Чтение онлайн

— Вейн не говорил тебе?

— Ну, он пытался. Я просто слушать не стал.

— Моя история не такая интересная, как твоя. И рассказать ее можно буквально в нескольких словах. В своей семье я не была любимым ребенком. Меня растили и воспитывали для того, чтобы в один прекрасный день выгодно выдать замуж. С самого раннего детства мне внушали, что это моя судьба. Только я не хотела этого. Даже не знаю, когда я поняла, что мои родители просто гадкие… — Ида запнулась, подбирая слово, — торгаши. Они решили продать родную дочь, как можно дороже. Для этого мы и приехали в замок Ролби. На мою свадьбу. Но появился Вейн, и я сбежала. И не жалею!

— Не жалеешь, что потратила все свои денежки на двух оборотней — неудачников? — поддразнил ее Эрик, вновь наполняя кубки. — Ты странная!

— И не говори, — рассмеялась Ида, совершенно не протестуя против еще одного бокала вина, хотя чувствовала, что ей уже более чем достаточно.

Она приняла кубок и сделала глоток. Волшебная ночь. Замечательно, что можно вот так просто сидеть рядом с почти чужим человеком, и притворяться, что они знают друг друга чуть ли не всю жизнь. Девушка была уверена, что до этого дня Эрик ни кому не рассказывал свою историю. Тайну знал лишь Вейн, да и то не полностью.

— Мы с тобой прямо как брат и сестра, сидим вдвоем у огня, болтаем и делимся секретами, — сказала Ида, поглядев на Эрика поверх кубка.

— А я не против…

— Чего?

— Стать твоим братом!

Ида поперхнулась вином:

— Как это?

— Разве у людей нет обычая, когда два посторонних человека, пройдя определенный ритуал, становятся вроде как родственниками?

— Это называется «побрататься».

— Так побратаемся? Sich verbrudern? — глаза оборотня блеснули шальным огоньком.

Ида поняла, что он пьян. Впрочем, как и она сама. Вдруг эта идея показалась ей очень даже привлекательной.

— Мой родной брат такая скотина, — хихикнула она. — Обещай, что надерешь ему уши, когда встретишь!

— Обещаю! — торжественно изрек парень и тут же рассмеялся.

Он порылся в корзине и извлек тонкий серебряный нож, которым резал мясо. Лезвие блеснуло кровавыми бликами.

Ида мгновенно перестала веселиться:

— Зачем это?

— Доверься мне. Дай руку.

Девушка кивнула и протянула правую руку. Эрик осторожно полоснул по тонкому запястью крест- накрест. Выступила кровь. Ида закусила губу, чтобы не вскрикнуть, но удержать слезы боли не смогла — они так и брызнули из глаз. Оборотень быстро рассек свое запястье, и немедленно соединил две раны.

— Ich nenne dich Schwester [9] , — тихо произнес он. — Теперь твоя очередь: повторяй за мной: Ich nenne dich Bruder.

Ида очень старалась не коверкать слова и повторять хотя бы похоже.

— Что я сказала? — спросила она, ухмыляясь.

— Назвала меня братом.

— Что это за язык?

— Wolfs. Язык моего народа.

И он отпустил ее руку со словами:

— Ich nehme Sie Zeugen von unserer Gewerkschaft der G"otter [10] .

— А сейчас ты что сказал?

— Призвал в свидетели богов, у тебя же есть боги, которым ты поклоняешься?

— У нас один бог, двуликий Януш. Он воплощение мирового добра и зла.

— Как это?

— Понимаешь, Януш как человек, в нем живет светлое и темное одновременно. Все зависит от того какая сторона сущности владеет им в данный момент. Он целитель и воин, кроткий ягненок и жестокий лев. Никто не может постигнуть Двуликого до конца, даже его служители. Ну а ты, кому поклоняешься?

— У моего народа нет богов в обычном смысле. Мы верим, что духи предков покровительствуют нам. У каждого дома может быть свой дух-покровитель, а иногда и не один.

По запястью Иды текла кровь. Эрик оторвал рукав от своей рубашки и замотал рану.

— Ну и видок у тебя, — покачала головой девушка. — Слушай, а как вы превращаетесь?

— Не поверишь — молча. Волколак может принять обличие волка в любой момент по своему желанию. В шкуре зверя мы охотимся и сражаемся, в остальное время предпочитаем оставаться людьми. Так предписывается нам законом. Как-нибудь расскажу тебе поподробнее, а на сегодня, по-моему, достаточно разговоров. У меня уже язык болит с непривычки. Ложись-ка ты почивать, pereldar.

— Не смей называть меня так! — вскинулась Ида и тут же заразительно зевнула. Она окинула мутным взглядом комнату, рядом стоял диванчик, но девушка решила, что до него придется буквально ползти.

Ну, уж нет ей и на мягком ковре хорошо, рядом с вновь обретенным братом.

— Можно последний вопрос? — зевая без остановки, спросила Ида.

— Давай, — согласился оборотень.

— Если бы ты знал, что тебя поймают, ты бы отпустил Вейна?

Эрик ошарашено посмотрел на девушку. Вот умеет она испортить настроение! Но, наверное, в эту ночь он мог позволить себе быть честным до конца…

— Вряд ли, — процедил он.

Но Ида уже не слышала его, она мирно спала.

Оборотень усмехнулся, осторожно встал и подошел к кровати проверить Вейна. Как-то они совсем позабыли про него, да уж, ну и друзья. Залили глаза, и давай плакаться друг другу. А больной пусть хоть помрет. Эрик покачал головой, что-то он сегодня слишком сентиментален. На цыпочках волк вернулся к камину.

В голове хороводом кружились воспоминания. Как так получилось, что он оказался совершенно один? Почему так легко отказались от него самые близкие люди? Или не было дружбы, любви — все это фантастический мираж? Кто явился спасать его? Тот, кого его учили ненавидеть! Враг его народа! Дикий пес! А девчонка — полукровка отдала за его жизнь гораздо больше, нежели деньги и драгоценности — она отдала свою надежду на обеспеченное будущее. Эрик был уверен, что король эльфов предлагал Иде свое покровительство, но та отказалась, чтобы выкупить оборотней. Молодой волколак обладал удивительной способностью распознавать близкое кровное родство: он безошибочно угадал, что гордый Аркуэнон был родным отцом Иды. Говорить об этом девушке, конечно, не стоило — пришлось бы объяснять, почему владыка не признал дочь и обошелся с ней, мягко говоря, жестоко. Эльфы, а тем более Высшие, очень холодно относятся к своим незаконнорожденным детям, даже с чистой эльфийской кровью, а уж к полукровкам и подавно. Владыка же, можно сказать, проявил ангельское терпение и отдал Иде таки двух неудачников… А она взяла вопреки здравому смыслу, который наверняка уговаривал хозяйку предоставить оборотней их судьбе.

Немыслимо. Кто из его знакомых был способен на такое самопожертвование? Эрик не нашел ответа на этот вопрос. Он допил вино, собрал остатки ужина в корзину и растянулся на ковре рядом с девушкой.

— Теперь у меня будет новая семья: пес станет другом, а полукровка — сестрой. К демону все мысли! Пора спать! — с непонятным ему самому злорадством подумал оборотень.

— Спи спокойно, сестренка, я с тобой…

Утро началось с головной боли и дикой жажды. Ида тихо застонала и открыла глаза, потолок на мгновение качнулся, но тут, же вернулся на место. Скажите, пожалуйста, как она могла вчера выпить так много? Настоящая леди никогда не позволит себе больше одного бокала вина за ужином! Как хочется пить, лет пять жизни отдала бы за стакан воды.