда основные гости уже уехали, Артур, стоявший рядом с Максимом в каске и легкой куртке тёмно-синей куртке с логотипом компании и осматривающий здание, дал знак, что готов работать с ней.

– Макс, – Артур повернулся к помощнику, снимая каску и проводя рукой по взъерошенным тёмным волосам. – Сгоняй за кофе. Нам с Альбиной полчаса перерыва не повредят. – Он взглянул на неё, уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. – Не против, Аль? Ничего, что задерживаю после работы?

– Нет, – Аля покачала головой, стараясь скрыть, как её слегка выбил из колеи этот непринуждённый тон. – Всё в порядке.

Они остались вдвоём у подножия недостроенного дома. Вечерний ветер, холодный для конца мая, пробирал до костей, и Аля невольно обхватила себя руками, жалея, что не надела что-то теплее своей тонкой белой рубашки. Артур, заметив это, шагнул ближе, разглядывая здание, но явно держа её в поле зрения.

– Вот так и просирается доверие к строителям, – тихо сказал он, кивнув на серые бетонные стены, покрытые пятнами сырости. – Представляешь, сколько бабла тут отмыли, Аль?

Аля вздохнула, её взгляд скользнул по пустым оконным проёмам, за которыми ещё не было ни света, ни жизни. Она слишком хорошо знала, что стоит за такими проектами.

– Я представляю, сколько семей остались без денег и без жилья, – ответила она, чуть понизив голос. – Ипотеки, долги, маткапитал… Люди всё вложили, а получили это. – Она кивнула на недострой, и её голос дрогнул от сдерживаемого негодования.

– Да, – Артур тяжело выдохнул, шагнув к ней почти вплотную. – А нам теперь это говно расхлёбывать. – Он помолчал, глядя на неё с неожиданной мягкостью. – Не замёрзла? Вечер сегодня, как-то совсем не майский.

Аля подняла глаза и вдруг поняла, что он стоит ближе, чем она ожидала. Его тёплый взгляд, в котором смешались лёгкая насмешка и что-то ещё, неуловимо искреннее, заставил её сердце пропустить удар. Она невольно отступила на полшага, но тут же замерла, когда Артур, не говоря ни слова, стянул с себя куртку и сделал движение, чтобы накинуть её ей на плечи.

– Артур Ярославович, я… – начала она, но он перебил, прищурившись.

– Аль, – в его голосе скользнула насмешливая теплота, – я не кусаюсь. Но твоя рубашка заставляет меня дрожать от холода. Давай, не спорь.

Он всё-таки накинул куртку ей на плечи, и Аля почувствовала, как тепло ткани и лёгкий запах его одеколона – что-то древесное с ноткой гибискуса – окутывают её. Щёки предательски вспыхнули, и она опустила взгляд, чтобы скрыть смущение. Артур, кажется, заметил это, но вместо того чтобы подтрунивать дальше, продолжил, как ни в чём не бывало:

– Нам с тобой ещё работать и работать, Аль. По крайней мере, я на это рассчитываю. – Он слегка улыбнулся, и в его светлых глазах мелькнула искренняя заинтересованность. – Рейтинги растут, подписчики растут – сам видел статистику утром. Рубрика «Интерьер своими руками» - круть! Ты удачно зацепила самую многочисленную группу России – хендмейдеров. Подписчики есть из других регионов.

Аля, всё ещё борясь со смущением, пожала плечами, но голос её стал увереннее:

– Хендмейдеры – это самозанятые. Не самые богатые, но и не те, кто на субсидиях. Они – наши потенциальные клиенты. У компании есть жильё эконом-класса, и я подумала, что такие рубрики помогут им увидеть, как можно приобрести и обустроить квартиру без огромных затрат.

Артур смотрел на неё внимательно, чуть наклонив голову, и в его взгляде читалось что-то похожее на уважение. Он не спешил отойти, всё ещё держа руки на краях куртки, будто поправляя её на Алининых плечах.

– Ты работаешь на перспективу, – сказал он, и в его голосе не было привычной иронии. – Это не уровень стажёра, Аль…. И даже не специалиста…..

Альбина чувствовала, как перехватывает ее дыхание от близости Артура, как кружится голова от его слов и взгляда. Казалось, его самого увлекло, захватило странное, неподвластное обоим чувство.