Чтение онлайн

Она снова кивнула, потупилась, и даже на щеках у нее появился застенчивый румянец. Ксения Александровна при этом грустно и понимающе улыбнулась. А Валера даже не посмотрел в ее сторону.

– И о чем же вы договорились? – не удержался я от вопроса, едва этот сердцеед отошел.

– Что я с ним сбегу, – беспечно произнесла она. – То ли на край света, то ли на Гавайи, то ли еще дальше. Наверное, обойдемся Геленджиком.

– И ты согласилась? – спросил я.

– На всякий случай… – она подмигнула продолжавшей грустно улыбаться Ксении Александровне. – Вдруг ты взбрыкнешь от ревности и совсем от меня откажешься.

Она взяла меня под руку.

– Ты ведь не сделаешь так, нет? Не хочешь, чтобы я сбежала с этим жеребчиком?

– Хватит! – сказал я сварливо. – Что за разговоры, не понимаю.

– Уж пошутить нельзя, – пожаловалась Наташа супруге Баха. – У вас такой же?

– Еще хуже, – ответила та. – Тоже весьма подозрительно относится к дамскому юмору.

– Ты можешь сказать, что задумала? – спросил я Наташу. – Только без дамского юмора, если можно.

– Что тут непонятно? – серьезно, даже несколько печально, глядя мне в глаза, произнесла Наташа. – Он может исчезнуть, понимаешь? И ты его больше не увидишь. А так он исчезнет со мной вместе. И это уже совсем другое дело. Со мной он далеко не уйдет.

Я молча смотрел на нее, не зная, что и сказать. Она была права. Упускать его было нельзя.

– Ни в коем случае, – все-таки сказал я. – Даже не вздумай!

– Я ему нужна как заложница, чтобы он мог спокойно уйти, как ты этого не понимаешь! – стала объяснять мне Наташа. – Это моя работа – быть заложницей у подонков.

– Не совсем так, – вздохнула Ксения Александровна. – Даже совсем не так. Он это делает не первый раз у меня на глазах… Кончается тем, что он обязательно уезжает с какой-нибудь девушкой.

– Чтобы только вызвать вашу ревность? – удивилась Наташа.

Ксения Александровна ничего не ответила и только сильнее замахала веером.

– Наташе нельзя рисковать – она в начале беременности, – сказал я ей на ухо.

Она с удивлением и, как мне показалось, с некоторым облегчением посмотрела на Наташу. И опять промолчала.

– Брось! – сказала мне Наташа. – Все равно ты ничего сейчас не придумаешь.

Она опять была права. А я все не мог придумать, что предпринять.

– Ты уверена, что он снова объявится? – спросил я.

Черт с ним, хоть бы он совсем сгинул. Снова увидеть, как он обнимает мою Наташу во время танца и что-то нашептывает ей на ухо… С меня хватит.

– Он это мне обещал, – лукаво сказала Наташа. Она прекрасно видела и понимала мои терзания.

– А разве ты его об этом просила? – тупо спросил я.

Наташа вздохнула и ничего не сказала. Только прислонилась лбом к моему плечу. Тяжело ей со мной, непонятливым.

– Уж это непременно, – сказала Ксения Александровна. – Он обязательно объявится. Он всегда очень уверен в себе. Полагает, и не без оснований, будто никакая женщина не устоит перед его обаянием.

– А я устою, – сказала ей Наташа. – Видала я этих козлов…

Но так и не досказала, где именно и кого.

– Пойду поищу Александра Николаевича, – сказала Ксения Александровна. – А вы подождите здесь, чтобы потом не искать друг друга.

И вскоре пропала из виду в толпе.

Последний танец уже начался, а Валера все не появлялся. И пока не давала о себе знать группа захвата, о которой говорил Грязнов. И Бах тоже куда-то исчез. Не то чтобы я чувствовал себя осиротевшим, просто стало интересно, что будет дальше, кто первым появится на сцене этого спектакля.

– Что-то здесь не так, – сказала Наташа. – Тебе не кажется, что она решила его найти, чтобы предупредить? Все-таки много лишнего мы при ней наговорили.

– Зачем ей это нужно? – ответил я. – Наоборот, только рада будет, когда его повяжут. Ты же слышала, как она его несла… Да при всех, не стесняясь.

– Ни черта ты не понимаешь в женской психологии, – искренне возмутилась Наташа. – Слушай, я здесь постою, а ты иди посмотри, может, увидишь их… Я бы сама пошла, но получится, что разыскиваю кавалера, обещавшего мне последний танец.

Проклиная себя последними словами, я стал пробираться сквозь толпу танцующих. Весь сегодняшний вечер был какой-то несуразный и нелепый. Ищу партнера по танцам своей любимой девушки, который где-то от нее прячется… Черт знает что. Где тут кого найдешь в этой толчее?

И все же я увидел их. Наверное, потому, что, в отличие от остальных, они стояли неподвижно, за колонной, вплотную друг к другу.

Ксения Александровна в чем-то горячо его убеждала. Время от времени танцующие заслоняли их от меня, но всякий раз, когда я снова видел их, они стояли у той же колонны, в такой же близости друг от друга.

Валера смотрел на нее, положив руки ей на плечи, и мне показалось, что он хочет притянуть ее к себе, но не смеет этого сделать.

Я не хотел бы, чтобы сейчас на моем месте оказался Бах. Мне трудно было представить, что бы он сделал, увидев их. Впрочем, сейчас мне следовало думать совсем о другом – как не дать ему уйти отсюда.

Я достал свой сотовый. Снова набрал номер Вячеслава Ивановича.

– Везде пробки, – сказал он. – Но они уже должны быть там. А у вас, я слышу, веселье в самом разгаре.

– Латиноамериканские танцы, переходящие в половецкие пляски. Кстати, кое-что изменилось, – сказал я, – прежде всего, его имидж. Сейчас он выглядит, как чрезвычайный и полномочный посол. Едва его узнал.

– Он что, хамелеон? – спросил Вячеслав Иванович. – Может в любую минуту поменять окраску?

– Вроде того… Так сколько их ждать?

– Повторяю. Они с тобой сразу свяжутся по сотовому. И будут ждать у входа в посольство. А ты не спускай с него глаз. А то он опять изменит свой прикид, потом наищемся.