Чтение онлайн

— Нет. То есть смеюсь, но не над тобой. — Разглядев что-то через стеклянные двери за спиной Райана, Бекки поспешно закашлялась, скрывая новый приступ смеха. — Хочешь посмотреть, кто меня пригласил?

— Да, хочу. Чтобы вышвырнуть его из твоего дома и велеть никогда сюда не возвращаться. Где он?

— У тебя за спиной.

Райан круто развернулся, готовый к атаке, и настежь распахнул двери. По лестнице спускался… нет, спускалась роскошная рыжеволосая женщина.

Райан застыл и онемев вцепился в дверную ручку. Бекки за спиной у него уже заливалась хохотом. Райан съежился, густо побагровел, и у него вырвалось лишь одно слово:

— Дьявольщина!

— А он классный парень, верно?

— Кто? — Бекки старательно избегала взгляда Джен. Был час ночи, и они в желтом «корвете» возвращались в Сиреневый дом.

— Да тот, о ком ты думала целый вечер! Райан Маклеод.

— Вовсе я не…

— И не пытайся врать, не пройдет. К тому же он показал себя с наилучшей стороны. Кто еще из мужчин не смылся бы восвояси после того, как сел в такую лужу? Когда ты перестала хихикать, он очень мило извинился. А когда узнал, что наша вечеринка срывается, так как заболела девочка, которая обычно сидит с твоими детьми, даже сам вызвался присмотреть за ними и отпустить нас погулять.

— Да, с его стороны это было очень мило.

— Мило? Скажи лучше, потрясающе! Богатый холостяк по доброй воле вызвался посидеть с четырьмя сорванцами! Да ведь это же уму непостижимо! А если учесть, что мамаша троих из упомянутых сорванцов постоянно отвергает все авансы вышеназванного холостяка, то просто чудо.

— Послушай, мне надоели твои подначки. Да, замечательно, что Райан согласился присмотреть сегодня за детьми. Да, он очень красив. И покончим с этим.

К дому Бекки женщины подъехали в молчании — пассажирка злилась, водительница забавлялась от души. На подъездной дорожке Бекки начала выбираться из машины, но замерла, одной ногой стоя на подножке.

— Ты уверена, что не хочешь зайти выпить кофе?

— Нет. Я не гожусь на роль дуэньи.

— Что верно, то верно. — Бекки захлопнула дверцу и зашагала к дому мимо машины Райана.

Джен крикнула ей вдогонку:

— Спроси-ка себя, почему ты не хотела танцевать ни с кем, кто тебя приглашал. Спроси себя, кто весь вечер не выходил у тебя из головы. И ответь правду!

Слова Джен все еще звенели в ушах Бекки, когда она на прощание помахала подруге. Правду? И что же есть правда?

Бекки неспешным шагом прошла по дорожке, поднялась на крыльцо и замерла, взявшись за стылый металл дверной ручки. Мама всегда говорила, что только дурак пытается одурачить себя самого. А правда в том, что почти весь вечер Бекки думала о Райане. Он слишком красив, он тратит слишком много времени на сколачивание состояния, он напоминает ей Эрика. Так почему же Райан ей так нравится? Дрожь пробежала по спине Бекки, когда она вспомнила, как отзывается ее тело на его ласки и поцелуи. Если уж быть честной с самой собой, то придется признать, что при первой встрече Райан действительно напомнил Эрика. Зато потом она думала только о Райане, о самом Райане.

Неподдельное и нежное сочувствие, с которым Райан встретил ее рассказ об Эрике, подействовало на Бекки, словно катарсис. Теперь-то она ясно понимала, что между этими двумя мужчинами нет совершенно ничего общего.

Эрик всегда прогонял от себя детей, кричал на них. Бекки никогда не знала, когда он явится домой и явится ли вообще. Он относился к дому, словно к отелю, дети в его глазах были надоедливой помехой, а сама Бекки — удобством, если не хуже. Со времени развода отношение Эрика к семье и дому не изменилось ни на йоту.

У Райана и для Дани, и для других детей всегда находится доброе слово или время помочь. Он всегда предупреждает, если ему случается забирать Дани позже обычного, и никогда не забывает поблагодарить Бекки за сверхурочную работу.

Он постоянно дает понять, как относится к Бекки. Внезапно обернувшись, она то и дело натыкается на взгляд Райана, полный желания. Проходя мимо, он успевает нежно погладить ее по щеке. Стоит им случайно столкнуться, как его дыхание учащается. А эти его случайные поцелуи, так легко касающиеся ее губ…

И подарки. От прозаических до самых возмутительных. От новых покрышек до подброшенной ночной сорочки. На миг Бекки пожалела, что отказалась от воздушной ласки прозрачного шелка и кружев, но твердой рукой сокрушила в себе эту слабость.

Все эти дары были следствием того, что Райану небезразличны ее покой или безопасность, несмотря на выдуманные предлоги, которые он изобретал, чтобы помешать Бекки отказаться от подарков.

Кроме ночной сорочки. Эта мелочь не имеет ничего общего ни с покоем, ни с безопасностью.

Бекки ощутила жар, приливший к лицу, и застыла с улыбкой на губах, пока порыв ледяного ветра не задрал ей юбку. Ее руки покрылись гусиной кожей, и лишь тогда она осознала, что стоит на крыльце собственного дома и грезит наяву о Райане. Бекки тихонько открыла входную дверь и вошла.

В доме было темно, только из гостиной доходил неяркий приглушенный свет. Стояла тишина — явный признак того, что дети спят и нянь-новобранец справился со своей ролью.

Она сделала шаг, и высокие каблуки так громко стукнули об пол, что Бекки поспешно сбросила туфли и понесла их в руках.

Бесшумно ступая, она вошла в гостиную. При виде Райана ее пальцы с силой стиснули туфли — столько сил потребовалось ей, чтобы удержаться от искушения и не коснуться его. Растянувшись в полный рост на диване, ее добровольный помощник спал сладким сном, успев только сбросить куртку и ботинки.

В свете лампы, горевшей на столике рядом с диваном, встрепанные волосы Райана превратились в сияющий золотом шлем. Лицо его, смягченное сном, казалось мальчишеским, даже беззащитным.

Бекки беззвучно хихикнула. Должно быть, он так и заснул, пытаясь устроиться поудобнее. Безотчетный порыв заставил ее шагнуть ближе и остановиться между диваном, на котором вытянулся Райан, и его отброшенной рукой.