Чтение онлайн

Крупнейшее искусственное водохранилище в мире - Рыбинское море сейчас самое большое на Волге: оно в пятнадцать раз больше Московского. Но через несколько лет Рыбинское море уступит свое первенство Куйбышевскому и Сталинградскому морям.

Значение этого водохранилища огромно - оно сделало судоходной, глубоководной всю Верхнюю Волгу, вдохнуло новую жизнь, влило новые силы в такие реки, как Шексна, Молога, Нерль.

На теплоходе возникла игра, которую в шутку назвали «игрой в Колумба». Один берег Рыбинского моря все время виден, а вот другой -• за горизонтом; кто первый увидит его, тот выигрывает.

На просторе Рыбинского моря все время появляются черные точки; при нашем приближении они оказываются рыбачьими лодками. На дне лодок трепещет серебряная рыба. По высоким волнам водохранилища местные рыбаки ведут свои лодки с удивительным мастерством и ловкостью.

Через несколько часов пути все наши «колумбы» одновременно разглядели вдали башни из розового камня. Вахтенный матрос, повидимому не раз проходивший эти места, объявил спокойным, обыденным голосом:

–  Самый большой шлюз в мире. Рыбинский шлюз!

Но прежде чем пройти шлюзование, мы подошли к пристани Переборы, и нам открылся знаменитый перекресток водных путей.

Эта скромная пристань с дебаркадером стального цвета и есть пятиморье: отсюда пути расходятся. Можно двигаться к Ладоге, а оттуда по Неве - к Финскому заливу и в Балтийское море. Можно по Мариинскому каналу пройти в Онежское озеро, а дальше по Беломорско-Балтийскому каналу имени Сталина - в Белое море. Можно двигаться по Волге на Каспий или по Волго-Дону в Азовское и Черное моря.

Невольно думается о том, что следовало бы переименовать эту скромную пристань Переборы и дать ей гордое название «Пятиморье», соответствующее ее новой, советской судьбе.

Отчалив от пристани, наш теплоход и вместе с ним еще несколько судов вошли в Рыбинский шлюз. Шлюз этот похож на прямоугольное озеро.

По совести говоря, мы предполагали, что шлюзование в такой махине будет идти медленно и мы здесь задержимся надолго. Но опасения были напрасны. Шлюз работает четко и точно, он плавно опустил нас до уровня Волги, текущей за его нижними воротами, ворота открылись - и мы вышли к городу Щербакову.

Рыбинский шлюз был закончен накануне войны, первые суда прошли через него за месяц до ее начала. Но предстояло еще достроить сложные гидротехнические сооружения. Эти работы велись уже тогда, когда фашистские полчища подходили к Москве. Бой гремел на берегах канала Москва - Волга, а на Рыбинской ГЭС монтировали вторую турбину, и она была пущена в начале 1942 года.

Так же как в годы войны крепли могучие силы нашего народа, так и Рыбинское море в это время наполнялось светлыми водами Волги. Сооружение Рыбинского водохранилища, преобразившего всю Верхнюю Волгу, - одна из крупных побед советских людей в Великой Отечественной войне.

Теплоход подошел к пристани города Щербакова. В этом городе провел свое детство и юность, здесь организовал первую комсомольскую ячейку выдающийся деятель Коммунистической партии Александр Сергеевич Щербаков. В годы войны он возглавлял политическую работу в армии, руководил московской партийной организацией.

Имя безвременно умершего Александра Сергеевича Щербакова, его светлый образ всегда будут жить в сердцах советских людей.

В 1946 году волжский город Рыбинск был переименован в город Щербаков.

Высокий берег, на котором расположен город, сплошь усеян людьми. Щербаковцы радостно встречают теплоход. На деревянных ступеньках крутой лестницы как-то сам собою возникает митинг. Представитель городского совета говорит о вкладе трудящихся Щербакова в стройки коммунизма: дороги, расположенные вдоль Волго-Донского канала, утрамбованы катками Щербаковского завода дорожных машин; землесосы, построенные на местном заводе, помогают возводить гидросооружения.

Слушаешь ораторов и невольно думаешь: вся страна, от края до края, участвует в создании великих строек коммунизма. Волжане, конечно, непосредственно связаны со строителями Волго-Дона. Но невидимыми прочными нитями соединены с великой стройкой и те, кто стоит у станков и в Белоруссии, и на Дальнем Востоке, и в Сибири.

На далеком сибирском заводе,

Где пульсируют ровно станки,

Токарь к карте огромной подходит

И глядит на плотин гребешки.

Он не мог в Сталинграде сражаться -

Здесь пришлось всю войну провести.

Хоть сегодня бы стать сталинградцем,

На великую стройку пойти!

(Сколько взрослых и сколько мальчишек

Перед картами строек стоят,

По ночам заявления пишут,

Чтоб направили их в Сталинград!)

И уходят на Волгу составы,

А друзья остаются в цехах.

Дышит их сталинградская слава

В сводках, песнях, процентах, стихах.

Мчится весть об исполненном долге,

Об одном из советских чудес:

Токарь, в жизни не видевший Волги,

Вырастает в строителя ГЭС.

И мечта с бытием не в разладе,

Если выпало счастье ему

Сразу быть на Дону, в Сталинграде,

И в Туркмении, и в Крыму,

Укрощать раскаленные ветры,

Электрический строить каскад.

…А над цехом сибирские кедры

Мягкой хвоей своей шелестят.

Здесь, на митинге в небольшом городе Щербакове, особенно явственно ощущается тот подъем, то вдохновение, которые вызвало в народе завершение строительства Волго-Донского канала. Далеко от Щербакова до донских степей, но кажется, что волны нового канала, построенного всеми советскими людьми, уже плещут где-то рядом. Хотелось долго оставаться на берегу, разделяя с щербаковцами их волнение и радость, но капитан теплохода строго придерживается расписания. Гудок, еще гудок - и мы снова плывем в зеленых берегах полноводной Волги.