Чтение онлайн

— Минерва, может это была просто детская шутка? — Директор старается смягчить ситуацию.

— Такими вещами — не шутят. Тем более что это не первая попытка повредить мисс Грейнджер. В тот раз я не смогла доказать авторство покушения, и поэтому не стала предпринимать активных действий. Видимо, — взгляд декана пробежался по столу Гриффиндора, заставив Лаванду и Ронни в страхе сжаться — кое-кто не понял моего предупреждения, и повторил попытку. Так вот. Если я поймаю этого "шутника" — отработки у Филча до конца школы станут для него несбыточным счастьем.

Профессор МакГонагалл горделиво шествует к своему месту за преподавательским столом, а мы — к столу нашего факультета.

Как и следовало ожидать, взгляд директора проносится по моему сознанию орочьей Ордой. Правда, по той его части, которая специально выставлена "на всеобщее обозрение". Так что добычей Дамблдора становится только острое желание набить морду автору "шутки" и сильное недовольство директором, который старается ее спустить "на тормозах". Директор поежился, и перевел свой взгляд на Миа. Хе. Метка, да еще усиленная кровью... Вот мы и снова встретились. Секунда... И Альбус выхватывает из облака страха, смущения и недовольства картинку яркого желания, которое я успел принять в тот момент, когда Миа узнала о привороте: тоненькая рука врезается в кожу, и отлетает, оставляя на щеке отчетливый отпечаток маленькой ладошки. К счастью, Миа не дала себе труда детально вообразить получателя этого "подарка", так что пришлось разве что размыть прическу, чтобы скрыть рыжину, и сделать образ врага стал неопознаваемым. Ловите плюху, господин директор! Похоже, поймал: вон как ежится, и потирает щеку.

За столом Гриффиндора — разброд и шатание. Близнецы пересели поближе к нам, и неодобрительно поглядывают в сторону Рона. Огненные стрелы неодобрения ежеминутно летят в сторону разума, который я идентифицировал как младшего Уизли. Сам Рональд под этими взглядами вздрагивает, и делает вид, что он тут вовсе не при чем (на мой взгляд — крайне безуспешно, но, я-то вижу совсем не то, что все остальные, хотя... не думаю, чтобы его актерские дарования были так уж высоки). Остальные — обсуждают произошедшее, выдавая такие версии... Все авторы детективов дружно удавились бы от зависти к такому буйному воображению.

Слева надвигается сгусток злорадства — Лаванда Браун.

— Гермионочка, и к кому же тебя хотели приворожить? — Дура! Нет, ДУРА! Она же мне всю игру испортит. Хоть бы через раз думала, прежде чем языком ляпать. Мне же сейчас напрямую с директором пересекаться ой как не с руки. А придется — похоже, как минимум — близнецы уже поняли, в чем именно подвох, и если я это пропущу — потеряют ко мне всякое уважение. Хотя... директор набрал себе таких "агентов" — пусть сам и разбирается с их ляпами. У меня и своих проблем хватает.

— Герми, проведи меня, пожалуйста, к декану. — Вспышка удивления, понимания, а затем — и страха со стороны Лаванды. Кажется, до нее дошло.

Под удивленными взглядами учеников мы с Гермионой движемся к столу преподавателей.

— Профессор МакГонагалл. Кажется, я знаю, как можно узнать, кто именно сотворил упомянутую Вам подлость.

— И как же?

— Следует расспросить Лаванду Браун. — Ну когда же директор вмешается? Ведь еще немного — и его комбинация всплывет во всей красе прямо в Большом зале.

— Думаю, продолжать разговор следует в моем кабинете. Мисс Браун, — Дамблдор повышает голос, — пройдемте, пожалуйста, в мой кабинет.

Разбирательство

Всю дорогу до кабинета директора я, через Метку, объяснял Миа "политику партии".

— Миа. Сейчас ты увидишь более чем интересное зрелище.

— Гарри, ты о чем?

— Премьера. На сцене первый и единственный раз будет показана комедия "Как заткнуть дуру". Не сомневаюсь, что директор продемонстрирует высокий класс затыкания рта... По крайней мере, я на это очень надеюсь.

— Ты думаешь, что профессор Дамблдор постарается все замять?

— Обязательно. А то, как бы на него не вышли. Не то, чтобы это ему чем-то повредило всерьез, но нарушения своих планов директор не любит.

— Откуда ты знаешь?

— Обрати внимание, как он на Лаванду зыркает. Мне вслепую, и то заметно.

— Ой!

— Что, неподходящий взгляд для "Всеобщего добренького дедушки"?

— Совсем неподходящий.

— Ну вот... И больше пока туда не смотри. А то — поймет, чего не надо.

— Хорошо, Гарри. А мы?

— Что — мы?

— Разве мы позволим ему все замять?

— Обязательно. Для этого мы и идем к директору. Иначе я продолжил бы скандал прямо в Большом зале.

— Но...

— Сейчас наша позиция недостаточно сильна для прямой атаки. Так что и проявлять враждебность — незачем. Пусть лучше считает нас своими фигурами. Тем сильнее потом удивится.

— Но это же — подло!

— Ничуть не подлее того, что он пытался проделать с нами. Как говорится, "твоим добром — тебе и челом!"

— Гарри, но...

— Что, Миа?

— Я совсем не владею окклюменцией... И если профессор Дамблдор прочитает мои мысли...

— Не бойся. Зря что ли я кровь проливал?

— ... — Единственное, что можно понять из принятого набора эмоций — девочка совершенно не понимает, что я имею в виду.

— Капнув на твою руку своей кровью, я дал тебе защиту. Теперь тот, кто попытается прочитать твои мысли — обязательно попадет на меня. А уж у меня он прочитает... все, что я захочу и не более того.

— Гарри, но откуда ты так много умеешь? И мадам Помфри внушил мысль отпустить тебя, и от легилеменции нас защищаешь...

— И ритуалы на крови провожу. Знакомство с Великой Мантикорой и Цербером имеют свои преимущества. Эти существа могут очень многому научить. — Как я и думал, любопытство позволяет девочке быстро успокоиться. Так что следующая ее реплика — очевидна и предсказуема.