Чтение онлайн

— Отдайте девчонку.

Без всяких здрасте и прелюдий проговорил мужик со сморщенным лицом, будто он с солнца и ветра никуда не уходил даже на ночь.

— Нет.

— Ты не понял с кем связался, верни девчонку.

— Прекрасно понял, балахоны, поэтому девчонку не отдам.

Данил приготовился к длинному диалогу, а вот балахоны не настроены были поговорить. Данил даже был спокоен и уверен в своих силах, какой дурак будет дергаться под стволом пулемёта? Ну если только фанатики. Данил даже не разозлился. А вот фанатики как по команде вскинули ружья, и не что бы попугать наставив на него стволы, а сразу стреляли на поражение.

Время замедлилось. Данил выхватил пистолет.

Выстрел, сморщенное лицо дернулось откидываясь назад, следом разлетелось, видно Бланш не спала и тут же попала в главаря, ещё одно попадание в сморщенного. Наверно Рыжая, тоже успела выстрелить. Гильза ещё крутилась в воздухе, как Данил перевёл ствол на соседнего, Выстрел, но он уже мёртв, Бланш вела очередь быстрее. Выстрел, выстрел. Одному балахону прилетает в лоб какая то красная банка и срикошетив улетает в даль. Это Кучер стрельнул из своей новой картечницы, выстрел. Банка взрывается медленно раскидывая дым где упала. Так это полицейское оружие у Кучера, и скорей всего он выстрелил газовой гранатой, нужно будет сказать ему, что бы проверил боеприпасы, могут быть и с резиновой пулей.

Практически одновременно пуля обожгла щеку и сильный толчок, в левое плечо. Мир закрутился вокруг Данилы. ощущение чего то непоправимого, на душе. Цел не цел? Но довыделывался однозначно. Кажется бок заливает тёплым и облака словно невиданные зверюшки неторопливо плыли по небу. Темнота начала поедать поле зрения, оставляя небольшое окошко посредине, а в ушах появился звон, как будто пробирающийся сквозь вату. Вот лицо Рыжей в этом окошке, которое уже размером как монетка, Данил улыбнулся. Странно, он не чувствовал боли, вернее чувствовал, но не как острую боль или тупую, а как боль которая была настолько невыносима, что просто терялось сознание, и он даже стремился в эту темноту. Всё таки он стал слишком самоуверенным, за что и поплатился. Вата в ушах будто разрасталась и темнота сомкнулась вокруг.

Данил шёл по нарисованному бесконечному коридору будто в волк в союз мультфильме, слево и справа были такие же нарисованные двери. Данил дернул одну дверь.

— Куда? Тебе сюда нельзя.

Прокричал грозный голос откуда то из-за двери. Данил закрыл эту дверь и дернул дверь напротив. Закрыто. Ничего не оставалось как идти дальше. Коридор был бесконечным, но Данил точно знал, что идти нужно в ту сторону, а не обратно. Изредка дергая запертые двери либо получая окрик что ему туда нельзя. Как то неожиданно коридор закончился кирпичной стеной. Которая смотрелась здесь неестественно, будто из другого мира, не нарисованного, а настоящего.

Последняя дверь около стены открылась, и из неё вышел старый знакомый Данилы по сверхестественому Перепут.

— Куда это ты собрался? Я же тебе объяснял уже, что с этого мира выхода нет, это эмуляция того мира что ты привык. Поэтому ни в рай ни в ад ты отсюда не выберешься.

— Что то я не особо заметил тут шатающихся наподобие меня.

— Ты прав, тут их нет.

— Видишь ли, душа единственная и неповторимая, скопировать её невозможно.

— То есть? Ты же говорил что люди попавшие сюда имеют свою неотличимую копию в своём родном мире.

— Я и сейчас так говорю.

— А как же душа, она же не может быть в двух местах одновременно.

— Так её и не бывает в двух местах, время здесь и там совсем по другому течёт. Если душа проходит проверку её возвращают.

— А как же воспоминания?

— Ну здесь есть во первых и во вторых.

— Ну если есть время я бы охотно послушал.

— Время здесь относительно, пойдём заходи.

Перепут посторонился пропуская Данилу во внутрь, а вот Данил немного замялся опасаясь переходить порог.

— Да смелее, смелее. Я же говорил отсюда не выбраться, да и ранение у тебя не особо смертельное в плечо. От таких ран по статистике только три процента умирают, так что не дрейфь, заходи.

Подбодрил его Перепут. Даниле ничего не оставалось как перешагнуть порог, и подойти к вполне реальному каркасному бассейну стоящему посредине комнаты. Тем более, что слова Перепута порадовали Данилу.

— Правда калибр у пули был здоровенный, сам же знаешь с чего тут стрелять любят. А такая свинцовая пуля выпущенная почти в упор рвёт плоть в клочья и ломает кости ого го как, быть тебе инвалидом после такого попадания, рука бы не работала, да и часть легкого повреждено. Определённо задыхался бы при нагрузках до конца дней.

Продолжил свой монолог Перепут подходя к борту бассейна и заглядывая во внутрь, удобно оперевшись локтями на каркас обтянутый пвх тентом. Данил тоже подошел к бассейну но заглядывать туда не решался.

— Слово «бы» очень радует.

— Вот смотри какая умничка, настоящий бриллиант. Она единственная из нашего мира понимает чужую физику и может использовать её.

Данил осторожно взялся руками за край бассейна, и заглянул через край. Там вместо воды Данил видел себя лежачим на траве. Естественно без движения с залитой кровью одеждой.

Спасённая девчонка, используя его артефакты заматывала его в кокон из пустой черноты с красными прожилками. Рядом стояла Карина и Рыжая обе ассистировали, и держали открытые серебряные коробочки с артефактами.

— Может всё таки к духам обратимся?

Спросила Карина у девчонки. Которая кропотливо словно паук обматывала Данила чёрной нитью. Лишь иногда откидывая тыльной стороной ладони волосы, которые будто наэлектризованные прядками висели в воздухе, изредка прилипая к лицу.

— Нет! Что духи, что демоны, что ангелы не могут творить. Бог создал только человека по своему подобию, и только бог и человек может творить, остальные всесильны в своих областях, но в них нет творчества. А здесь именно оно и нужно.

Перепут отошёл от бассейна.

— Ну вот, стоит только похвалить, так сразу гадости говорить начинает, в недостатки носом тыкать. Пойдём сядем, это ты молодой, а я стоять устал. Хоть Даниле было интересно, что там творится и он пытался задержаться подольше разглядывая что там происходит. А там Рыжая спросила.

— А почему ты эту нить пустила здесь.

Будто она что то понимала. И пыталась уточнить. И девчонка словно старшая наставница охотно отвечала Рыжей.

— Как же, вот смотри, если её пустить тут, то изменится отношения к плечевому сплетению, и подключичную артерию затронет.