Чтение онлайн

Оглянувшись, Валери к величайшей радости убедилась, что миссис Хиль спала глубоким сном. Она закурила папиросу, а Лоренцо, постелив холст, лег и закрыл лицо шляпой. Наступило молчание, прерываемое только легким, равномерным похрапыванием миссис Хиль.

Педро Каллос, направлявшийся в Салтандар на телеграф, остановил машину и вышел из нее, приветствуя Валери низким поклоном; он растолкал Лоренцо. Его поступками руководили не вполне рыцарские соображения.

«Тут, — говорил себе Педро, — сидит молодая барышня, прекрасная, как солнце, вместе со старой наседкой, своей родственницей, и у них, вероятно, есть деньги. Я, кажется, набрел на удачное дело и смогу возместить потери от игры в карты».

Валери разбудила миссис Хиль, та начала разглядывать Каллоса в лорнет и спросила;

— Кто это такой?

Каллос сделал великолепный приветственный жест своим сомбреро и произнес с сильным акцентом, но на вполне понятном английском языке:

— Ваше сиятельство, я надсмотрщик за рабочими на плантациях и довезу вас, если желаете, до ближайшего города.

Тот факт, что он говорил по-английски, окончательно успокоил миссис Хиль. До этой минуты она питала твердое убеждение, что все мужчины в широкополых шляпах и с черными усами были бандитами. Они добрались к заходу солнца в Салтандар, и Каллос подвез их к самой большой гостинице в городе, носившей название «Куба».

— Если я не получу десять процентов со счета, то увезу их в другое место, — сказал он Гонессу, хозяину отеля. — Это две англичанки, одна старая, похожая на ночной кошмар, а другая молодая, напоминающая прекрасный сон. Остроумная шутка, не правда ли! Что ж, вы согласны?

Миссис Хиль в течение всего пути объясняла Каллосу, что не выносит пищи, жареной на сале. Теперь он упомянул об этом факте Гонессу, тот проворчал в ответ «сумасшедшая», — но приготовил прекрасный обед, следуя правилам тонкой французской кухни.

Миссис Хиль оказала ему честь с таким рвением, что вскоре почувствовала желание вздремнуть и решила лечь в кровать.

Валери вошла в комнату, но ей не хотелось спать. Она села у окна, вдыхая ароматный, бодрящий, как шампанское, воздух, и с удовольствием подумала о том, что поездка их полна забавных приключений. Снизу, из кафе, доносились звуки оркестра.

Валери противилась искушению сколько могла. Но настойчивые, манящие звуки настоящего танго и голоса мужчин, подпевающих в такт, заставили ее решиться.

Она сказала себе:

«Ничего не случится, если я спущусь вниз и закажу чашку кофе. Хозяин знает меня, и я объясню, что пришла взглянуть на его кафе». Она не надела шляпы, а только напудрила лицо и надушилась. С папиросой в зубах, в белом костюме и белой шелковой блузке, с вышитыми на ней синими инициалами, вошла она в кафе. Оркестр продолжал играть, но все находящиеся в помещении мужчины и женщины перестали танцевать, болтать и смеяться, увидев Валери. Она почувствовала легкое смущение, остановилась на мгновение в нерешительности, краснея и бледнея попеременно. Заметив свободный зеленый столик, подошла к нему и села.

В следующем номере выступала Корида. Она тоже только что вошла в кафе и стояла у стойки, враждебно глядя на Валери.

«Это англичане! У них у всех один и тот же вид». Как она ненавидела их! Чванные гуси! Кроме того, не следовало забывать о мщении за разбитую челюсть Кастана. Корида пила коньяк со льдом и думала о Робине. Как бы она хотела, чтобы он и эта девушка были родственниками. Тогда удалось бы осуществить прекрасный план мщения, возникший в ее возбужденном мозгу.

Корида была неглупа и обладала здравым рассудком, помогавшим разбираться в чувствах других людей. Она ясно видела, что Валери, несмотря на самоуверенный вид, была сильно испугана.

«Она считает, что переживает приключение, — подумала Корида с презрением, — что совершает отважный поступок. Впоследствии, вероятно, будет рассказывать о страшных ночных кафе в Аргентине. Как глупы эти белолицые заносчивые англичане!»

— Чем вы так недовольны сегодня, моя красавица? — прошептал ей Кастан прямо в ухо.

Корида не повернула головы. Она никогда не оглядывалась, когда заговаривал влюбленный в нее мужчина. Зачем баловать его, отвечая взглядом на взгляд?

— Меня злит та благородная сеньора, которая сидит слева от вас, — сказала она. — Я смотрю на нее, на ее жемчужное ожерелье, на чулки, на ее носовой платок из тончайшего полотна и не могу понять, почему одна девушка имеет все, а другие должны довольствоваться крохами и трудиться, чтобы зарабатывать на существование.

Черные, удивительно блестящие глаза Кастана сверкнули.

— Что вы хотите этим сказать? — шепнул он. — Объясните мне, мое сокровище, и я тотчас же исполню ваше желание.

Корида повернула к нему красивое смуглое лицо с синими глазами и красными губами и прислонилась плечом к плечу Кастана, глядя на него в упор.

— Кастан, хотелось бы получить это жемчужное ожерелье. Я ведь только женщина, а все женщины любят красивые вещи. Но знаю: этот жемчуг не предназначен для бедной танцовщицы Кориды. Ей достаточно янтарных бус.

Лицо Кастана выражало колебание — он обожал Кориду и боялся ее. И в данную минуту не был уверен, желает Корида, чтобы он раздобыл для нее этот жемчуг, или нет. Кастан нерешительно дотронулся коричневым пальцем до черного блестящего локона, касавшегося его плеча.

— А если мне удастся достать для вас это ожерелье, что я получу в награду?

— Это будет зависеть, — отвечала Корида задыхаясь, — от вашего желания!

Кастан потерял власть над собой. Он обнял дрожащей рукой талию Кориды и сказал хриплым голосом: