Первый выстрел
Шрифт:
Начались занятия в гимназии. Теперь по утрам Юре выходил из дома с отцом. Еще весной Надежда Васильевна познакомила Петра Зиновьевича с директором гимназии, и тот пригласил «уважаемого коллегу» преподавать естествознание и географию: «Я слышал о сельскохозяйственном училище, в котором вы директорствовали. Очень-очень лестные отзывы…»
Трехцветный флаг во всю стену висел в гимназическом зале. Перед началом учебного года сюда собрались все учащиеся и педагоги на торжественный молебен. Отец Сергий пробасил также молитву «о ниспослании победы православному русскому воинству в его борьбе с большевистской крамолой и супостатами», а потом и молитву «о здравии христолюбивейшего воина, болярина, генерал-лейтенанта Антона Ивановича Деникина».
— Ами-инь! — гремел бас отца Сергия.
И стекла в окнах чуть позвякивали.
Пронесся слух, что высшее начальство недовольно совместным обучением мальчиков и девочек и что девочек собираются «отсадить» в отдельные классы, устроив в гимназии «вторую смену». Шестой класс волновался и негодовал.
Со времени приезда из Симферополя Сережа похудел, был угрюм и неразговорчив. В Симферополе он был свидетелем прихода белых и навидался там такого! Генералом Кутеповым на город была спущена свора самых озверелых карателей из бывших полицейских, собранных со всей России, кубанских и донских белоказаков. Над безоружными людьми чинились дикие расправы, пьяные каратели глумились над женами красноармейцев и членами профсоюзов, громили и грабили квартиры.
Дрожа и заикаясь, Сережа рассказывал, как однажды утром он шел по главной улице и вдоль нее, по обе ее стороны, качались висящие на фонарях страшные мертвецы с черными лицами. В Симферополе, как при царе, начальствует генерал-губернатор, в других городах — градоначальники.
В конце сентября в гимназию приехала разодетая, пахнущая духами, сияющая графиня Варвара Дмитриевна. В большую перемену она вошла с директором к гимназистам и обратилась к ним с речью:
— Милые дети! Благодарный Судак собирается дать в честь доблестного освободителя Крыма генерала Слащева торжественный бал-прием, который состоится на нашей даче. Приглашен цвет офицерства из разных мест Крыма. Я надеюсь, что вы поможете мне красиво и патриотично встретить наших героев и примете участие в живых картинах.
После уроков мальчики пошли вместе.
— Ха! А это она видела? — решительно проговорил Коля и показал кукиш. — Гад буду, если пойду встречать ее «героев»!
Сережа молча сплюнул. Степан сказал:
— Тухлой камбалы могу принести ей. Пусть угощает печенегов…
Юра мотнул головой и заявил:
— Хлопцы, никто из нас не пойдет. Это ясно. Но как помочь Лизе? Она чуть не плачет…
— Пусть простудится, — посоветовал Коля. — Пусть ночью посидит в платье в море и потом мокрая станет на сквозняк.
Дома Юра узнал некоторые подробности о предстоящем бале. К Юлии Платоновне забегала Варвара Дмитриевна и, как обычно, расхвасталась. По ее словам, приедет не только Слащев, но и генералы Кутепов и Добровольский. Будут даны артиллерийские салюты. Очень жаль, что не удалось достать настоящих гирляндных фейерверков, знаете — праздничные вензеля, звезды… Но комендант, очень любезный офицер, предложил вместо них разноцветные военные ракеты. Обещал прислать солдат с ракетницами.
Вечером Юра был у Сережи и рассказал ему о визите Варвары Дмитриевны.
Трофим Денисович сидел в сторонке, курил, молчал, крутил ус. Когда Юра собрался уходить, он остановил его, усадил на табуретку и сказал, обращаясь к нему и Сереже:
— Вот что, хлопчики! От графской затеи не увертывайтесь, а, наоборот, обязательно постарайтесь быть на этом балу и взять там на себя побольше дел, поактивнее участвовать в разных там салютах и фейерверках… И Степан с Колей пусть будут. Прислушивайтесь к генеральским и офицерским разговорам. Запомните их и толком потом перескажите. Запомните лица генералов, имена, фамилии и чины их адъютантов, контрразведчиков. Но самое главное — ракеты! Они вот как нужны. — И он провел ладонью по горлу. — Постарайтесь, хлопцы, сообразите…
Сережа сбегал за Колей и Степаном. И еще целый час Трофим Денисович наставлял их и под конец предупредил, чтобы они на большой риск не шли, действовали осторожно. Двух-трех коробок ракет достаточно. Трудно будет — не надо рисковать, достанем другим путем.
2
Ветер дул с юга. Море шумело, волны с грохотом обрушивались на берег, пена и брызги долетали до каменных оград. В этот ветреный, зато солнечный октябрьский день всех участников сегодняшнего праздника отпустили домой после первого урока. Шли веселой гурьбой через виноградники: виноград уже убран по всей долине, но в садах еще рдеют на деревьях поздние сорта яблок и желтеет айва.
Бал в честь генерала Слащева и по случаю тысячеверстного победоносного марша добровольческой армии на Москву и взятия ею города Орла обещал быть действительно грандиозным. Сначала будут произноситься речи, потом — салют из пушек, а после «живых картин», исполненных учениками гимназии, — концерт с участием известных артистов, танцы, два духовых оркестра, ужин под открытым небом. А после каждого тоста в небо взовьются разноцветные ракеты из десяти ракетниц. Зд орово!
Программу этого пышного празднества составил вместе с графиней Макс. Он же сочинил сценарий «живых картин» и был их режиссером. Уже состоялись три репетиции, после которых хлопцы яростно отплевывались. Коля каждый раз говорил: «Не могу участвовать в этой гадости, сбегу!» Но Сергей и Юра напоминали: «А ракеты дядя достанет?» И Коля сдавался.
Приятели очень просили Лизу, чтобы она поговорила с графиней и им разрешили помогать артиллеристам при пушечном салюте и ракетном фейерверке. Ведь Лиза сама очень хочет пальнуть из пушки и из ракетницы.
Не сразу, но согласие было получено при условии, чтобы «дети» повиновались старшим и соблюдали осторожность. «Дети… — ворчал Степа. — Милые дети…»
К балу и приему гостей готовилась вторая графская дача, «парадная», на берегу моря.
Угощение предполагалось на славу. Привезли несколько возов чубука — сухих прошлогодних виноградных лоз, жар которых считался непревзойденным для шашлыков, жаровни и древесный уголь для изготовления чебуреков. Были привезены сервизы из великокняжеских имений, шампанское и вина из Нового Света. Под наблюдением Сайдами, деда Османа, были зарезаны, освежеваны и замочены в уксусе молодые жирные барашки.