Чтение онлайн

Трей и Джон чувствовали себя с ней абсолютно комфортно и не страдали из-за того, что она была «одаренным и талантливым ребенком», мечтала стать врачом и могла говорить по-французски. Они не считали странным, что за партой она сидела с прямой спиной, скрестив ноги в лодыжках. Ее учили, что хорошая осанка способствует росту.

Бейсбольный сезон, когда мальчикам придется после уроков ходить на тренировки, еще не начался, так что они могли располагать своим временем и проводить его с Кэти. Они постоянно околачивались неподалеку, с глупыми ухмылками на лице, делая вид, что просто проходили мимо или совершенно случайно оказались по соседству. Их нередко можно было увидеть направляющимися в библиотеку округа, где работала мисс Эмма, если школьный автобус завозил Кэти после уроков туда, или гуляющими в парке, куда она водила Руфуса, или в первой баптистской церкви: ее бабушка договорилась, чтобы девочка могла практиковаться здесь игре на пианино. Казалось, они использовали малейший повод или намек на приглашение, чтобы находиться рядом с ней.

— Нам с Треем требуется помощь по математике, Кэти. Ничего, если мы после школы зайдем к тебе домой?

— Ну конечно, Джон.

— У моей тети на чердаке сложена уйма разных охотничьих трофеев. Хочешь посмотреть на них, Кэтрин Энн?

— С удовольствием, Трей.

— Давай сегодня после школы побросаем Руфусу летающую тарелку. Что скажешь?

— Отлично, мальчики.

— У тети Мейбл есть мешок старого латука для Сэмпсона. Не возражаешь, если мы скормим его ему?

— Прекрасная идея.

Она ожидала, что ко времени, когда отцветут нарциссы, все это закончится, но ошиблась.

Однажды они застали Кэти в мрачном настроении.

— Что случилось? — спросил Джон, усаживаясь рядом с ней на крыльцо дома ее бабушки. Трей расположился с другой стороны, рядом с Руфусом.

— Мой папа совсем не оставил денег на мое содержание, и сейчас я являюсь финансовой обузой для своей бабушки, — ответила она.

— Ох, откуда ты это знаешь? — спросил Трей.

Кэти пересказала им разговор Эммы с мисс Мейбл, который она случайно подслушала. «Как я и предполагала, Сонни перед своей смертью остался без гроша, — доверительно сообщила подруге Эмма, думая, что Кэти в доме нет. — Они жили совершенно не по средствам, и весь их стиль жизни зиждился на кредитах. Он пропускал платежи по страховке, и все было заложено-перезаложено. Деньги от продажи их дома и всего имущества уйдут кредиторам. И после этого ничего уже не останется».

Затем она добавила, что теперь ей действительно нужно будет беречь каждый пенни, чтобы достойно обеспечить Кэти, но она с этим справится. У нее еще остались деньги, отложенные со страховки Бадди, и это поможет погасить расходы на обучение в колледже. Она обратится в администрацию округа, чтобы для нее сдвинули срок выхода на пенсию по возрасту, установленный для ее должности, и ничего страшного, если ей не доведется съездить в Англию, как планировалось до этого.

К этому времени Кэти поняла, что у ее бабушки не так уж много денег. Эмма всегда проверяла, сколько стоит каждая из покупок, доедала всю пищу и выключала свет, если в нем не было необходимости, — вещи, о которых в семье Кэти никто особенно не заботился. Ей было ужасно неприятно узнать, что бабушке придется от многого отказаться из-за нее.

— Она просто любит тебя, Кэтрин Энн, — сказал Джон, — и поэтому легко приносит такие жертвы.

— Да, — согласился с ним Трей. — Лучше потратить деньги на тебя, чем на эту дурацкую поездку в Англию.

На душе у Кэти потеплело. Иногда, сидя между мальчиками, она чувствовала себя так, словно находилась в безопасной долине. Они, как дружественные горы по бокам, прикрывали ее от ветров и бурь.

— Вы правда так думаете?

— Да! — хором воскликнули мальчики.

Они были разные, как хлеб и масло, но при этом так же прекрасно подходили друг другу. Джон, тихий и спокойный, терпеливый и вдумчивый, был как все, растворялся среди других. Трей же всегда выделялся. Его присутствие ощущалось сразу, будь то классная комната, коридор, кафетерий, школьный автобус. Не заметить его было невозможно. «Он такой кипучий», — говорила о нем его тетя, и Кэти была с ней полностью согласна. Ее бабушка объяснила ей, что вызывающее поведение Трея было защитой против той боли и унижения, которые он испытал от своих родителей, не хотевших его рождения. Если бы его дядя был жив, Трей мог бы вырасти совсем другим мальчиком. Харви Черч был настоящим мужчиной, знатным охотником и рыбаком, который жестко взял бы его в свои руки, а Трей по своему характеру еще бы и обожал его за это. Но через четыре месяца после того, как Трей переехал жить к ним, его крепкий и здоровый дядя неожиданно умер от сердечного приступа, и мальчик остался на попечении у своей вышедшей на пенсию тетки, которая с трудом справлялась со своенравным племянником, совсем юным да ранним.

Несчастная мать Джона умерла, когда ему было семь, а его отец был сильно пьющим человеком.

Так что Трей тогда во время урока мисс Уитби сказал все правильно. Все они в большей или меньшей степени были сиротами, и это как-то по-особому связывало их. Без Трея и Джона она бы не выдержала учебу средней школы Керси.

Зима закончилась, наступила весна, и всей троице исполнилось по двенадцать лет. Две недели в марте Трей был старше Джона на целый год. Трей — по крайней мере, для себя самого — рассматривал разрыв в их возрасте на четырнадцать дней как повод для внутреннего торжества, поскольку это давало ему некоторое превосходство перед другом.

Мальчики стремительно росли, и в процессе взросления их внешность менялась, ребяческие черты постепенно стесывались — точно так же, как фигурка Кэти теряла угловатые формы, присущие маленькой девочке. Чтобы отметить последний год их детства, Мейбл решила устроить у себя на заднем дворе вечеринку по случаю дней рождения Трея и Джона. Здесь Кэти впервые увидела отца Джона, Берта Колдуэлла. Она знала, что он работает на нефтяном промысле и большую часть времени находится в отъезде. Джон никогда о нем не говорил, и те дни, когда отец был дома, он проводил у тети Мейбл. Во время таких «пересменок» Берт сильно пил. На вечеринку он приехал трезвым, чисто выбритым, в наглаженных джинсах и накрахмаленной белой рубашке с длинными рукавами; в Керси на таких мероприятиях это был типичный наряд «мужиков», как называла их ее бабушка. Ростом он был ниже Джона, но более коренастый и крепкий. Джон при нем вел себя как-то настороженно, а мистер Колдуэлл, казалось, чувствовал себя скованно в присутствии сына. Кэти было жалко их обоих. Неужели мистер Колдуэлл не понимает, насколько ему повезло иметь такого сына, как Джон? И как Джон не может понять, какой он счастливчик, что у него есть отец?

На празднование дня рождения Кэти в апреле ее бабушка пригласила приехать Лауру; в это время как раз должно было наступить обещанное знаменитое цветение полевых цветов в прерии.

— Что за?.. — непонимающе воскликнула ее лучшая подруга, одетая в модный костюм и подобранный в тон берет, как только увидела Кэти в зале ожидания в аэропорту Амарилло.

Кэти уклонилась от объятий Лауры и только поплотнее запахнулась в свою джинсовую куртку.

— Они все здесь так одеваются.

Ужасное впечатление Лауры от нового дома Кэти и всей окружающей обстановки смягчили только Трей и Джон.

— Они просто потрясающие, — заявила она. — Ради таких ребят я готова была бы смириться со всеми этими кактусами и верблюжьими колючками.

Лаура была самой добродушной девочкой из всех знакомых Кэти. И она, конечно, не хотела, чтобы ее жалость к Кэти по поводу стесненных обстоятельств, в которых та жила, как-то задели чувства ее подруги и разбудили в ней тоску по родителям, Винчестеру, бывшим одноклассникам и прекрасному дому в престижном районе, где она выросла.