Чтение онлайн

"что бы сказали борцы за права животных и людей из малоразвитых стран?".

Последняя мысль вызвала улыбку, ведь любая "малоразвитая" страна, из моей прошлой жизни, по технологическому прогрессу, на порядки превосходила нынешнюю империю.

Тук, тук, тук.

– "десять", "десять", "десять".
– Озвучиваю свой результат.

Пинки радуется и хлопает в ладоши, так как будто бы это она все три раза попала в центр мишени.

"последние дни, а после завтра начнется новый этап в жизни".

В прошлый раз, когда я сидел с парнями в трактире, мы размышляли, кого из нас куда отправят. По общему мнению, меня и еще троих лидеров других групп, пророчили в гвардию императора, а один индивид заявил, что его в качестве телохранителя, заберет в поместье родной отец. Даже не знаю, завидовать ему или сочувствовать?

Последний восьмой год начался с того, что учеников "школы меча", начали приучать к виду крови. Каждую группу по отдельности, выводили на закрытую площадку, где против нас выставляли обычных разбойников, убийц или грабителей, которым вручали оружие, и в случае победы, обещали отпустить на свободу.

Как сейчас помню: я стоял в просторном зале, освещенном дюжиной масляных ламп, развешенных на стенах, в моих руках была зажата рукоять меча, подаренного Владиславом Морозом. Напротив, лихорадочно вцепившись в клинок, словно утопающий в тонкую нить, не дающую уйти на дно, дрожал всем телом мужчина лет сорока. Это был обычный крестьянин, даже не обученный сражаться, но приговоренный к смертной казни.

Когда раздался приказ начинать, мне оставалось совершить рывок к противнику, и нанести всего один удар в область шеи... тело, в которое долгие годы вбивались нужные рефлексы, сделало все идеально. В тот день мне впервые довелось оценить, насколько обычные люди, беспомощны против обученных "псиоников".

Для меня, учитывая прошлую жизнь, это было уже не первое убийство, а потому сильных душевных терзаний не случилось, а вот некоторых парней мутило, трясло, и кого-то даже вырвало.

Тук, тук, тук.

– "десять", "девять", "десять".
– Поглаживаю Пинки между ушами.
– Молодец, у тебя хорошо получается.

Издав неразборчивый радостный возглас, кошка снова побежала за ножами, а я вернулся к воспоминаниям о прошедшем годе.

После того случая, нашей группе еще несколько раз приходилось казнить преступников, а что бы мы не зазнавались и не начали считать себя самыми сильными, мастера на следующий же день, показывали всю ту "пропасть", которая нас разделяет. Обидно и больно лежать на земле, с десятком сильных ушибов по всему телу, но это отлично "прочищало" мозги, возвращая с небес на грешную землю.

А однажды мне довелось исполнять приговор "бесу". Это была почти обычная девушка, за исключением пепельно белых волос, насыщено красной кожи, глаз с вертикальными зрачками, пары коротких рогов на лбу, и коротких черных когтей на пальцах рук и ног. Наставник говорил, что она шпионка, целью которой была организация убийства одного из князей... но что-то мне подсказывает, что если бы "дьяволы" действительно хотели убить сильного "псионика", они бы воспользовались услугами наемных убийц из числа людей.

Эта "бес", оказалась первой жертвой, сумевшей оказать хоть какое-то сопротивление. Первый удар, который должен был если не срубить голову, то критически повредить шею, был заблокирован в последний момент, а вот за выпадом нацеленным в живот, она уже не уследила.

Испытывал ли я какие ни будь особенные эмоции, убивая потомка мутантов, с которыми сражался в прошлой жизни? Скорее "нет", чем "да". В той войне, друг в друга стреляли все, и люди ничем не отличались по уровню опасности, от своих ручных монстров.

Тук, дзинь, клац.

– ммм... наставник будет ругать за испорченный инвентарь.
– Потираю затылок, пытаясь понять, как же меня угораздило попасть два раза, в рукоять первого ножа, впившегося в самый центр мишени.

– мряу?
– Пинки посмотрела на меня обеспокоено, и как будто хотела предложить, взять вину за сломанный нож на себя.

– глупенькая.
– Усмехаюсь и несильно щелкаю кошку по носу, вызывая обиженное сопение.
– Все будет хорошо.

Фыркнув и забавно дернув ушами, питомица пошла за ножами, а мой взгляд снова вернулся к небу, и верхушкам деревьев.

"и все же, я буду скучать по этому месту".

МЕЧ ИМПЕРИИ.

– мряу.

Шершавый влажный язык, скользит по моей щеке, заставляя сознание вынырнуть из глубокого крепкого сна. Сколько уже раз, кошка будила меня таким образом? Даже пытаться подсчитать не буду.

– доброе утро, Пинки, я уже проснулся.

Потягиваюсь всем телом до хруста, совершенно не обращая внимания на груз, все еще располагающийся у меня на груди и животе. Когда последние признаки дремы прошли, пришлось согнать с себя "кошку-рабыню", которая самым наглым образом, попыталась уснуть.

"разбаловал я ее".

Надев заранее подготовленное белое трико, подхватываю собранный прошлым вечером сундук, и взвалив его на плечо, выхожу из "кельи". Кошка пристраивается за левым плечом, уже одетая в серый передник совмещенный с юбкой. В коридоре, обмениваюсь приветственными кивками с "братьями", так же покидающими свои комнаты.

– и не верится, что уже восемь лет прошло.

– а помните какими мы мелкими и "дохлыми" сюда приехали?

– а я рад, что наконец покидаю эту тюрьму...

Кто-то переговаривался, делясь эмоциями, другие, в том числе и я, молчали и просто шли на первый этаж.

Пробежка и утренняя разминка, на сегодня отменялись, так как до завтрака мы должны были успеть получить комплект брони, а так же оружие... если у кого-то нет своего собственного. Немного обидно, но нам не полагалось никакого праздника, и даже торжественной речи в исполнении магистра "школы меча", ведь мы мужчины и воины, а не дети, и не нуждаемся в подобных излишествах.

У склада на первом этаже, образовалась очередь. Четыре группы, возможно впервые после поступления, вновь собрались в одном месте все вместе, и никто не думал вспоминать о соперничестве или обидах. Все "братья" понимали, что после получения назначений, мы разъедимся по империи, и вряд ли еще когда ни будь встретимся... конечно если не начнется война, или нас не отправят на "зачистку" какого ни будь княжеского поместья.