Чтение онлайн

У-Кар на правой половине экрана с шагом вперед еще раз бьет дусамака в живот, на этот раз срезанным прикладом.

Из широко открытого рта рептилоида вырывается сдавленный хрип.

У-Кар хватает дусамака за плечо, рывком разворачивает к себе спиной и толкает лицом в стену. Одновременно с этим он закидывает парализатор на плечо, выдергивает из кармашка на поясе силовые наручники, заводит когтистые руки рептилоида назад…

И в этот момент правую половину экрана заволокла ослепительно-белая вспышка.

Через несколько секунд, когда яркий свет рассеялся, все увидели безголовый труп рептилоида, лежащий на полу возле стены.

– Халед даг! – вновь не смог удержаться от возгласа О-Фар.

– Позвольте заметить, фортуан командующий, что подобные крепкие выражения не лучшим образом сказываются на вашем имидже, – менторским тоном произнес Боб.

О-Фар даже не глянул в его сторону.

В то же самое время в левой части экрана космодесантник с обожженной рукой ногой ударил под ребра лежавшего на полу дусамака. Пытаясь защититься, рептилоид перевернулся на живот. Космодесантник поставил ему ногу на спину, быстро схватил за запястье и завел назад левую руку, выхватил наручники и подцепил ими запястье правой руки дусамака…

Приглушенный хлопок и вспышка.

Рептилоид лежит все в том же положении, со скованными руками за спиной. Но уже без головы.

– Это почти все. Кроме этих троих, мы больше никого не нашли. На складе были обнаружены две фотонные торпеды с затертыми лазером серийниками и активаторы к ним. Разумеется, все было заснято, отсканировано и подготовлено к уничтожению. Меня, признаюсь, несколько удивило то, что мы не обнаружили никакого другого оружия. Хотя бы тех же парализаторов или шокеров. Чисто для самозащиты. Если это были террористы или их пособники, они, наверное, должны были опасаться того, что их могут найти? Или они были абсолютно уверены в том, что их тайное местонахождение никогда не будет раскрыто? Или же им просто было по фигу?..

– Или они полные идиоты, – добавил Бо.

– Вот финальная стадия операции. – У-Кар развернул очередную иконку.

Снова съемка камеры со шлема бойца, охраняющего временный шлюз.

Получив команду к отходу, космодесантники бежали к условному месту и один за другим исчезали в проломе. Последний наклеил на стенку рядом с проломом камеру в самоуничтожающейся пленке, сориентировав ее так, чтобы в фокус попал заминированный лейер.

Оказавшись в шлюзовом переходе, боец выбил держатели, и вырезанная из обшивки заплата встала точнехонько на свое место. Космодесантник залил шов мгновенно застывающим гелем и, отталкиваясь руками от стенок, поплыл по переходу в сторону корабля.

Команда в скафандрах для работы в открытом космосе, выбравшаяся из корабля через кормовой шлюз, убрала шлюзовый переход, сняла накладную коробку временного шлюза и аккуратно заварила заплатку.

– Ну, и наконец…

У-Кар развернул иконку с записью трансляции с установленной в доке самоуничтожающейся камеры. Двадцать секунд зрители могли видеть не собранный до конца прогулочный лейер. Затем – будто невидимая волна всколыхнула воздух. И на месте лейера осталась только груда искореженного металла.

Еще пять секунд – и экран засыпал «снег». Камера самоуничтожилась.

– Торпеды мы точно так же расплющили. Фотонные капсулы забрали с собой. Тела уничтожили с помощью биодеструктора. Если есть желание, могу показать. Хотя предупреждаю, зрелище не самое приятное. Ну, то есть прибрали мы за собой все аккуратно. Если на станции не знали про то, что у них в четвертом доке кто-то обитает, а по всей видимости, так оно и было, то никто никогда ничего об этом так и не узнает.

– Браво, командир У-Кар! – постучал манипулятором по крышке Бо.

– Присоединяюсь, – улыбнулся О-Фар. – Я получил истинное удовольствие, наблюдая за вашей великолепной, я бы даже сказал, виртуозной работой, командир У-Кар. Я непременно подготовлю рапорт о поощрении вас лично и всего вашего отряда. Но давайте все же вернемся к тому странному эпизоду со взрывающимися головами. Признаться, я так и не понял, что же там произошло.

– Я тоже ничего не понимаю, фортуан командующий, – ответил У-Кар. – Хотя уже несколько раз просмотрел записи, сделанные со всех возможных направлений.

– Быть может, у них были взрывающиеся ошейники? Некоторые отсталые цивилизации поступают подобным образом со своими пленниками.

– После первого взрыва я тоже об этом подумал. Но, когда брал второго, я специально посмотрел – на шее у него ничего не было. Вообще ничего. И на записях тоже хорошо видно, что ни на шее, ни на голове ни у одного из дусамаков ничего нет.

– Может быть, имплантаты?

– Слишком сложно. Да и зачем? – первым ответил капитан У-Ней.

– Давайте еще раз посмотрим запись. Там есть кое-что интересное, чего сразу и не приметишь.

У-Кар снова принялся гонять по экрану иконки.

– Вот, смотрите. – На экране появилась голова рептилоида. – Это снято за несколько секунд до взрыва. Теперь включаем замедленное воспроизведение.

Минуту на экране ничего не происходило. Только голова дусамака едва заметно начала поворачиваться вправо.

Вторая минута. На экране все то же самое.

– За чем мы должны наблюдать? – нетерпеливо осведомился О-Фар. – За выражением его лица? За движением глаз?

– Мы просто ждем нужный момент, фортуан командующий… Вот оно! – У-Кар остановил воспроизведение записи. – Смотрите!

Лицо дусамака – от внешнего края левого глаза, через скулу, вниз, к углу рта, а затем на подбородок – рассекла тонкая, будто процарапанная иглой, трещина.

– В комнате слишком много света, из-за чего не видны некоторые детали, – сказал У-Кар. – Кстати, там еще и жарко было. В скафандре-то это не чувствуется. Но, взглянув случайно на показатели внешних датчиков, я, признаться, удивился – сорок пять и три десятых градуса по стандартной шкале!

– Может быть, для рептилоидов это нормально?