Чтение онлайн

А вот слова Олега о самоинициации мне, мягко говоря, не понравились. Очень редко бывает, что потенциальный Иной самостоятельно входит в Сумрак, но ещё гораздо реже он находит в себе силы выйти оттуда. Да, гипотетическое первое поколение Иных поголовно было самоинициированным — но кто и когда видел этих первых магов? Самые старые из наших собратьев, родившиеся ещё до ледникового периода, всё-таки обретали свои способности под руководством наставников.

Однако если уж самоинициация происходила, то в результате, как правило, начинались неприятности — как у новоявленных магов, так и у нас, традиционных Иных. Даже если не брать клинические случаи, вроде питерского "Чёрного братства" и московского "Дикаря", всё равно — свежеиспечённый Иной, понятия не имеющий о Великом Договоре и правилах войны Света и Тьмы, успевал натворить множество глупостей.

Если верить Иным-журналистам из "Вестника", однозначных фактов самоинициации за последние двести лет было отмечено всего два или три — обычно среди шаманов различных племен. Во всех остальных случаях где-то поблизости непременно торчали уши сумасшедшего сектанта-одиночки или не в меру хитроумного начальника одного из местных Дозоров.

— А вампир? — неожиданно для себя самого вспомнил я. — Ну, тот, которого взяли у меня в подъезде? С ним что?

— Да то же самое — то ли не хочет, то ли не может ничего сказать. Шеф велел пока не трогать. Будет думать, как снять блокаду и при этом не угробить задержанного раньше времени.

Да уж, картинка вырисовывается… Заблокировать память Иному — это, я вам скажу, задачка ещё та. Сильный маг может подчинить более слабого, однако в итоге получится зомби, тупой автомат. А ведь даже те, кто атаковал Ночной Дозор, действовали, что называется, по ситуации, хоть и не вполне адекватно. Вчерашние же вампиры работали ещё более тонко, с инициативой, я бы даже сказал — с огоньком… осиновый кол им всем в задницу! Если бы упокоенный "азиат" вместо переговоров просто поджёг газовое облако — я бы сейчас уже ни о чём не рассуждал.

Зазвонил телефон на столе Олега. Командир поднял трубку, выслушал сказанное, кивнул, словно говоривший мог его видеть (хотя кто знает, если звонил Твердислав, то — вполне мог…), после чего повернулся к нам:

— Экстренная оперативка. Общий сбор.

Мы собрались на третьем этаже. Самое большое помещение в здании Дозора — конференц-зал, а по совместительству и аудитория для новичков-курсантов — было забито до отказа. Отсутствовали лишь четверо — трое раненых, до сих пор валяющихся в лазарете… и Серёга. Маг-алхимик пятого уровня, младший оперативник Старооскольского Ночного Дозора Сергей Дмитриевич Макарский, сутки назад погибший при исполнении.

За столом на возвышении, где во время учебных занятий находился лектор, сидело трое. Твердислав в вечном своём свитере, откинувшийся на спинку стула, точно происходящее его нисколько не касалось. Одетый с иголочки Павел Васильевич, заметно бледнее обычного. И некая личность в сером балахоне с опущенным на лицо капюшоном. Инквизитор, но не слишком высокого ранга. Изначально — Тёмный Иной, скорее всего — недавний сотрудник Дневного Дозора. В нашей конторе Инквизитор чувствовал себя, очевидно, не вполне в своей тарелке (хотя какая уж там тарелка… так, блюдечко…)

— Ишь ты! — пробормотал мне на ухо Кирилл. — "Балахонник" собственной персоной! Интересно, а почему обыкновенный, а не сам куратор региона?

На него зашикали, и Кирилл замолк.

Я ожидал, что причину экстренной оперативки нам объяснит шеф, но Твердислав по-прежнему сидел на своём стуле, с равнодушным видом рассматривая собравшихся. Вместо него поднялся замначальника. Откашлявшись, Павел Васильевич начал:

— Светлые!

Та-а-ак, хорошенькое начало… Обычно начальство вспоминает про нашу Светлую сущность исключительно тогда, когда нужно подстегнуть несколько увядший энтузиазм и послать сотрудников "во имя дела Света" куда-нибудь чёрту в зубы…

— Вы все знаете, что происходит сейчас в нашем городе, — продолжал тем временем Васильич. — Не буду скрывать, ситуация крайне тяжёлая. Вполне возможно — катастрофическая. Затронуты не только интересы Света. Именно поэтому мы хотели бы предоставить слово нашему гостю — сотруднику Инквизиции.

Инквизитор величаво качнул капюшоном. Встать он не пожелал.

— В ночь с шестого на седьмое июня сего года в городе Старый Оскол Белгородской области сотрудниками Ночного Дозора города была убита при задержании ведьма Мария Будинцева, виновная в несанкционированном применении Силы по отношению к людям и в оказании сопротивления Ночному Дозору, — Длиннющую фразу Инквизитор произнёс чётко, размеренно, на одном дыхании. Ого, их что, учат ещё и ораторскому мастерству? — При осмотре места происшествия оперативно-следственными группами Ночного и Дневного Дозоров было установлено, что незадолго до смерти Мария Будинцева подверглась интенсивному магическому воздействию неустановленной природы. В ходе следственных действий на месте шабаша Тёмных Иных, проходившего в ту ночь, был обнаружен артефакт биологического происхождения, являющийся чрезвычайно мощным источником Тёмной Силы. Данный артефакт, получивший условное наименование "Пятка Антихриста" был изъят, передан в распоряжение Инквизиции…

— И похищен, — неожиданно буркнул Твердислав.

Инквизитор на секунду бросил взгляд в сторону нашего шефа, и я готов поклясться, что при этом на гладко выбритых скулах Стража Договора ощутимо вспухли желваки.

— Да, и похищен. В настоящий момент местонахождение артефакта не установлено. Известно лишь то, что он до сих пор находится в пределах города. В связи с вышеизложенным, Инквизиция считает нужным сообщить следующее. Артефакт "Пятка Антихриста" с момента его обнаружения включён в список объектов, подлежащих изъятию и передаче на особое хранение как представляющий крайнюю опасность для Иных и людей. Хранение данного артефакта с иной целью, нежели передача его органам Инквизиции, является нарушением Великого Договора, карающимся соответственно. Любые действия Ночного Дозора, направленные на отыскание артефакта и передачу на особое хранение, изначально рассматриваются как соответствующие Великому Договору.

Твердислав вопросительно глянул на Инквизитора, и тот, довольно громко скрипнув зубами, вынужден был выразиться более определённо:

— С этого момента на территории города Старый Оскол действие Договора приостановлено вплоть до обнаружения артефакта. У вас — "карт-бланш". У Тёмных — тоже.

— От чьего имени вы говорите? — поинтересовался шеф. — Решение принято в Москве или сразу в Праге?

— Нет, — Инквизитор покачал головой. Чувствовалось, что собственные слова не доставляют ему ни малейшего удовольствия. — Это решение Высшего Конклава Инквизиции.

По залу пронёсся лёгкий шепоток. Сидевший рядом со мной Кирилл одними губами произнёс что-то вроде: "Ну ни хрена себе!".

Я прекрасно понимал ребят. Высший Конклав — орган легендарный, загадочный и абсолютно не склонный заниматься нудными текущими делами. За всю историю Инквизиции он собирался всего три или четыре раза. Даже во время недавних глобальных кризисов "Фуаран" и "Чёрная Пальмира" (я всё-таки выбрал время просмотреть выжимку) Инквизиция действовала всего лишь на уровне Европейского бюро. Конклав, объединяющий как глав всех региональных управлений, так и многих давно находящихся в отставке Инквизиторов-консультантов, тогда собраться то ли не успел, то ли не посчитал нужным.