Чтение онлайн

— О, это восхитительно! Ты слишком добр ко мне, Персей. Я ничем не могу отплатить тебе.

Его рука застыла у нее на шее.

— Не надо благодарить за такую малость, Саманта, — хрипло отозвался Персей. — То, чего я жду от женщины, должно быть дано от всей души, не из вежливости, или не дано совсем.

Ну, конечно, опять думает о Софии. Когда закончится траур, она будет свободна и сможет любить его так, как он того заслуживает. Замечание Персея вернуло Сэм к суровой действительности.

— Но я... я действительно чувствую себя прекрасно — благодаря тебе. Теперь моя очередь. Ведь у тебя тоже наверняка выдался нелегкий день.

Персей кивнул и перевернулся на другой бок, вытянувшись рядом с ней, как большой камышовый кот. Да, он страшно устал, с беспокойством подумала Сэм и принялась разминать ему шею легкими движениями пальцев.

— Твой афинский офис содержится в таком же безукоризненном порядке, как тот, что в Нью-Йорке? — спросила она, чтобы заполнить возникшую паузу.

— Точь-в-точь, — пробормотал он.

— Персей, ложись на живот, я потру тебе спину. Когда мама болела, я массировала ее каждую ночь.

— А как же твоя головная боль?

— Я о ней начисто забыла. И предложение сделала от всей души, не из вежливости.

— Тогда я согласен.

У него вырвался гортанный смешок, от которого у Сэм потеплело на сердце. Персей повернулся на живот, однако халат все же не снял.

— Ты права, — невнятно произнес он через несколько минут, — у тебя отлично получается. Только не останавливайся, пожалуйста.

— Не буду! — пылко пообещала Сэм, а про себя подумала, что может делать ему массаж всю ночь напролет, если, конечно, он позволит...

Всей ночи не понадобилось. Не прошло и двадцати минут, как Персей заснул.

Саманта хотела встать с кровати, но вдруг сильная рука схватила ее за запястье.

— Не уходи, я не хочу оставаться один сегодня ночью, — пробормотал Персей. Прежде чем она поняла, что произошло, он приподнялся и подмял ее под себя. — Докажи еще раз, что тебе не противен мой шрам, — он начал целовать ее плечи и шею.

Сэм растерялась. Что ж такое сделать, чтобы Персей понял: она — вовсе не София? А поцелуи тем временем становились все более жаркими.

— Персей!.. — беспомощно выкрикнула девушка.

Когда она назвала его по имени, он, должно быть, осознал наконец, что ласкает не ту женщину, ибо резко вскочил с кровати и, тяжело дыша, уставился на Сэм.

— Ты превзошла себя в том, что касается актерской игры. Не бойся, тебе больше никогда не придется выступать в этом амплуа.

В следующее мгновение Персей исчез.

Как раненое животное, она лежала на спине, не в силах пошевелиться. Потом, как-то незаметно для нее, навалился тяжелый сон, и сознание отключилось.

Когда Сэм проснулась на следующее утро, часы на тумбочке показывали десять пятнадцать и комнату заливал солнечный свет.

Она сбросила одеяло и выпрыгнула из кровати. Интересно, спит ли еще Персей? Просунув голову в дверь его комнаты, Сэм увидела незастеленную постель со смятыми простынями. Персей ушел, даже не разбудив ее?

Сэм быстро натянула шорты и майку. Сунув ноги в сандалии, бросилась из дома и обежала вокруг виллы.

Рабочие, подготавливавшие клумбы к посадке растений, помахали ей. Она помахала в ответ, но на душе стало неспокойно, потому что Персея нигде не было видно.

Девушка вернулась в дом и едва не столкнулась в холле с Ариадной.

— Вы видели Персея? — спросила Сэм.

— Да. Ваш муж рано встал и уехал в Афины. Он просил, чтобы вы ему позвонили, как только проснетесь.

— У вас есть его номер телефона?

— Да, госпожа Костопулос. Позвольте, я провожу вас.

Сэм последовала за Ариадной. В кабинете стояли книжные шкафы, большой стол из красного дерева, факс, копировальное устройство, компьютер и принтер. Все, что могло ему понадобиться, было под рукой.

— Я записала для вас телефон, госпожа.

— Спасибо, Ариадна, — сказала Сэм и, как только осталась одна, начала набирать номер. Ответила секретарша, и в уши Сэм хлынул поток быстрой греческой речи.

Сэм спросила, говорит ли женщина по-английски, и секретарша немедленно перешла на чистый английский язык. На Сэм это произвело огромное впечатление, и она пообещала себе обязательно научиться так же хорошо говорить по-гречески.

— Госпожа Костопулос, добрый день, ваш муж ждет вашего звонка. Пожалуйста, не вешайте трубку, я соединю вас.

— Спасибо.

Не имело значения, сколько раз Персея называли ее мужем, она никогда не привыкнет к этому, потому что на самом деле он ей не муж. Иначе они провели бы прошлую ночь в одной постели. И все последующие тоже.

— Саманта? Ты встала, вот и прекрасно. — Его голос был полон жизни. Очевидно, он совершенно забыл о том, что произошло прошлой ночью, и сейчас чувствовал себя отлично.

— П-почему ты меня не разбудил? — спросила Сэм.

— Потому что утром бригадир сказал мне, что ты работала усерднее, чем его собственные рабочие. Возможно, поэтому тебе было плохо вчера. Следовательно, ты заслужила отдых. У тебя прошла головная боль?

— Д-да. Я чувствую себя хорошо.

Что-то она стала косноязычной в последнее время...

— Я рад это слышать, потому что снова собираюсь пригласить тебя поужинать и потанцевать сегодня вечером в Афинах. Давай приводи себя в порядок. В семь я пошлю за тобой вертолет. Я уже дал указания Янни привезти тебя в Ливади.

С каждым мигом, проведенным в обществе Персея, ее чувства к нему становились все глубже.

— Я буду готова.

— Мы не вернемся до завтрашнего вечера, так что собери чемодан с самыми необходимыми вещами.