Чтение онлайн

— Да, и часто обижали малышей. Теперь мы их охраняем лучше. Вот и сейчас я сумел опередить своего сына. Но ты больше не звони, а то он придет и будет капризничать. А мне его еще спать укладывать. И у меня к тебе просьба: Не рассказывай о нас никому.

— Хорошо. Все имеют право жить, как им нравится. Эту тайну я сохраню, клянусь всеми Богами.

— Вот и хорошо. А что ты хочешь взамен?

— Ничего. Я не вижу здесь повода для обмена. Я ничего вам не дал и ничего не должен получить.

— Ты странный. Все люди жадные, а ты нет. Но я тебе все же сделаю подарок. Маленький Великан дотронулся до моей ноги рукой.

ИГРОК ВЫ ОБУЧЕНЫ ЗАКЛИНАНИЮ НАРОДА ЛЕДЯНЫХ ВЕЛИКАНОВ — «ВСЕ ЭТО ЛЕД» ранг 1 из 1.

Спасибо за подарок, уважаемый Ледяной Джим. Но я хотел бы сделать ответный подарок. Но не знаю, что могло бы понравиться вам.

— Я бы хотел научиться вызывать огонь. Это моя мечта, но для нас это недоступно.

— Я могу научить тебя этому заклинанию, но не знаю, как на тебя это подействует. Лед и пламень не уживаются вместе. Ты можешь заболеть или даже умереть.

— Ради мечты надо рисковать. Иначе, это неправильная мечта. Обучай!

Я положил ему рук на плечо, для чего мне пришлось сесть на корточки.

— ОБУЧАЮ заклинанию «ВОСПЛАМЕНЕНИЕ».

— А теперь представь себе огонь и попробуй зажечь эти дрова.

Я достал из сумки дракона несколько сухих веток.

— А как выглядит огонь? Я слышал, что он очень красивый, но сам не видел.

— ВОСПЛАМЕНЕНИЕ.

Я направил правую руку на ближайшее дерево. Оно ярко вспыхнуло и сгорело за несколько секунд. Я и сам такого не ожидал. Повышение рангов магии сказалось на мне очень сильно. Нужно быть осторожнее, ведь теперь мои высокие ранги профессии умножаются на высокий интеллект. Так я могу и бед наделать. Ледяной Джим перепугался, отскочил от пламени подальше и стал почти прозрачным.

— Ужас. Но прекрасный ужас. Можно мне попробовать?

— Конечно. Пробуй.

— ВОСПЛАМЕНЕНИЕ.

Кучка дров задымилась, и сквозь дым показались язычки пламени.

— Получилось. У меня это получилось! Это чудо. Как красив огонь!

— Красив, но опасен, особенно для твоего народа. Будь с этим даром осторожнее.

— Спасибо тебе, Апулей. Ты исполнил мое заветное желание. Ты теперь всегда можешь прийти сюда и позвать меня колокольчиком. Я приду, и мы еще поговорим. А теперь мне надо идти. Сын уже проголодался и его надо кормить перед сном. Удачи тебе во всем.

— И тебе удачи, Ледяной Джим.

Мой собеседник исчез мгновенно. На телепортацию это было непохоже. Я встал на его место и прислушался к своим ощущениям. Нет, это не телепортация, но с этим я решил разобраться позже, мне было пора возвращаться.

пора возвращаться.

В пещерах я никого не застал. Уже приближалась ночь, и все ушли отдыхать.

На всякий случай, я зарядил накопитель до предела и вернулся в палатку Алой.

— Апулей, ты хоть предупреждение посылай. Я все же женщина, а ты так входишь, что я заикой стать могу.

— Извини, учту. Что с подготовкой?

— Все готовы. Ждем команды.

— Пойдем, все проверим. Как дела у ветеранов? Они взяли вторую стену?

— Я думала, что ты у Михалыча был. Мне не докладывают. Но шуму там было много.

— Хорошо. Для нас сейчас это все неважно. Наша задача — воспользоваться темнотой и обеспечить врагу бессонницу.

На нашем берегу почти ничего не изменилось. Только катапульты теперь работали поочередно, а не залпом.

— Апулей, вот и ты, наконец. Скоро мы в бой пойдем?

Подосиновик подбежал ко мне первым.

— Скоро. Вот еще стемнеет чуть-чуть, солнце окончательно зайдет, и, пока луна не появится, будем атаковать. Ты всех белых заставь набрать в мешки побольше земли и песка. Алая, Амазонок это тоже касается. Где Горт?

— Я здесь, Апулей.

— Хорошо. Надо согласовать стрельбу катапульт и схему передвижения наших войск. Когда мы только начнем движение, вы стреляйте по пролому в стене, потом переносите огонь вглубь обороны противника и сбросьте лучников и магов со стены. После этого бейте в направлении донжона, я буду вносить коррективы по ходу боя. Стреляйте только небольшими камнями. Сейчас сюрпризы, вроде ядовитого дыма, будут неуместны. В течении часа я обошел всех. Амазонки выглядели на порядок более боеготовыми, чем Белая Армия. обидно за них, впрочем, так и должно было быть. Две штурмовые башни подтянули к самой воде. Лестницы были уже в руках у стоявших впереди. Стемнело, и другой берег стал совсем невиден. Часы показывали час пополуночи. Я спустился к воде, сел на корточки и опустил пальцы правой руки в воду:

— ВСЕ ЭТО ЛЕД.

Мои пальцы вмерзли в лед, и мне пришлось их выковыривать изо льда кинжалом.

— Все вперед.

Негромко скомандовал я.

— Осторожно идите, будет скользко. Песок бросайте перед собой.

Мимо меня проходили все наши войска. Впереди шли амазонки и те солдаты из белой армии, кто нес лестницы. Все шли тихо, не разговаривая. На другом берегу еще продолжались отдельные стычки, и шум оттуда доносился значительный, что помогало нам скрывать звуки нашего передвижения. У ветеранов же было относительно тихо. Шумели в основном у северной стены замка, в зоне ответственности добровольцев. Над нами периодически пролетали заряды катапульт. Пока все шло по плану, я тоже спустился на лед, заскользив к противоположному берегу. Алая и Подосиновик не отставали от меня.

— Подосиновик, пошли наших нубов, пусть наберут в мешки мусор и песок и разбросают его здесь.

— Уже послал.

— Молодец, но почему тогда до сих пор скользко?

Что-то я волнуюсь, ведь эту команду я уже отдавал.

Мы уже преодолели середину реки, когда спереди раздались крики и звон оружия.

— СВЕТ, РАССЕИВАЮЩИЙ ТЬМУ.

— ОТМЕНА.

На мгновенье стало светлее, чем днем и сразу все погрузилось в еще более непроглядную тьму. Я успел разглядеть, что наша молодежь уже поставила лестницы и поднималась по ним к пролому в стене. Судя по суматохе и малому количеству встречающих, нас не ожидали и столкновение было случайным. Моя вспышка больше ослепила врагов, чем своих, так как противник смотрел в нашу сторону.

— СВЕТ, РАССЕИВАЮЩИЙ ТЬМУ.

Опять стало светло. Я осмотрелся. Из замка к месту штурма уже бежали люди, мы слышали их крики, шум оружия и, звякающих на бегу, доспехов, но встретить наш передовой отряд они не успевали. Все больше лестниц появлялось у пролома, и все больше Амазонок поднималось по ним. Штурмовые башни безнадежно отстали. Бой развивался неожиданно быстро. До его начала я предполагал, что нас остановят у стен — сама высота берега была достаточным препятствием. Информатор сообщал мне о пренебрежительном отношении руководства Красной Армии к Амазонкам и к Белой Армии, но я даже не надеялся, что это достигнет таких размеров. Благодаря недооценке наших возможностей противником, мы относительно легко и, всего за полчаса боя, поднялись наверх, заняв оборону у пролома. Вглубь обороны врага наши основные войска проникнуть не пытались. Я отдал приказ закрепиться и атаковать стены. Тем временем, противник уже преодолел первую растерянность, и его бойцы выстраивались перед проломом. С неповрежденных стен нас атаковали лучники и маги невысоких уровней. Их число быстро росло. Я дал команду Горту, и через наши головы полетели ящики с камнями. Они падали перед строем красных, разбивались и обдавали наших врагов градом камней и осколков. Наш передовой отряд, из самых сильных амазонок, вела Гроза, и они тоже уже все были наверху. Целью ночной атаки амазонок был назначен донжон. В то, что они смогут его захватить я не верил, но переполох в стане врага девочки должны были обеспечить. Услышав шум нашего вторжения, многие из наших союзников тоже возобновили активные действия. Ночной штурм набирал обороты. Наконец, и я поднялся наверх. Гроза уже вела своих в бой у входа в Донжон, но ситуация быстро изменилась. Наш передовой отряд, вырвавшийся вперед, был уже в, почти полном, окружении. Со всех сторон к пролому бежали красные высоких уровней, среди них были и красные, и игроки других кланов. Первопроходцы и Ударники — пятый и седьмой кланы в рейтинге. Все это не стало неожиданностью для меня, и подтвердило данные полученные от информатора Кириллом. Главную на текущий момент задачу мы выполнили — до сих пор информатор сообщал точные сведения, а это значит, что ему можно будет в дальнейшем доверять больше. Я проверил время — три часа ночи, закончились первые сутки этой войны, у нас осталось еще сорок восемь часов.