Чтение онлайн

– На Тверской вокзал, пожалуйста.

Вокзал, по обыкновению, страдал от недостатка людей, которых манило что-то новое, или же сильно занятых. Но всё же атмосфера, хоть и стандартная, привлекала своей индивидуальностью и спокойствием. «Кричащую» тишину периодическими объявлениями нарушал только старый мегафон, висевший в верхнем правом углу зала ожидания. Сам по себе вокзал был маленьких размеров, не ремонтированный со времён Великого Союза, но выглядел вполне прилично для своих лет.

Полифем вошёл в здание и сел на старую лавку, подле дверей выхода на платформу, и задумался: в голове родились мысли, не тяжёлые, а более волнительного характера, от предвкушения возвращения.

«Как? Что? За долгое отсутствие на «родине» многое поменялось… Приму ли я город? Или, если быть точнее, примет ли город меня? Интригующая загадка, больше похожая на игру…».

– Не холодно, мил человек?? – спокойным вопросом сбил Полифема с мысли таинственный незнакомец.

– Зябко. – признав вокзального сторожа, ответил Полифем.

– Тю! Сейчас исправим! Вот, угощайся. – сторож протянул чашку горячего чая.

– Благодарю. – взяв кружку сказал Полимфем, – Вы очень щедры.

– А ты будто в лихорадке. Взгляд взволнованный… Потерянный немного, с каплей страха что ли. Уезжать не хочешь, поди?

– Напротив, отец. А что, и впрямь волнение заметно?

– Чрезвычайно! А почему именно это подумал, так тут опыт: за сорок лет своей работы здесь профессором уже стал… Столько людей, взглядов, глаз, эмоций… Зрение подобное обретёшь, сам того не желая. – сторож сделал маленький глоток чая.

– Пей, а то совсем замёрзнешь! – сказал сторож, не отрывая внимания от задумавшегося Полифема. Послушался старика, сделал глоток.

– Смотрю, от думы отвлёк, чаем своим? Ну, так ты это, извини, что потревожил. Пойду, пожалуй…

– Стой, отец! – окликнул сторожа Полифем. – Присядь, поговорим. Расскажи, по опыту своему… Уезжать… Обратно возвращаться к старому, как это? Ведь видел же подобное, раз и меня прочитать смог?

Старенький сторож поставил чашку на лавку, сделал шага три, приложил указательный палец левой руки к губе, резко остановился, выдержав небольшую паузу, обернулся и начал говорить:

– Многое видел, много слышал, а тебе вот мысль какую скажу. Проблемы, суета, радости в жизни разные бывают… Сам не навязываюсь, поскольку некультурно, но, если человек, как ты сынок, сам вопрос задаёт, стало быть, неопределённость присутствует. И это пугает порой. Ведь кто знает, от проблем убегаешь или же от большой ностальгии билет покупаешь. Но знай: поезд всегда едет вперёд. Какое решение не принял бы, как сейчас уехать, это рост твой. И не важно какой и в какую сторону. Главное вперёд. И к чёрту эту философские бредни, как вот сказал, так и сказал. А уж тебе старика мысль на суд выносить.

Полифем внимательно выслушал и с полминуты где-то храня молчание, задумался. И вправду, «суд» начался. Но отвлёкся на громкое объявление: «Скорый поезд 109 прибывает на платформу номер один, стоянка три минуты. На платформе будьте внимательны и осторожны». – перебил мегафон мысли Полифема.

– О! Твой! – заметил сторож.

Полифем встал, взял сумку:

– Прощай, отец. Спасибо за душевный чай. Пора. – крепко пожав руку сторожу, поспешил на, вот уже прибывший, поезд.

– Сынок! – неожиданно окрикнул старик Полифема.

– Да?

– Помни! Поезд всегда едет вперёд! Удачи!

Найдя своё пустое купе, Полифем присел и кинул свой взгляд в окно. Он смотрел куда-то вверх, вдаль, голову приложив к стеклу.

«Поезд 109 отправляется от платформы номер один. Счастливого пути!» – прозвучало из мегафона.

– Ну, вперёд. Путь начинается…

Стрелки часов показали одиннадцать часов, поезд продолжал своё движение, сопровождающееся лёгкой тряской из стороны в сторону и приятным постукиванием колёс. За окном панорамный вид: бескрайние, на первый взгляд, поля, вперемешку с короткими лесными полосами, а спустя минуты и вовсе непроглядными лесными чащами, а потом картинка повторялась, и вся эта панорама украшалась лунным светом, который изредка пробивался из-за облаков.

Полифем смотрел на всё эту удивительную красоту, прислонившись правым виском к стеклу. Он всё думал… О тех словах, что сторож искренне, как сыну собственному, сказал, каплю своего опыта огромного отдал. «Какие же слова… Эх старик, заставил задуматься. И теперь, как определить, в правильном ли для меня направлении едет мой поезд? Или я сейчас допускаю огромную ошибку? Как в этом убедиться, ума не приложу…».

Неожиданно открылась дверь купе и вошел высокий мужчина, своей внешностью напоминающий человека старой эпохи: с большой седоватой бородой, в шляпе с широкими полями, в длинном коричневом пальто, с большой кожаной сумкой в руке, которая еле поместилась в дверной проём; поставив багаж на пол, он сел.

– Доброй ночи, сударь! – с улыбкой сказал мужчина.

– Зачем так официально? Доброй. – ответил Полифем.

– Ну так, уважение проявляю-с! Меня Пахомом звать-с. – представился мужчина и протянул руку, в знак знакомства.

– Полифем. Очень приятно.

– Какое, однако имя у вас нестандартное-с.

– А у вас слог. Старый литературный? Или старорусский манер? – с интересом спросил Полифем.

– Вы, сударь, наблюдательны. – с ехидной улыбкой ответил Пахом. – А в слоге ничего не обычного нет-с. Просто взгляд у меня такой на жизнь имеется-с. Времён великой империи придерживаюсь мнения-с. То, что сейчас происходит с обществом – это полное издевательство над человеком. С царских времён в российском обществе так и ничего не поменялось. Как было разделение на слои, так оно и осталось. Крестьяне-купцы-мещане-светский круг-с. И тут стоит отметить деталь одну. Народ дивится, радуется свободе действий, мнению своему-с. Мол, наконец, от рабства души человеческой отошли-с. Что теперь можно самому на себя работать, так сказать, жизнь свою строить по кирпичикам, зная, что могут-с. Вот Вы, Полифем, к какому сословию принадлежите? – с хитростью спросил Пахом.

– Не знаю. Как-то не задумывался, знаете ли. – растерянно ответил Полифем, и на секунду направил взгляд на пол.

– Скромный вы, однако, сударь! Обманули старого, обманули! – засмеялся Пахом, тряся указательным пальцем.

– Почему же? И в мыслях не было.

– Наблюдательность моя говорит-с, что в плане состояния, Вы не бедствуете. Раз выкупили два оставшиеся места в купе. Если бы я раньше билет не купил-с, то и мой выкупили бы. А значит в плане денег у Вас всё в порядке-с. Я-то по сословию купец потомственный! Батька мой, царство ему небесное, – Пахом перекрестился, – Ермол, оставил мне хозяйство большое-с. А значит я в денежном плане спец. Ну а что по поводу Вас, почему же один? Соседей не терпите-с?

– Не люблю лишний шум. Не, не подумайте, что Вы мне неприятны или мешаете, нет! И вообще Вы мне очень приятны и с вами общаться комфортно, хоть я и Вас не знаю вовсе. Просто последняя неделя для меня выдалась очень тяжёлой… Полифем почувствовал, что его слова как-то задели Пахома.

– Бывает, сударь, бывает-с. Всё проходит, и это пройдёт-с. – со спокойствием протяжно сказал Пахом.

– Теперь я поведу. Куда направляетесь? С какой целью? – после короткой паузы подхватил диалог Полифем, дабы спасти беседу и не казаться скованным, и хоть как-то от мыслей отвлечься и скуку развеять.