Чтение онлайн

— Говорили вроде бы, что это саперы расстарались?

— Ну да, — вдруг зло оскалился один из сержантов, — они скажут. Их послушать, так выйдет, что только «костюмы» да саперы работали, а наши хреном груши околачивали.

— А больше ничего не находили? Вещдоки какие-нибудь, оружие?

— Бумажки еще какие-то нашли, — озадачился сержант.

— Что за бумажки?

— Кто их знает. То ли акции, то ли облигации какие. «Мавродики» или ещё чего. Мы не в курсе, не видели. Да вы, товарищ старший лейтенант, с ребятами из ППС поговорите. Они точно скажут.

Павел записал в блокноте номер машины и фамилии патрульных, первыми прибывших на место происшествия, поблагодарил постовых, прежде чем уйти, еще раз кивнул в сторону подъезда:

— Так что, не войти?

— Не войти, — ответил сержант.

— Ну ладно. Спасибо за информацию.

— Не за что, — ответили постовые хором.

Андрей и Павел уже отошли от дома метров на тридцать, когда их догнал парень в строгом костюме. По виду — типичный «конторский» служащий. Впечатление не было ошибочным. Согласно служебному удостоверению, парень гордо носил звание капитана Федеральной службы безопасности. Вкупе со звучной фамилией Иванов звание производило впечатление.

— Предъявите ваши документы, граждане, — потребовал «капитан Иванов».

— А волшебное слово? — игриво поинтересовался Павел.

Иванов оглянулся через плечо, прошипел, понижая голос:

— Я те, блин, щас устрою волшебное слово. Документы, быстро, кому сказали?

— Знаешь, капитан, не был бы ты при исполнении… — душевно начал Павел, но Андрей предостерегающе поднял руку.

Он заметил в глазах капитана недобрый огонек. Да и движение руки к лацкану тщательно отутюженного пиджака от него не укрылось.

— Спокойно, капитан. Спокойно. Паша, покажи ему «корочки».

— Ты тоже, — с откровенным вызовом сказал капитан.

— Среди «костюмов» вежливость больше не пользуется популярностью, да?

Павел продолжал улыбаться, но уже без тени веселья. Достав документы, он продемонстрировал их фээсбэшнику. Тот переписал место работы, фамилии, звания и только после этого вернул «корочки» владельцам.

— Цель визита?

— А мы к вам, собственно, не собирались, — серьёзно ответил Павел.

— Зачем приходили, о чем расспрашивали постовых? — с ледяной ненавистью повторил капитан.

— Послушайте… — начал Андрей, но тот перебил:

— Сейчас говорю я, капитан. Зачем приходили на место происшествия? О чем расспрашивали постовых?

— Видите ли, на пистолете, найденном вчера на месте происшествия, отпечатки пальцев человека, проходящего по уголовному делу, которым занимаемся мы с лейтенантом. — Андрей постарался сохранить на лице дружеское выражение. — Насколько я понимаю, методы оперативной работы у всех одинаковы. Вместе делаем одно дело.

— Значит, так, капитан, — произнёс фээсбэшник. — Никакого дела больше нет. Вы ничего не ведёте. Все материалы, так или иначе относящиеся ко вчерашнему происшествию, переданы в наше ведомство. Вместе с подозреваемым, которым вы так интересуетесь. Это ясно?

— Почему?

— Не задавайте лишних вопросов, капитан. Спокойнее будете спать. Всего доброго.

Последняя фраза далась ему с явным трудом. Парень повернулся и зашагал прочь. Проходя под аркой, он остановился и категоричным тоном, с отчетливыми нотками брезгливости, приказал сержантам:

— Если не хотите неприятностей, никаких разговоров, касающихся вчерашнего взрыва. Ни с кем. Понятно?

— Так точно, — с не меньшей ненавистью ответили те.

— Если еще кто-нибудь станет интересоваться — отправлять к нам. Вздумаете болтать — пойдете под статью о разглашении оперативной инормации.

Не говоря больше ни слова, он направился к подъезду, на ходу вынимая из кармана пиджака мобильный телефон. Такими телефонами были оснащены все группы, причастные к сегодняшней операции.

Противно заверещал зуммер селектора. Полковник отложил листы, поиграл секунду бровями, стараясь унять резь в глазах, — уже сутки на ногах, без сна, без отдыха, — вдавил клавишу.

— Да?

— Товарищ полковник, к вам Коновалов.

— Пусть заходит.

Коновалов оказался невысоким юрким мужчиной лет сорока, похожим на мышь-альбиноса. Он проскользнул в дверь, остановился у порога.

— Что у тебя? — хмуро поинтересовался полковник.

— Товарищ полковник, звонил один из моих ребят.

— Нашли что-нибудь?

— Пока нет, но, похоже, у нас возникла проблема.

— Ну так реши проблему! — вдруг рявкнул Маков. — Я, что ли, ее решать должен? Вот наградил Господь Бог помощничками. Ничего сами сделать не могут. Ты мне не о проблемах, а о результатах докладывай. Лезешь, понимаешь, со всякой ерундой.

— Я просто подумал…

— Подумал он. Думальщик, етить твою мать! Ну давай, что там у тебя?

— Только что у взорванного дома объявились двое оперов эмвэдэшных. Задавали вопросы. В частности, интересовались насчет сертификатов.

— Кто такие?

— Обычные оперативники. Я зафиксировал данные.

— Ну и что ты от меня-то хочешь?

— Понимаете, я подумал, вдруг они как-то причастны к делу?

— Отправь за ними «наружку». Если выяснится, что причастны, — поступай согласно полученным инструкциям. А непричастны, так пусть гуляют.

— Но… они задают вопросы. Боюсь, как бы не просочилась какая информация. Вы ведь сами говорили, что…

Полковник скривился.

— Я помню, что говорил. А вот ты, похоже, забываешь. Может, тебя пора на пенсию отправлять, а? Если ты даже с двумя ментами сам разобраться не можешь.

От начальственного окрика Коновалов невольно прогнулся в пояснице.

— Всё ясно, товарищ полковник. Понял.

— А понял, так выполняй. И учти, майор, если хоть крупица информации просочится в печать, я лично с тебя шкуру спущу. Понял?

— Так точно, товарищ полковник. Ясно.

— Иди. — Когда за подчиненным закрылась дверь, полковник скривился и пробормотал озлобленно: — Служака, мля. Сам шаг ступить боится.