Чтение онлайн

Но в эту дождливую ночь «Триалу» был нанесен такой удар, от которого фирма долго не могла оправиться. Преступники действовали по той же схеме, что и в случае с объединением «Саланг». Разница заключалась лишь в том, что охраннику «Триала» повезло гораздо меньше. Когда он отозвался на стук в дверь и вышел на крыльцо здания офиса, удар обрезком металлической трубы по голове не вывел его из строя. Он еще пытался сопротивляться и бросился на нападавших.

Еще одним ударом обрезком трубы по затылку его свалили с крыльца и принялись топтать ногами. Затем преступники ворвались в офис, взломали несколько дверей, похитили часть оргтехники, облили бензином столы и стулья в двух комнатах, устроив пожар.

Затем спокойно сели в машину, «уазик» защитного цвета, и, никем не замеченные, растворились в дождливой мгле.

После встречи с Георгием Венедиктовым на территории конно-спортивного комплекса «Заря» Константин задержался в Москве. Артур предложил отметить хорошим ужином достигнутую относительно телекомпании договоренность. Панфилов возражать не стал. Вечером они отправились в ресторан «Император», который открылся совсем недавно, но уже успел прославиться великолепными блюдами, приготовленными по старинным русским рецептам. Ели котлеты из рябчиков, севрюгу, блины с икрой, пили «Смирновку» из бутылки с черной этикеткой.

Артур пребывал в прекрасном настроении. Как обычно бывало в таких случаях, вел разговор о чем угодно, но только не о делах. Константин узнал много нового об эксцентричной жизни джазовых музыкантов, старинной русской и кавказской кухнях, породах лошадей и о тайнах закулисной жизни Московского ипподрома. Все это было, конечно, очень интересно. Но Панфилова не покидало смутное ощущение тревоги. Он внимательно слушал Артура, улыбался, когда нужно было улыбаться, кивал головой, когда нужно было соглашаться, но на душе у него скребли кошки.

После плотного ужина они отправились домой к Артуру, где Константин остался ночевать. Выпито и съедено было немало, но, несмотря на это, Константин долго не мог заснуть. Его слегка успокоил зашелестевший под окнами дождь.

Проснулся Константин утром от звонка сотового телефона. Константин вытащил трубку из внутреннего кармана пиджака, висевшего рядом на спинке стула.

– Констатин Петрович, – услышал он взволнованный голос Семенкова.

«Все правильно, – подумал Константин, – кто же еще может звонить в такую рань?»

– Что там у вас опять случилось? – хмуро проговорил он, не здороваясь.

– ЧП городского масштаба. «Саланг» сгорел.

– Как – сгорел?

– Вот так – взял и сгорел. Похоже на ограбление с поджогом. Пропала вся оргтехника из твоего избирательного штаба, даже сейфа нет.

– Что с документами?

– Документов в сейфе, слава богу, не было. Я решил на выходные забрать их себе. Так что избирательную кампанию можно продолжать. В сейфе была только наличность. Но немного, что-то около пяти миллионов рублей.

– Это мы как-нибудь переживем.

– Но это еще не все. Сгорел офис «Триала». Не повезло Трошину. Все здание выгорело дотла, одни стены остались. Пожарники были заняты на «Саланге», вода в цистернах кончилась. Пока по новой заправились, вернулись – там уже одни головешки. Самое странное во всем этом, что целую ночь у нас лил дождь. А когда загорелся «Триал», дождь прекратился.

– Это, наверное, бог над Трошиным посмеялся.

– Не знаю, кто над ним посмеялся, но он злой как черт. Уже звонил, обложил матами и меня, и тебя.

– Мы-то тут при чем?

– Он считает, что у него в Запрудном, кроме нас, врагов нет.

– Каких врагов? Очумел он, что ли?

– В какой-то степени я могу его понять. Трошин много потерял на этом пожаре.

– Пусть сначала проспится, – обозленно сказал Панфилов, – а потом я с ним поговорю.

– Давай, Константин Петрович, приезжай.

Панфилов выключил телефон, сунул его в карман пиджака, ругаясь про себя, прошел на кухню. Там уже сидел Артур.

Сидя за столом, он пил крепко заваренный чай. И еще одна кружка дожидалась Панфилова.

– Ты чего не спишь? – спросил Константин, присаживаясь рядом с Артуром.

– Звонок услышал. У тебя неприятности?

– Какие-то суки «Саланг» спалили. Но это еще ничего, документов по моей избирательной кампании там не было. Их начальник службы безопасности на выходные домой забрал.

– Значит, беспокоиться не о чем, – констатировал Артур.

– Есть о чем, – мрачно возразил Панфилов. – «Триал» тоже сожгли.

– Это который под крышей Айваза работает?

– Именно. У Айваза война с братвой, кучу народа с обеих сторон положили. А сейчас вот это…

– О чем же ты беспокоишься? Пусть Айваз с Порожняком разбирается.

– Да Порожняк на неделе пропал, ни слуху ни духу. А после этого его братву покромсали.

– Айваз ответил, думаешь?

– Устал я думать. Дам задание ребятам из «Витязя» разузнать, куда мог запропасть Саша Порожняк. А то что-то медленно милиция раскручивает дело с обменником. Спасибо за гостеприимство! Уезжаю домой, Артур. Спроси у Бори Туза, сможет ли он перевести деньги Георгию.

– Хорошо, я поговорю с ним. У тебя, значит, с банком настолько серьезно?

– Кинелев всех на уши поставил – ментов, налоговиков. Надо срочно встретиться с прокурором и поставить этих уродов на место. Надеюсь, что все это быстро закончится, но лучше, если Боря подстрахует.

– Не беспокойся, решим вопрос. Если не с Борей, то с Гурамом или Валерой.

Панфилов допил чай, распрощался с Артуром и вышел из квартиры. Садясь за руль «Кадиллака», он пребывал в мрачном настроении. Машина, словно живое существо, почувствовала душевное состояние хозяина и на поворот ключа в замке зажигания ответила унылым тарахтением стартера.