Чтение онлайн

Она покраснела.

– У меня нет тайной страсти к белью.

Мягко рассмеявшись, Шейн оттянул пальцем край ее блузки и заглянул внутрь, где обнаружил лилово-черный кружевной открытый бюстгальтер.

– О да, – пробормотал он. – Очень радует глаз.

Дэни оттолкнула его руку, но ее глаза были наполнены чувством, от которого у него потяжелело в паху.

– Я знаю тебя, Дэни. Знаю, что ты любишь мороженое и сентиментальные фильмы. Знаю, что ты не любишь самолеты, но, возможно, тебе нравится один пилот.

Она отвернулась.

– Мне пора идти.

– Не думал, что ты окажешься такой трусихой.

Резко повернувшись, Дэни ткнула в него пальцем.

– Я говорила тебе. Говорила, что не хочу этого. Не хочу никаких свиданий.

– Только секс.

– Верно.

Шейн покачал головой, но тут же засмеялся:

– Ты хоть имеешь представление, насколько иронично то, что именно ты отступаешь? Вот будет потеха для Броуди!

– Шейн…

– Нет, все в порядке. Все хорошо. Я все понимаю.

Дэни тихо вздохнула и потянулась за своей сумочкой, потом подошла к нему. Положив руку ему на грудь, она наклонилась и прикоснулась губами к его рту.

– Пока.

Она повернулась, но, схватив за руку, Шейн развернул ее к себе и впился в нее гораздо более глубоким, чувственным поцелуем, чем это сделала она. Он целовал ее, пока у нее не иссяк воздух в легких и она, задыхаясь, не застучала кулачком в его грудь. Он отпустил ее.

– Вот так. – Шейн кивнул. – Так нужно прощаться, Дэни.

Тронув свои губы, она посмотрела на него затуманенным, мечтательным взглядом, который оставил бы впечатление на весь день, если бы она так не сводила его с ума.

С сумкой на плече, очками от солнца в руке, готовая идти на работу, Дэни взглянула на свою кровать.

Она хотела вернуться в постель.

К нему.

По пути в «Скай-Хай» Шейн позвонил Патрику, который, как обычно, мало чем мог помочь. У полиции не было никаких улик. Дэни утверждала, что видела мертвое тело напротив компании «Скай-Хай эйр», но тела не нашли. И не осталось никаких свидетельств, которые давали бы основание предполагать, что оно там было. Она утверждала, что в ее квартире кто-то находился, но опять не было улик. Конечно, в нее стреляли, и подтверждением тому были найденные пули, но не было ни мотива, ни подозреваемого, так что все было расценено как случайная стрельба.

Только Шейн не верил в случайности и совпадения.

Что же касается происшествия на работе Дэни, то, поскольку она сама споткнулась и упала, или так предполагалось, к тому же опять не было следов мертвого тела, которое она, якобы видела в своем шкафу, здесь и говорить было не о чем.

Напрашивавшийся, по мнению полицейских, вывод: единственную опасность для Дэни представляла сама Дэни.

Расстроенный, Шейн вошел в помещение компании, отметился в журнале регистрации прихода и отправился на предполетную проверку, но на площадке перед ангаром увидел Броуди, стоявшего рядом с великолепным образчиком «кинг эйр» [2] примерно 1965 года.

– Хорош.

– Знаю. Похоже, я влюбился в него, – Броуди любовно похлопал по блестящему стальному боку самолета. Его лицо было исполосовано следами смазки, волосы торчали дыбом из-за очевидного присутствия в них той же смазки. Он был в поношенных джинсах, указывавших на то, что он занят исключительно ремонтом. – Как тебе он?

– Его продают?

– Да, хозяин внутри.

Они оба повернулись и посмотрели через окно в приемную компании. Эффектная, как всегда, броско одетая Мэдди в черных леггинсах, черных же высоких умопомрачительных сапогах и серебристом свитере, облегавшем ее чрезвычайно привлекательные формы, наклонившись над столом, улыбалась прилично одетому мужчине лет сорока с небольшим. Он с широкой улыбкой что-то говорил, а Мэдди, которая с блокнотом в руке и наушником в ухе выглядела скорее популярной актрисой, чем администратором фирмы, улыбалась в ответ.

Явно ослепленный ее красотой мужчина, наклонившись, что-то сказал ей, и Мэдди рассмеялась, откинув назад голову.

Броуди нахмурился:

– Что он там ей лопочет?

– Что-то занятное.

– Он флиртует с ней.

– Господи! Когда ты, наконец, пригласишь ее на свидание? А еще лучше – просто поцелуй ее. Сделай хоть что-нибудь.

Броуди взглянул на него как на безумца.

– Зачем? Зачем мне целовать ее?

Шейн удивленно посмотрел на него, но, увидев испуганное, виноватое выражение его лица, все понял.

– Ни фига себе! Ты уже целовал ее.

Бывший футболист-полузащитник ростом метр девяносто, отчаянный забияка и хулиган, Броуди сунул вдруг руки в карманы и, как мальчишка, принялся ковырять землю носком ботинка. Он бросил еще один взгляд на здание терминала и покачал головой.

Шейн рассмеялся:

– Точно целовал.

– Заткнись. Ни слова об этом.

– Что случилось? Она стукнула тебя?

– Не напрашивайся на пинок под зад.

– Можешь попробовать, но потом придется объяснять Мэдди, за что ты, недоносок, ударил ее любимого пилота.

– С чего ты взял, что ты ее любимчик?

– Так и есть.

– Идиот ты, вот кто.

Шейн ухмыльнулся:

– Возможно. Но не настолько идиот, чтобы втюриться в нашу Мэдди.

– Перестань называть ее «наша Мэдди». Если ты ее любимчик, то почему же она целовала меня?

У Шейна поползли вверх брови.

– Значит, это все же было?

Броуди запустил пятерню в шевелюру.

– Думаю, она сделала это, потому что разозлилась на меня. Пыталась доказать что-то.

– Да? И что? Доказала?

Броуди прислонился лбом к прохладному металлу самолета.

– Откуда я знаю?

Шейн, ухмыляясь, принялся напевать:

– Мэдди и Броуди, сидя напротив, целовались…

– Заткнись, задавака. – Броуди подкрепил свои слова ощутимым толчком.

Шейн с радостью толкнул бы его в ответ, но не стал. Мэдди могла флиртовать с тем парнем, но и их не выпускала из поля зрения, хотя погруженный в невеселые мысли Броуди и не замечал этого. Шейн не, хотел злить Мэдди, опасаясь ее взрывного, как у всех рыжеволосых женщин, характера, несмотря на то, что ее натуральный цвет скрывался под многократным перекрашиванием.