Чтение онлайн

В этом не было никакой нужды. Мне не нужно было ломать ее — не после того, как она сама себя сломала.

Я тяжело выдохнул.

— Вставай.

Медленно, тихо и покорно она поднялись на ноги. Она стояла, пошатываясь, как гребаное привидение. В руках по-прежнему держала перо и документ, вымоченный в ее слезах.

Не проронив ни слова, она положила влажный документ на стол, макнула перо в чернила и подписала свое имя.

Мой желудок сжался. Я должен быть счастлив, но моя радость превратилась в грязное топливо, которое травило мои внутренности.

Избегая зрительного контакта, она прошептала:

— Я хочу вернуться в комнату. Ели внутри тебя есть хоть какое-то подобие души, Джетро, ты исполнишь эту маленькую просьбу.

Мое сердце сжалось, лед треснул, оттаивая часть за частью.

Мои руки так и зудели от желания прикоснуться к ней, предоставить ей утешение... комфорт.

«Она ненавидит тебя, ублюдок».

Ни в коем случае, она не хотела, чтобы ее трогали. Особенно я.

Меньшее, что я мог сделать — это оставить ее в покое.

Медленно я повернулся к столу и взял ее телефон.

— Держи, — я вложил его в ее хрупкую ладонь.

Она даже не обратила на меня внимания.

Поскольку больше нечего было сказать, я повел ее обратно в комнату. 

Иголочка с ниточкой: Я надеюсь, что ты ответишь мне, Вон. Пожалуйста, скажи мне, что ты не планируешь что-то опасное, что не намереваешься ворваться сюда, потому что в этом случае тебя арестуют или еще хуже… убьют. Пожалуйста, ответь. Я скучаю по тебе.

Я смахнула одинокую соленую слезинку со своей щеки. Мое сердце ощущалось обугленным куском плоти в груди. Прошлая ночь несла лишь отдаленные воспоминания, словно нечто туманное и размытое. Я помнила яркие фейерверки, припоминала, как провела спокойный день за чтением и помогала в саду подготавливать все к празднованию дня рождения, но не могла сказать наверняка, что же произошло в кабинете Джетро.

Все, что я знала, что, в конце концов, не выдержала давления.

То, как я рыдала в собачьей конуре, когда только была доставлена сюда, не шло ни в какое сравнение с тем, насколько я стала раздавленной сейчас.

Меня должно волновать, что Джетро видел момент моей абсолютной слабости, но я не могла собраться с силами. Я чувствовала себя необычно отстраненной от всего, что происходило вокруг меня.

«Он позволил тебе плакать».

Он не стал истязать меня или причинять боль, вселяя в меня еще больше ужаса. Он стоял гордо, словно величественная ледяная статуя, сохраняя абсолютное молчание и не испытывая ни капли жалости, возвышаясь надо мной, пока я заливала слезами отчаяния изысканный ковер.

Но под этой отстраненной, пронизанной арктическим холодом, тишиной скрывалось нечто иное... Что-то совершенно другое.

Его молчание отдавалось горечью печали... пониманием и даже взаимной душевной болью.

Полная луна и золотистые звезды уступили дорогу замечательному дню, как по волшебству рассеивая ужасное окончание вчерашнего праздника.

А знаете, что было самым лучшим после всего? Я спала мертвецким сном, после того, как Джетро оставил меня. Плач полностью осушил мое тело, оставляя напоследок сильную головную боль, которая заставила меня почти потерять сознание.

Мой телефон завибрировал.

Качая головой, я постаралась избавиться от неприятных воспоминаний, которые имели место быть прошлой ночью, и взглянула краем глаза на святящийся экран телефона. Я хотела, наконец, получить ответ от моего близнеца. Но то, что я получила, был намного лучше, чем просто сообщение от брата.

Мое сердце словно сжалось от нестерпимой боли, когда я прочла первое за две недели сообщение от Кайта007.

Кайт007: Не знаю, почему надеюсь на то, что ты мне ответишь, видя, что ты молчишь уже две недели, но у меня выдалась отвратительная ночь, и мне срочно необходимо поговорить с кем-то, кто не будет меня осуждать.

Он пытался писать мне сообщения?

Я быстро открыла папку «Входящие сообщения», но не нашла там ничего. Мой живот скрутило от мысли, что Джетро удалил сообщения Кайта. Ну, что за придурок.

Я прошла путь от швеи, которая вела уединенный образ жизни, поддерживая общение лишь со своим братом и отцом, до девушки, которая мучилась мыслями о трех мужчинах. И как бы я не отрицала, у меня определенно точно были чувства к Кайту. Хотя он и вел себя со мной как форменный подонок, но он дал мне силы, чтобы я могла противостоять ему, что впоследствии положило начало чувствам к Кестрелу. Потому что Кайт и Кестрел один и тот же человек. Я точно знала это.

Я все еще не решалась поинтересоваться об этом у него, но иногда я ловила его загадочные взгляды на мне.

Мне было совершенно без разницы, что это могло быть всего лишь хорошо продуманным планом, чтобы пробраться в мои мысли. И мне было определенно наплевать, что я была только гребаной марионеткой, которой говорили, что думать и кому доверять. Мне нужно было забыть обо всем и следовать за своим сердцем, потому что это было единственной надеждой на спасение.

Ну, и естественно, мои мысли постоянно занимал Джетро. Он смутил, озадачил и ошеломил меня. С одной стороны, мне бы хотелось схватить гребаную канистру с бензином и облить льдистое убежище, в котором он так тщательно скрывался, и увидеть, как оно полыхает, постепенно обнажая человечного и доброго мужчину, который изредка проскальзывал. А с другой, он совершал ужасные вещи, как вчера вечером, которые рушили все чувства нежности и влечения к нему.

Как я могла понять того, кто не понимал даже самого себя?

«Ты не можешь вести с ним разговоры. Потому что в одно мгновение ты пытаешься его соблазнить, а в другое ты пытаешься сделать так, чтобы он истекал кровью».

Мы были испорчены в равной степени.

Переводя взгляд опять на сообщение, я кликнула по кнопке «ответить». Прикусив губу, я размышляла, почему у Кеса/Кайта была плохая ночь. Что произошло после того, как Джетро уволок меня с праздника? И почему Кес не попытался поговорить со мной, когда обнаружил, что я не отвечаю на его смс?