Чтение онлайн

– Правильно смотришь, – заметил Глеб, также уже выгрузившийся вместе со своей поклажей из «топика». – Вон видишь, черная дыра в горе? Это и есть вход в объект 825.

Иван вновь перевел взгляд на развалины крепости. Да, пожалуй, с той стороны бухты будет видна только одна, самая большая из башен. Похоже, они прибыли по адресу.

– Пойдем туда? – спросил Голицын.

– Давайте лучше дождемся темноты, – предложил Соколов.

Иван согласно кивнул.

С наступлением сумерек друзья покинули расположенный на самом берегу уютный рыбный ресторанчик и осторожно, стараясь не привлекать внимания, двинулись в обход бухты. По серой бетонной набережной – мимо полуобвалившегося, когда-то красочного панно с надписью «Помни войну!» и с изображением советского военно-морского флага, мимо аккуратной белой будочки, предназначенной не то для охранника, не то для кассира, но сейчас пустой, оставив слева понтонный мост со зримыми следами ржавчины, они, наконец, оказались под уже знакомым Ивану навесом. Впереди был канал с «мертвой» водой, справа…

– А это еще что такое? – удивленно проговорил Голицын, показывая на притулившееся у стены зеленое артиллерийское орудие.

– Пушка-то? – переспросил Глеб. – Да она, по-моему, всегда тут стояла. Я же говорю: там сейчас музей. Пушка – часть экспозиции…

– Не было никакой пушки, – покачал головой Иван. – Точно не было, я бы ее заметил!

– Ну, не знаю… Ты и других экспонатов не заметил…

– Да не было там никаких экспонатов! – сердито проговорил Голицын.

– Ладно, мальчики, не спорьте, – вмешалась Лера. – Лучше покажите, где здесь вход.

– Вон там! – в один голос сказали друзья, указывая за орудие.

Решетчатая дверь (та самая!) неожиданно оказалась заперта на большой амбарный замок. Глеб подергал за него – тот не поддался. Подоспевший Иван попробовал потянуть за решетку – с тем же результатом.

– Тогда было открыто… – проговорил Голицын. – Может, пальнешь по нему из своего пистолета?

– Резиновыми пулями? – нахмурился Соколов. – Нет, бесполезно. Да и на выстрел сбежится пол-Балаклавы…

– Как же быть? – задала вопрос Лера.

– Не знаю… – протянул Глеб. – Похоже, приплыли…

– Стоп! – воскликнул Иван. – Не приплыли! Пришли только. А дальше – поплывем!

– Как это – поплывем? – не понял Соколов.

– Очень просто! – Голицын указал в сторону канала. – По воде. Тут всего-то пара десятков метров. А потом там начинаются мостки.

– А что, это идея… – пробормотал Глеб. – Фонари будем держать над головой, одежду… А, черт с ней, пусть намокнет – потом высушим…

– Эй, пловцы, погодите, – вновь вмешалась девушка. – Правильно я поняла, что дальше решено двигаться вплавь?

Голицын и Соколов кивнули.

– Тогда я пас, – заявила Лера. – Я плаваю, как топор.

– Да… Да тут, наверное, неглубоко совсем… – пробормотал Иван.

– Ага, неглубоко – если сюда подводные лодки заходили!

– Можно двигаться вдоль стены, держась за обломки арматуры, – предложил Глеб.

– Нет уж, увольте, – девушка была непреклонна. – Вода – не моя стихия.

– Хорошо, – поспешил согласиться Соколов. – Так даже лучше – должен же кто-то остаться на шухере. Вот, держи, – вынув из-за пояса пистолет, он протянул его Лере рукоятью вперед.

– Это еще зачем? – сдвинула брови та. – Уж не думаешь ли ты, что я стану в кого-то стрелять?

– В кого-то – не обязательно, – заверил ее Глеб. – Если что – пугнешь просто. Ну, заодно и нам сигнал подашь.

– Только вряд ли мы там что-то услышим… – пробормотал себе под нос Иван.

– Ладно, давай, – девушка брезгливо, двумя пальцами, взяла из его рук пистолет. – Нажимать сюда?

– Сначала надо будет передернуть затвор, – пояснил Соколов. – Вот так. А потом уже жать на спусковой крючок. Постарайся только в себя не попасть.

– Ладно, тоже мне снайпер-инструктор нашелся, соображу уж как-нибудь! – бросила Лера.

Взяв в руки по фонарику и подняв их над головами, Иван и Глеб соскользнули в темную, как-то не по-крымски холодную воду. Плыть в одежде оказалось гораздо труднее, чем представлял себе Соколов: джинсы и рубашка тут же намокли и стали тянуть вниз, так что Иван, считавший себя, в общем-то, не самым плохим пловцом, предпочел держаться стены.

Они вошли в жерло туннеля, и Глеб включил фонарик.

– Вот они, твои мостки! – проговорил он, оглядываясь. – Ну, я, типа, вылезаю?

– Давай! – отрывисто бросил Иван, едва не хлебнув при этом ртом тухлой воды.

Подплыв к бетонному берегу, Соколов положил на него свой фонарик, так что тот сразу же почти перестал светить, и, ухватившись руками за камень, рывком выбрался на сушу. Голицын повторил его маневр и при этом едва не сорвался: не рассчитал веса своей мокрой одежды, но, к счастью, Глеб вовремя ухватил друга за шиворот.

– Благодарствую… – пробормотал Иван, поднимаясь на ноги. Вода текла с него ручьями.

– Давай показывай, где этот тайный лифт! – нетерпеливо потребовал Соколов.

– Там, дальше, за боковым тоннелем.

– Пошли! – Глеб поднял с пола фонарь.

Трубу, открывающую секретный проход, Иван едва не пропустил – настолько она была неприметна. Передав Соколову свой фонарь, он почти благоговейно взялся обеими руками за стыковочное кольцо.

– Два налево, один направо, один налево… – прошептал он.

– Что? – не расслышал Глеб.

– Ничего… – Голицын крутанул кольцо.

Оно поддалось легко, словно смазанный подшипник – так, что Иван едва не сделал лишний оборот. Но все же в последний момент он успел остановиться и начать движение в противоположную сторону. Затем снова оборот влево – и вот уже стена перед ним плавно отъезжает.

– Нифига себе! – выдохнул Глеб. Похоже, он до самого конца не верил, что у них что-то получится. – Спорю, в советские времена этой фичи тут не было. Да и на работу братьев-украинцев не похоже…

– Альгерды постарались, – проговорил Иван. – Одного не могу понять: почему именно здесь?