Чтение онлайн

— Фриш, сестрёнка, давай, просыпайся. Бой не закончен. Строй всех, кто ещё способен держать оружие. Выдели, наконец пару человек для сбора аптечек и боеприпаса.

— С живых товарищей?! — пискнула Сёмина, голосовые связки её подвели, да и язык еле ворочался. Подобное мародёрство явно было за пределами её моральной устойчивости.

И именно в этот момент шерсть на хребте дыбом встала, Стим дёрнулся, оборачиваясь, Фриш взвизгнула, шарахнулась в сторону, вскидывая рельсовку, кто-то из девчат её поддержал. Вскинутая рядом стоящим бойцом рельсовка плюнула, казалось, прямо в лицо. Стиму на мгновение показалось, что он может пересчитать картечины в заряде. Быстро сообразил, что это глюк, сориентировался от ствола рельсовки, продолжил разворот вдоль линии прицела, вскидывая АП… вот они, гады. Уже здесь.

Бой — это свалка. В которой непонятно никому и ничего. Нет, возможно, кто-то и ухитряется сохранить ясность восприятия и контроль над ситуацией. Такому человеку можно смело присваивать «мастера». Аналитики с теоретиками потом разберут видеоряд по миллисекундам, сделают выводы, предоставят заключения и рекомендации. «Потом» — ключевое слово. А здесь и сейчас? Как легко, должно быть, критиковать бойцов потом, снисходительно указывая на их ошибки. Уж критик бы в этой ситуации уж точно применил бы другой приём или тактический ход, и точно выиграл бы бой, сражение, войну…

Он успел вскинуть пистолет. Магазин опустел через несколько секунд. Да, грохот выхлопа пугал вражин до истерики. Мало того, его поддержали ещё несколько АП — соратники догадались, сменили оружие. Но в ответку прилетел уже знакомый акустический удар, размазывая и своих и чужих. Наплевав на контроль за собственной выделительной системой, он собрал волю в кулак, активировал оборонительную гранату и, что было дури отправил её за угол… своих там нет.

Волна насекомых захлестнула.

Люди визжали, рычали, матерились. Схватка пошла в рукопашную, жала против ножей. Кто-то ухитрился пустить в ход ленту молекулярной сварки, приспособив грузик на конце, перетянул хлёстким ударом клубок верещащих тварей: часть прорубил, некоторых спаял в странных сочетаниях. Хотя куда уж страннее?… Стим ещё успел увидеть, как кто-то разряжает в кучу-малу рельсовку… мать её, там же свои! Ещё живы наверное! Перезарядить АП не успел, принял налетающую тварь, лягнув ногой — словно паровым молотом врезал! Ух-ты! Они, может и сильные, но нетяжёлые совсем… выхватил нож… долбануло. Граната взорвалась. Видать, недалеко улетела: взрывная волна приласкала «и правых и виноватых», полетели ошмётки хитина и потроха. Стегнул оглушающей волной тугой воздушный кулак, Стим устоял на ногах, отмахнулся от клубка беспорядочно кувыркавшихся тварей, несколько раз ткнув клинком почти наугад. Сцепился с какой-то гадостью, пытаясь не словить жало, не попасться в жвала. Его всё-таки сбило с ног, покатились, успел пырнуть пару раз, увидел, как начинает дымить его собственная «кожа» от ядовитого плевка. Упёрся под брюшко ногой и броском скинул тварь с себя. Вскочил. Оружие бы ещё найти! Пистолет бросил, некогда заряжать было, нож просто вывернуло в схватке из руки, чуть кисть не оторвало. С удивлением обнаружил семерых соратников «на ногах». Условно конечно «на ногах», но всё же.

И ни одной твари. Ни одной целой твари.

В труднообозримом… «пространстве».

Это уже не их база. Декорация к интерактивной пугалке — «план Страха», не иначе.

Вот только, где теперь, в этом месиве искать оружие? Ух, и знатно они чужаков накрошили. Заляпано всё кругом, что-то с рваного потолка свисает. По полу просто так не пройдёшь, всё разворочено, навалено всего… аттракцион — «переломай ноги». Разменялись, чужих на своих, наверное, не меньше, чем пятьдесят к одному. И что теперь делать? Гордиться? Мы, млять, крутые бойцы? Толку с того? Хитроу говорила, их миллионы. Они этот «щелбан» даже не почувствовали, наверное.

Ладно. Погодите, мрази. Как там Хитроу сказала? Подыхать так с фейерверками и под музыку? Сейчас группа Кроша с плазмомётами вернётся. Вам размен один на пятьдесят утопией покажется. Надо только придумать, как получше этот размен осуществить. Ничего… сейчас Крош придёт, он парень башковитый, придумаем что-нибудь.

Стим осмотрел себя. С изумлением обнаружил не только дырки в своём скафандре, которые «кожа» пыталась закрыть, затягиваясь, как живая, но и несколько пресловутых шипов в боку, плече и бёдрах. Почему он не чувствует боли… вообще ничего…? Ожоги знатные… кислотные… должно быть больно ведь? Он уцепился пальцами за торчащий хвостовик и выдернул зазубренный шип из плеча. Ага, вот и боль… только крови почему-то нет. Вывернутое из раны мясо есть, а крови нет… странно.

Стим дёрнул головой, реагируя на непонятное движение где-то сбоку. Какое-то алогичное — ну не движется в такой манере ничего… не двигалось до сих пор.

Ныряя в мелкие выбоины и, перепрыгивая крупные дыры, по стене катился мяч. Иногда шустро перекатываясь через потолок, выбирал более удобный для себя маршрут. Катился к ним. К неполному десятку выживших бойцов сопротивления. Это ещё что за ерунда? Что это? Алогичность явления вышибла из головы все мысли. Хорошо хоть не у всех, одна девица вскинула рельсовку и точным ударом разорвала пришельца. Судя по звуку разряда конденсаторов, она-таки выставила оружие на полную мощность. И правильно. Человеческая техника по стенам через потолок не катается. Часть картечин прошла мимо, добавив дыр в уцелевших стенах, а часть тупо увязла в этом мячике. Какой непростой «мячик», однако! Разогнанную до пары километров в секунду пятимиллиметровую картечь — попробуй, останови! Да — он шлёпнулся на пол, растопырщился и мячиком быть перестал и больше не катается. Но целостности не утратил, хотя шесть-семь твёрдых шариков словил точно. Люди ещё не пришли в себя, не решили, что дальше делать, как тут же появились ещё несколько таких мячей. Они прытко скакали по неровностям, спеша приблизиться в упор. Стим суетливо врылся в месиво дроблёного горелого хитина, переворачивая и отбрасывая руками крупные куски, в попытке найти оружие. Снова затявкали рельсовки, две — не меньше, зло гавкнул АП. Он снова уловил краем глаза движение, но, на этот раз — с другой стороны. Досадуя, что так и не успел найти оружие, обернулся… вот он. Странный мяч. Уже на вывороченном куске потолочного перекрытия, покачивается над уцелевшей группой его соратников. Подкатился, с другой стороны. Понимая, что вряд ли спасёт ситуацию, Стим прыгнул, вцепился в чужое устройство руками, упёрся ногами в потолок и сильно толкнулся. Рухнув на пол, просто подмял брыкающийся мяч под себя, накрыл собой, телом. И успел ещё почувствовать приятную мысль-ощущение: «зауважали, мрази!.. сами больше не лезут!».

А потом накрыла боль…

Долгое, почти бесконечное мгновение его сжимало, спрессовывало в один комок, в одну молекулу, в атом, в точку…

Возникший спор, долгий и яростный, продолжавшийся почти минуту, утих после приказа. Синди проворчала ещё напоследок, что-то типа: «только у нас лейтенанты каплеям приказы раздают!», а Лелли Румяшина добавила, что у нас ещё и смертникам-добровольцам закон не писан, но приказу подчинились обе. И через минуту оба шлюпа отчалили от Камня-2, оставив удивлённых каменщиков выбираться из десант-капсул и самостоятельно добираться по поверхности до производственного перерабатывающего комплекса, наспех заглушенного полчаса назад. Валеска малодушно сдрейфила объясняться с парнями, никто на это не подписался больше, ни десантники, ни пилоты, типа — ты главная, вот и отдувайся. Поэтому она быстро наговорила им послание с рекомендациями по дальнейшим действиям и отправила его на искин местной станции. Вот, кстати, кто искренне этому обрадовался — бедняга думал, что его бросили.

Реально — никто не знал, что делать в сложившейся ситуации. Поэтому предмет спора был весьма странным, мало того, и Валеска и Катерина вообще не были уверены в своей правоте поначалу. Они просто чувствовали, что так надо… ну и не смогут они по-другому. Не смогут они остаться на Камне-2, как и объяснить, какого Адама десантура лезет в космический бой, в котором пехоте в принципе не место.

Да — перспективы предстоящего боя неясны.

Но оба взвода поддержали своих лейтенантов молчаливым отказом покинуть корабли и остаться на астероиде. Ни у кого из бойцов даже вопроса не возникло, зачем они нужны в предстоящем замесе.

Впрочем, ситуация прояснилась через минуту, когда Валеска со своим взводом отказалась десантироваться на корабль Чужаков. Тот, что «заглотил» прогулочную яхту, и теперь дрейфовал помалу примерно в половине пути до САЛАКа, и не подавал признаков жизни. Она сказала, что лично-сама идёт на САЛАК. Даже если ей придётся проделать этот путь «пешком». А те, кто не собирается подчиняться её приказам, могут делать всё, что им заблагорассудится. В результате Лелли согласилась сделать малый крюк, а Катерина сбросить два отделения своего взвода на борт чужака. У неё всё равно четыре отделения во взводе. Это у Валески — три. Сбрасывать в абордажную операцию одно отделение — неразумно: слишком здоров этот «малый» корабль Чужаков. Два — для первого взвода бессмысленно, тогда уж всем взводом идти. А всем взводом — нельзя, в этом случае второй взвод на САЛАК без поддержки уходит, а этого явно мало: туда ведь пять кораблей ушли, и два из них побольше этого.