Чтение онлайн

— А ты как думаешь? В Саратов и летим. Нужно же узнать, в каких условиях такие Вероники произрастают.

— Может быть, сначала уточнить время рейса? — осторожно спросила Юля.

— Ладно, — ворчливо согласилась Инна. — Тебе бы только налопаться.

И, стянув с тарелки кусок ветчины, она принялась названивать в справочную аэропорта.

— Тебе повезло, — наконец сказала она, бросая телефонную трубку. — Там сидят сплошные тупицы, которые знать не знают, как быстрей долететь до Саратова. А прямого рейса туда сегодня нет. Только завтра.

— А обратно? — спросила Юля. — Когда ты возвращаешься обратно?

— А с чего ты взяла, что лечу я? — удивилась Инна. — У меня и тут дел по горло. Нужно проследить за Вероникой, а так как она теперь осталась без машины, то наши шансы равны. Потом нужно в конце концов дождаться мужа нашей неуловимой Маши. Ему в понедельник на работу, так что должен вернуться домой в воскресенье утром. Видишь, нам обеим лететь никак нельзя. К тому же, обрати внимание, я предлагаю тебе более легкую миссию. Тебе всего-то и нужно выяснить у матери Вероники все о прошлом ее дочери. Думаю, она с радостью расскажет про свою доченьку много хорошего. И не упусти соседок, они любят покопаться в чужом белье, что мать Вероники не расскажет, добавят они. Если у Вероники в прошлом и было что-то не слишком благовидное, то уж милые соседушки точно в курсе дела.

Юля тяжело вздохнула. Лететь в такую даль, чтобы сплетничать там с малознакомыми старухами?

Нет, эта идея ее решительно не привлекала. Хотя таскаться тут за неугомонной Вероникой по всему городу — тоже приятного мало. Чертов Серега, не мог отдать концы где-нибудь в другом месте, а не у нее на даче!

— За меня не беспокойся, — по-своему истолковала ее молчание Инна. — Я не пропаду.

— Я и не беспокоюсь. — С неохотой принялась Юля за трубочки со взбитыми сливками, которые отчего-то потеряли свой вкус. с отделении милиции вечер выдался беспокойным. Телефоны на столе дежурного раскалились. Со всех сторон неслись жалобы на плохую работу милиции, совершенно не занимающуюся борьбой с наркомафией. Звонили главным образом родственники малолетних наркоманов. Напрасно дежурный раз за разом объяснял людям, что милиция очень даже занимается этой проблемой, что вот создан специальный отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, туда и звоните. Но на место одного встревоженного родственника вставал другой, еще более раздраженный. В конце концов дежурный плюнул и пошел проветриться.

— Ты что такой хмурый, Игорек? — спросил у него спускающийся по лестнице Плюшкин.

— Да так, — неопределенно отмахнулся дежурный. — Жалобщики замучили. А ты что так поздно?

— Работы много, — пояснил Плюшкин.

— Так у тебя же одно только дело в работе? — удивился дежурный. — Все с ним возишься?

— Дело одно, но трупов уже два, — сказал Плюшкин. — И еще главные свидетельницы затеяли вести собственное расследование. Боюсь, как бы их трупы тоже не прибавились.

— Бывает, — согласился дежурный. — Была у меня одна девица знакомая, которую я бы ни за что не хотел иметь в свидетельницах по делу. Инна зовут.

Плюшкин вздрогнул.

— Ох и девка, — продолжал рассказывать дежурный. — Одно время на панели подрабатывала. Там от нее все стонали, вечно что-то откаблучивала. То клиента ночью без штанов выставит — и это в тридцатиградусный мороз. То с балкона выбросит, то еще чего придумает. В общем, когда она пошла работать в детективное агентство, все вздохнули с облегчением.

— Да, да, — прошептал Плюшкин. — В детективное агентство. Как же я сам не додумался. У меня ведь и адрес есть.

— Чего? — удивился дежурный, но Плюшкина уже и след простыл.

Он мчался к метро. И лишь влетев в вагон поезда, подумал, что час уже поздний, вряд ли в агентстве, где работает Инна, круглые сутки кто-то находится.

Но на всякий случай он решил съездить туда, тем более что это было по пути — всего лишь в двух остановках. Выйдя на «Владимирской», Плюшкин дошел до улицы Марата и без труда нашел нужный дом.

К его удивлению, после короткого звонка дверь открылась. Плюшкин вошел внутрь. Там было темно.

— Поднимайся! — приказал ему властный голос.

Плюшкин послушно поднялся на несколько ступенек и увидел чисто выбритого крепкого мужика лет тридцати пяти, перед которым на столе стояла литровая бутылка водки и батон копченой колбасы, порезанной крупными кусками.

— Зачем пришел? — спросил у него мужик. — Если баба изменяет, то это не к нам. Мы такими глупостями не занимаемся.

— Нет, у меня другое, — растерялся Плюшкин.

Бритый, а это был он, кинул оценивающий взгляд на Плюшкина. То, что перед ним стоял мент, он понял, стоило тому войти в комнату.

— Присаживайся, — приказал он Плюшкину, наливая тому полный стакан водки. — Пей!

Плюшкин удрученно уставился на стакан. Тяжело вздохнул и залпом опрокинул его в себя.

— Теперь рассказывай, что у тебя ко мне за дело, — приказал Бритый.

— У меня свидетельницей по делу проходит одна девушка, — начал рассказывать Плюшкин. — Она работает у вас. Ее зовут… — Тут выпитая водка подкатила обратно, и Плюшкин замолчал, пытаясь вынудить ее остаться на месте.

— Инна, — подсказал ему Бритый. — Я так и знал.

— Что знал? — спросил Плюшкин.

— Она снова что-то расследует! — хлопнул по столу ладонью Бритый.

— Вы думаете?

— Уверен, — сказал Бритый. — Рассказывай, что стряслось.

Водка развязала Плюшкину язык, и он выложил бывшему бандиту все или почти все, что ему было известно по делу об убийстве четы Копытиных, после чего Бритый уронил голову на руки, и Плюшкину показалось, что тот заснул.

Юля стояла у трапа самолета и чувствовала себя прескверно. Летать она боялась с детства. Ей почему-то казалось, что именно ее самолет будет захвачен террористами, именно в нем в самый неподходящий момент откажется выйти шасси, именно в ее самолете устроит массовое самоубийство группа каких-нибудь религиозных радикалов. А в последнее время к ее и без того многочисленным опасениям прибавилось еще и то, что в самолет попадет учебная боеголовка какой-нибудь из стран Содружества.

Напрасно Юля твердила себе, что риск погибнуть насильственной смертью гораздо выше, если она останется на земле. Тому только за последние дни было целых три подтверждения. Ничего не помогало, Юля тряслась от страха.

— Конверт не забыла? Помнишь, что нужно сказать матери Вероники? Главное, делай ставку не на мать, а на соседей. Да что с тобой? — недовольным голосом поинтересовалась Инна. — Место тебе досталось отличное, у окошка. Можешь время от времени смотреть на облака.

При мысли о том, что она увидит облака под собой, у Юли закружилась голова и разболелся желудок. Она попрощалась с Инной, смотрящей на нее с большим сомнением, и пошла, не чуя под собой ног, к трапу самолета. Вежливая стюардесса показала, куда ей идти. Юля плюхнулась в кресло и задумалась о своей тяжелой судьбе. Посадка заканчивалась, Юля и так вошла в самолет в числе последних пассажиров.