Перекресток
Шрифт:
Джеймс пристально смотрел на бледного сильнее обычного Скорпиуса.
— Все равно ты не прав,— тихо проговорил Джеймс.— И все равно я и в следующий раз заступлюсь! Потому что только так можно залечить раны, нанесенные войной. Хотя бы те, которые еще можно вылечить…
— Поттер…
— Так говорит мой папа. А он-то больше всех остальных имеет право на то, чтобы мстить,— Джеймс пожал плечами.— Ведь наши родные сражались не за то, чтобы все повторилось…
— Смотря чьи родные…
— Малфой,— Джеймс взял свою метлу.— Если история повторится, где ты будешь? На чьей стороне?
Скорпиус тяжело поднял взгляд на друга, в глазах которого было странное понимание и сочувствие, которого никто и никогда ему не дарил. И ответ на этот тяжелый, нерешенный им еще вопрос — семья или совесть — пришел сам собой.
— Я буду рядом с тобой. На любой стороне.
Глава 5. Предсказанная смерть.
— Поттер, чем ты занимаешься?
— Малфой, а тебе зачем?
Мальчишки стояли в коридоре возле кабинета Защиты от Темных Искусств, чуть в стороне от однокурсников. За окном третий день шел дождь, ветер бился о стекла, у всех было отвратительное настроение из-за того, что приходилось сидеть в помещении, но только не у двух друзей.
— Затем, что пытаюсь понять, не воспален ли твой мозг…
— А есть симптомы?
— Ну, если посмотреть со стороны на то, как ты мажешь руку кетчупом и улыбаешься, будто тебя приласкала вейла…— Малфой засунул руки в карманы.— Ты чем вообще занимаешься?
— На что похоже?— Джеймс помахал перед носом друга запачканную кетчупом ладонь.
— На сырое мясо в соусе, готовое к приготовлению?— предположил Скорпиус, посылая расчетливый взгляд в сторону Эммы Томас и ее гриффиндорских подружек. Девчонка опять покраснела и отвернулась. Весело жить…
— На кровь не похоже?— чуть расстроившись, спросил Джеймс, доставая порядком перемазанный уже кетчупом платок.
— Поттер, зачем тебе кровь?
— Не знаю, я еще не придумал,— пожал плечами гриффиндорец, пряча в рюкзак бутылочку, что стянул из Большого зала.
— Гениально,— фыркнул Скорпиус, надеясь, что Поттер разольет кетчуп прямо в рюкзаке.
Открылась дверь в класс, и третьекурсники стали медленно заходить.
— Опа, у нас сегодня чаепитие?— Малфой остановился в дверях, глядя на сдвинутые к стенам парты. У стола Фауста стоял сундук — совершенно инородное здесь тело.
— Может, не чай?— с надеждой спросил Джеймс, подталкивая друга вперед.
— Тихо. Сумки на парты. Встаньте передо мной,— профессор Фауст подошел к сундуку, доставая палочку из своей черной с красной вышивкой мантии. Студенты послушно выполнили все указания, не желая нарываться на очередные вычеты баллов. Джеймс с интересом смотрел на сундук, который, кажется, был скорее жив, чем мертв…
— Как думаешь, что там?— шепнул Скорпиус, наклонившись к другу.
— Думаю, Фауст нам сейчас расскажет,— улыбнулся Джеймс.
— Тихо! Сегодня — практическое занятие,— профессор Защиты достал палочку.— В сундуке тот, кого никто и никогда не видел в его истинном обличье. Итак?
— Боггарт!— сам от себя не ожидая, ответил Джеймс, пока Графф и Забини тянули руки.
— Дальше, мистер Поттер.
— Ну, боггарт сидит себе в темных углах, пока не найдет себе жертву. Тогда он принимает какой-нибудь особо жуткий вид, чтобы у жертвы случился нервный припадок, вплоть до эпилепсии…
— Если бы я лекции вам читал так, как мистер Поттер, мы все уже давно бы деградировали,— прервал гриффиндорца Фауст.— Если перевести на общепонятный язык…
— Что я непонятного сказал?— возмутился Джеймс шепотом. Малфой усмехнулся.
— Итак, решите, чего вы боитесь больше всего. Это первое,— Фауст, как обычно, не растрачивал время на пустяки.— Второе: придумайте, что бы могло всех нас рассмешить. Третье: достаньте палочку, взмахните и четко произнесите «Ридикулус». Пять минут на подготовку…
Джеймс и Скорпиус переглянулись, пытаясь аврально решить, чего же каждый из них больше всего боится.
— Что Альбус заберется в мою комнату и измажет все шоколадом,— изрек гриффиндорец.
— Что меня посадят на молочную диету,— ответил Скорпиус.
— Без разговоров!— Фауст сверкнул глазами, глядя на двух друзей.— Я должен слышать лишь одно слово: «Ридикулус»…
Мальчики опять переглянулись. Вокруг однокурсники стояли с сосредоточенными лицами и напряженно сжатыми губами. Кажется, только они двое не знали точно, чего именно боятся…
— Время истекло, встаньте в очередь.— Джеймс и Скорпиус тут же юркнули в самый конец, но Фауст, кажется, именно этого и ожидал.— Поттер, Малфой, в начало.
— Пудель,— злобно прошептал Джеймс, занимая место за Сюзанной Паттерсон.
— Начали,— профессор тут же сделал шаг от сундука и взмахом палочки открыл крышку. Тишина класса тут же была нарушена, потому что из сундука резким прыжком вырвался огромный волк-оборотень с окровавленной пастью. Девчонки завизжали, разбегаясь.
— Мисс Паттерсон, заклинание!— рыкнул Фауст, глядя, как зверь приближается к бледной, как смерть, девочке. Сюзанна боялась двинуться.
Джеймс героически сглотнул, оттолкнул в сторону однокурсницу и выставил вперед палочку, бледнея. Волк-то был огромным. Но через мгновение оборотень исчез. На его месте оказался Скорпиус Малфой, показывающий руку с Черной Меткой. Джеймс сам от себя не ожидал подобного: он боится Малфоя? Вот номер. Мальчик даже испугаться забыл, взмахнул палочкой, крича «Ридикулус!» — вместо Скорпиуса на полу появился милый белый хорек, исполняющий чечетку, стоя на задних лапках.
Студенты в классе засмеялись, на лица девчонок вернулась краска. Джеймс обернулся к Малфою, но тот вовсе не смеялся, хотя шутка была рассчитана именно на друга.
— Следующий,— Фауст кивнул Джеймсу.— Мисс Паттерсон, попробуйте снова.
Сюзанна обошла сокурсника, рука ее дрожала, но глаза смотрели с вызовом. И опять вместо хорька боггарт стал огромным оборотнем, еще более страшным. На этот раз Сюзанна справилась с собой, подняла палочку — и на голове волка выросли белые заячьи уши, а вместо длинного хвоста — заячий комочек. В кабинете снова все засмеялись.