Чтение онлайн

Позавтракать она не смогла. Сама мысль о яичнице с беконом вызвала у нее тошноту, а первая же ложка овсянки комом застряла в горле. На станции она, как обычно, купила «Дейли телеграф», но так и продержала газету неразвернутой, всю дорогу крепко сжимая ее в руке и не отрывая невидящего взгляда от калейдоскопа летящих мимо кентских предместий. Катер задержался с отплытием от пирса на Черинг-Кросс на целых пять минут. Мистер Де Уитт, обычно такой пунктуальный, запыхавшись вбежал по трапу на борт, как раз когда Фред Баулинг решил отдать швартовы.

— Прошу у всех прощения, — коротко извинился мистер Де Уитт. — Спасибо, что подождали. Я уж думал, придется вторым рейсом ехать.

Все теперь были в сборе, весь обычный состав первого рейса. Мистер Де Уитт, она сама, Мэгги Фицджеральд и Эми Холден из рекламного, мистер Элтон из правового и Кен со склада. Блэки заняла свое всегдашнее место на носу. Ей хотелось бы встать и пройти на корму, посидеть там в одиночестве, но и это могло вызвать подозрения. Казалось, что она как-то особенно обращает внимание на каждое произносимое ею слово, на каждое движение или поступок, словно она уже находится под допросом. Она слышала, как Джеймс Де Уитт рассказывает остальным, что накануне, поздно вечером, ему позвонила мисс Франсес и сообщила, что на мистера Донтси напали. Это случилось после поэтического вечера, где он читал свои стихи. Его очень быстро нашли двое из тех, кто находился в ресторане, и они отвезли его в больницу Святого Фомы. Он больше пострадал от потрясения, чем от налета, и теперь чувствует себя нормально. Блэки никак не прореагировала на это известие. Просто еще одна небольшая неприятность, еще кому-то не повезло. Все казалось несущественным по сравнению с ее собственным чувством тревоги.

Поездка по реке обычно доставляла ей огромное удовольствие. Блэки совершала эти поездки вот уже более двадцати пяти лет, но они никогда не утрачивали для нее своей прелести. Однако сегодня все так хорошо знакомые ей вехи казались просто дорожными столбами на пути к грозной беде: изящные металлические переплеты железнодорожного моста Блэкфрайарз; Саутуоркский мост с лестницей, ведущей на Саутуорк-Козуэй, [61] от ступеней которой отплывал на лодке с гребцами Кристофер Рен, наблюдавший за строительством собора Святого Павла; [62] Лондонский мост, где когда-то у обоих его концов выставлялись головы изменников, насаженные на пики; Ворота изменников, [63] позеленевшие от ила и водорослей; и Мертвецкая дыра под Тауэрским мостом, откуда по традиции разбрасывали за пределами города прах умерших; и сам Тауэрский мост с бело-голубой пешеходной дорогой наверху и со сверкающим золотом гербом; королевский корабль «Белфаст» под флагом НАТО. Блэки смотрела на все это равнодушными глазами. Она убеждала себя, что ее тревога необоснованна и беспричинна. У нее была лишь одна небольшая причина чувствовать себя виноватой, да и та скорее всего была в конечном счете не настолько важной, чтобы заслуживать обвинений. Надо только держать себя в руках, и все будет хорошо. Однако ее тревога, которая теперь превратилась в настоящий страх, все возрастала по мере того, как они приближались к Инносент-Хаусу, и Блэки казалось, что своим настроением она заразила и всех остальных. Мистер Де Уитт во время поездки по реке всегда сидел молча, чаще всего читая газету, но женщины были настоящими болтушками и обычно щебетали не переставая. В это утро все они смолкли, когда катер медленно, покачиваясь на волнах, подошел к швартовому кольцу справа от лестницы.

Неожиданно Де Уитт произнес:

— Инносент-Хаус. Ну что ж, вот мы и приехали…

В голосе его звучали нотки напускного веселья, словно все они покидали катер после речной прогулки, но лицо оставалось мрачным. «Интересно, что это с ним, о чем он думает?» — мелькнуло в голове у Блэки. И вместе с другими она стала медленно и осторожно подниматься по омытым приливной волной ступеням на мрамор патио, собираясь с духом, чтобы встретиться с тем, что могло ожидать ее в издательстве.

Джордж Коупленд, укрытый за своей конторкой в приемной, смущенный собственной неспособностью что-либо предпринять, с облегчением услышал шаги многих ног по булыжнику мостовой. Значит, катер наконец-то пришел. Лорд Стилгоу прекратил гневное хождение взад и вперед, и оба они повернулись к дверям. Группка сотрудников вошла тесной кучкой, возглавляемая Джеймсом Де Уиттом. Мистер Де Уитт бросил быстрый взгляд на встревоженное лицо Джорджа и спросил:

— Что случилось, Джордж?

Ответил ему лорд Стилгоу:

— Этьенн пропал. Мы с ним договорились встретиться в его кабинете в девять часов. Когда я приехал, здесь никого не было, кроме диспетчера и уборщицы. Со мной так себя не ведут. Я в отличие от Этьенна ценю свое время. У меня сегодня утром встреча с врачом.

— Как это — Этьенн пропал? — успокаивающим тоном спросил Де Уитт. — Он, я думаю, попал по дороге в пробку.

Тут вмешался Джордж:

— Он должен быть где-то здесь, мистер Де Уитт. Его пиджак висит на спинке кресла у него в кабинете. Я заходил туда, когда он не ответил на мой звонок. И парадная дверь не была толком заперта сегодня утром, не на сейфовый замок. Когда я пришел на работу, я открыл ее одним английским ключом. И на охрану не поставлена. Мисс Клаудиа только что приехала. Теперь везде проверяет.

Все направились в холл, словно движимые общим порывом. Клаудиа Этьенн, сопровождаемая миссис Демери, вышла из комнаты Блэки.

— Джордж прав, — сказала она. — Он должен быть где-то здесь. Пиджак накинут на спинку кресла, и связка ключей лежит в правом верхнем ящике стола. — Она обратилась к Джорджу: — А в десятом доме вы проверяли?

— Да, мисс Клаудиа. Мистер Бартрум приехал, но в здании больше никого нет. Он везде посмотрел и позвонил мне сюда. «Ягуар» мистера Жерара на месте, там же, где он его вчера поставил.

— А что, свет в помещении горел, когда вы пришли?

— Нет, мисс Клаудиа. И в его кабинете тоже света не было. Нигде не было.

В этот момент появились Франсес Певерелл и Габриел Донтси. Джордж заметил, что мистер Донтси выглядит слабым и бледным. Он шел, опираясь на палку, а справа на лбу у него виднелась полоска липкого пластыря.

— У вас там, в номере двенадцать, нет, случайно, Жерара? — спросила Клаудиа. — Он, кажется, куда-то исчез.

— У нас его не было, — ответила Франсес.

Войдя вслед за ними и стаскивая шлем, Мэнди сказала:

— Его машина тут. Я ее видела в конце проулка Инносент-Пэсидж, когда мимо проехала.

Клаудиа ответила раздраженно:

— Да, Мэнди, это мы знаем. Пойду посмотрю наверху. Он должен быть где-то в здании. А вы все оставайтесь и ждите здесь.

Она решительно направилась к лестнице. Миссис Демери следовала за ней по пятам. Блэки, словно не расслышав приказа, негромко ахнула и неловко засеменила за ними.

— Ох уж эта миссис Демери, — сказала Мэгги Фицджеральд, — всегда вовремя окажется на месте происшествия…

Однако голос ее звучал неуверенно, и когда никто не откликнулся на замечание, она покраснела, словно пожалев, что заговорила в такой момент.

Притихшая группка пришла в движение и замерла, образовав полукруг. Будто каждого осторожно подтолкнула невидимая рука, подумал Джордж. Он зажег в холле свет, и роспись потолка засияла над ними, своим великолепием и непреходящестью как бы подчеркивая мелочность людских забот и незначительность тревог. Все глаза устремились вверх. Джорджу пришло в голову, что они напоминают фигуры на религиозных картинах, людей, замерших в ожидании какого-то сверхъестественного явления. Он ждал вместе с ними, не зная, правильно ли, что он находится здесь, а не за конторкой. Ему не полагалось проявлять инициативу, он не должен был участвовать в поисках. Как всегда, он лишь исполнял то, что приказывали, но его удивило поведение компаньонов. Почему они так охотно согласились ждать? А почему бы и нет? Какой смысл всей толпой носиться по Инносент-Хаусу? Трех человек для поисков вполне достаточно. Если мистер Жерар в здании, мисс Клаудиа его отыщет. Никто не произнес ни слова, никто не двинулся, кроме мистера Де Уитта, который тихонько подошел к Франсес Певерелл. Джорджу казалось, что они, застыв, словно участники «живых картин», ждут уже много часов, хотя на самом деле прошло всего несколько минут.