Чтение онлайн

— Венчание? Хорошее дело.

— А вы бы на него пришли, как почетный гость?

— Спасибо, был бы рад, но уверенно обещать не могу. Вы уже решили? Где и когда?

— Это я спонтанно, сейчас придумала, ведь для девушек такой вопрос один из важнейших в жизни. Пока это в теории, мы от красных за границу сбежали. Еще вернуться нужно будет. Но такой гость, особенно с супругой, это было бы прекрасно.

— Хотел бы. Но если за рубежом. . А вы не думали продублировать свадьбу здесь? Я о таком еще не слышал, но почему нет? Сколько я знаю Апулея, он наверняка вам свой дворец для этого предоставит.

— Ой, это было бы так здорово. О лучшем и мечтать нельзя, но это уже полет фантазии. Шерлок на каторге. Десять лет. Даже не знаю, что и как будет. Не там же праздновать. По его рассказам места просто ужасные.

— Это да. Но надежда на избавление Шерлока есть. В основном, расчет на Апулея. Он и среди игроков не последний, а к Императору вообще только у него доступ есть. Не знаю доподлинно, но могут же быть помилования, амнистии или еще что-то. О каторге, должен признаться, я почти ничего не знаю. Упущение, как оказалось. Вы мне что-нибудь на эту тему не расскажете? Это не досужее любопытство, мне для бесед в реале на эту тему нужно больше владеть темой и отвечать на дополнительные вопросы.

— Он там совсем недавно и еще мало узнал. Несколько часов. Он тоже не готовился и даже в кошмарах ему, да и мне, такое не снилось. Так, в общих чертах сообщил мелкие детали. На каторге ники не видны никому, ты как бы не человек, нечто безымянное, еще одна форма наказания.

Зато потом при выходе можно выбрать новый, так сказать искупил и новая жизнь с чистого листа. Красных там много, но сроки у всех разные. Срок отсчитывается не по дням или годам, а по сданной руде. Сдал норму — минус один день от срока. Если не сдал — плюс два. Если не работать, то можно навечно там остаться.

— Не знал. Серьезное условие. В самом деле, вынуждает работать. Не глупо и выгодно Империи.

— Для моего это совсем плохо. Уровни не высокие, рудокоп даже не открыт, от красных, да и от всех прочих ему скрываться нужно. Если опознают сыщика, то совсем жизни никакой не будет.

— Да, не позавидуешь. Попал парень. Многие бы игру забросили.

— Нет, нам нельзя. У нас все тут, все планы и надежды. Пока можно терпеть. Да и не так все страшно, ведь это не реал и он каждый день может выйти. Мы вчера, к примеру, вечером на Малекон выходили прогуляться.

— Вам, Милена, поосторожнее нужно быть. О том, что вы в Гаване сейчас никому лучше не знать. Мне, да и всем нам спокойнее будет.

— Ой, это я проговорилась. Такое расстройство, так это неожиданно и я все еще немного не в себе. Так быстро все переменилось. Еще вчера все было просто чудесно и всё шло лучше некуда. А сегодня такой ужас и вообще ничего не ясно. Террористы эти. Нас же обоих, если все это подтвердится, потом всю жизнь искать будут или те ли другие. Жить под колпаком, что у Мюллера, что у Штирлица, как-то не хочется.

— Могу понять. Я постараюсь вас прикрыть, но тогда и вы Реброву пока ничего не сообщайте. Я сам от имени клана и моей клановой разведки все сообщать в ФСБ буду. Друг у меня там старый и проверенный. Все еще может получиться, но вы оба не сообщайте без консультаций со мной никому и ничего.

— А Апулею? Ведь на него вся надежда. Только он с каторги может вытащить. Да и денег у него по слухам столько, что он и в реале должен влияние иметь.

— Последнее, это вряд ли. Чтобы влиять на что-то в Москве, а все важное, как вы знаете, решается только там. Так вот. Нужно там быть на виду. Бывать в высоких кабинетах. Участвовать деньгами в крупных проектах, одобренных свыше. Тратить деньги.

— Это вы о подарках нужным людям?

— Все вы понимаете. Так все сложилось. Не изменишь. Революций нам в России уже достаточно и так полстраны потеряли. Никакой внешний враг таких потерь бы не нанес. От монголов вреда больше было, но не намного. Но это мы отвлеклись. Тема для меня больная. Вывод прост. В реале рассчитывайте только на себя и постарайтесь нигде себя не проявить.

Я имен и ников ваших без крайней нужды нигде не назову. Мужу передайте, что чем больше он соберет информации и чем она будет ценнее, тем больше шансов попасть под защиту государства. Нужно стать заметной фигурой в этой игре. А то иногда у нас есть желающие списать простых людей, как ветошь в утиль. Хорошо бы вам двоим награду за это расследование получить. Но это все в том только случае, если подозрения Шерлока подтвердятся.

— Я в этом почти уверена. Зачем арабам вообще в игру входить? А эти еще и по манерам не простые. Не принцы, но не мелкая сошка. Мой такое видит. Профессия. Да и я одного из них где-то по телевизору видела. Ладно бы вошли просто для ознакомления в игру, но ведь на каторгу. Там свет даже от свечи — и то уже праздник. Сыро всегда, всегда холодно, про еду и воду лучше не упоминать. А сон на нарах в пещерах на двести человек?

— Минутку. Вы видели этих арабов? Шерлок догадался скрины сделать? Это совсем другой разговор. С этого же нужно было начинать. Скрины эти всенепременно нужны для дела. Вы просто обязаны их переслать. Это сразу может на месяцы ускорить расследование. Я не специалист, но для таких выводов и моих знаний достаточно.

— Скрины есть, но если мы их куда-то пошлем, то за нами часа через два придут. Мы обычные люди, не шпионы. Как скрывать адрес отправителя, тем более от таких структур?

— Да, это невозможно. Тогда так, я срочно проконсультируюсь в реале по ряду вопросов. Время терять нельзя. С террором шутки плохи. Вы тогда сейчас, как ни в чем не бывало возвращайтесь к обычной жизни. О Шерлоке сообщите только Апулею.

Я, по возможности, тоже на него выйду. Найду я вас в вашем трактире. «Страж» — это я запомнил. Зайду под видом обычного клиента, там все обсудим. Своим я скажу при случае, что вы обычная посетительница и своего мужа или жениха из моего клана в измене подозреваете. Дело обычное и никто внимания не обратит. Больше никому об этом деле не сообщайте. Старайтесь даже слова каторга нигде не употреблять. Все это срочно и я обязан проинформировать власти. До встречи Милена.

— Спасибо вам. Вы меня приободрили и дали надежду. Я пожалуй, пойду.

Милена уже спокойнее шла по Столице в направлении дома Афанасия. Встреча с Михалычем это была ее собственная инициатива, идея пришла ей в голову уже после того, как она вошла в игру. План состоял в том, чтобы привлечь власть имущих к делу исправления жуткой ситуации, из-за которой все её будущее стало сомнительным. Девушка она была практичная и понимала, что без приличных доходов думать о семье и детях глупо и безответственно, особенно в отношении детей.