Чтение онлайн

— По договору. В те времена, когда молодые люди из России приехали в Лондон и оформляли здесь документы на свою интеллектуальную собственность, оформляли компании и искали кредиторов, я заинтересовался этим проектом и познакомился с ними. Мы заключили ряд сделок и договоров. По одному из них, я должен был держать в тайне все обстоятельства переговоров и договоров до настоящего момента.

— Вы имеете в виду тех людей, которых в России сейчас называют отцами- основателями, пародируя американцев?

— Да. Хотя это и глупое сравнение. Скорее дети, и среди них двое были девушками.

— Значит вы знали лично этих таинственных русских?

— Этих конкретных русских — да. Ничего таинственного в них не было. Молодые, веселые и очень увлеченные своим делом, такими я их и запомнил.

— И вы знаете их имена?

— Я очень много о них знаю. Наш банк заключил с ними ряд договоров, а к информации о клиентах, особенно из России, мы подходим очень серьезно. Все договоры задокументированы и даже переговоры снимались на видео, и диски с записью лежат у их адвокатов, а копии в швейцарском банке.

— Это напоминает манию подозрительности. Вас удивили такие предосторожности?

— Меня в них все удивило. Больше всего увлеченность. Они, посреди разговора о серьезных финансовых проблемах, могли по незначительному поводу отвлечься и бурно обсуждать научные и технические проблемы своего открытия или, точнее, открытий. Это меня в них особенно привлекло. Деньги их не интересовали в принципе. Им нужны были только средства, возможность сделать то, что они придумали и так, как им этого хотелось.

— Меня в них все удивило. Больше всего увлеченность. Они, посреди разговора о серьезных финансовых проблемах, могли по незначительному поводу отвлечься и бурно обсуждать научные и технические проблемы своего открытия или, точнее, открытий. Это меня в них особенно привлекло. Деньги их не интересовали в принципе. Им нужны были только средства, возможность сделать то, что они придумали и так, как им этого хотелось.

— В недавнем интервью члена нынешнего правления компании Терра часто упоминался молодой лидер этой группы. С ним вы тоже были знакомы?

— Да, и это было очень интересное знакомство. Чаще всего он молчал. Но когда говорил, то молчали все остальные, и все решения были приняты в конце концов по его предложениям. С ним соглашался в конце концов даже я, хоть и был старше чуть ли не на пятьдесят лет.

— Общаться с молодыми людьми, конечно, интересно, но почему вас в принципе тогда заинтересовала игра РПГ, ведь до того и после вы такими проектами не интересовались.

— Да потому, что это вовсе не игра. Как я уже и говорил. Игра — это розочка на торте. То, что по их задумке должно было давать средства на все то главное, что они и задумали создать.

— Но что это. Ведь вы не верите слухам о искине, о чудесных капсулах, продлевающих жизнь и прочих глупостях?

— Слухам я никогда не верю, но всегда их проверяю. За слухами всегда что-то стоит, иногда нечто прямо противоположное их содержанию. Но основной целью этой группы было именно это. Их проект начался с объединения тех, кто работал над капсулой, точнее над прибором для оказания помощи психически больным пациентам и тех, кто писал программу для суперкомпьютера с элементами самостоятельного мышления. Но я еще не ответил на предыдущий вопрос — почему. Почему я решил этим заняться? Деньги. Я финансист и бизнесмен. Я хотел заработать на этом и заработал. И, скорее всего, еще заработаю.

— Можно ли вас так понять, что вы хотя бы приблизительно знаете то, какими технологиями воспользовались основатели Терры?

— Нет. Я и тогда привлекал ведущих британских специалистов в этих областях, и с тех пор повторял эти попытки неоднократно. Но из того, что нам известно, никто не смог извлечь информацию, позволяющую понять то, как все это работает.

— То есть вы вложили деньги только на основании того, что вам понравились сами люди, обратившиеся за деньгами?

— Гарри, вы не дослушали. Вначале они обратились за другими услугами. Им было необходимо зафиксировать в британской юрисдикции свои интеллектуальные права на научные открытия и права собственников на доли в предприятии Терра, которое они основали. Тогда денег у них вполне хватало. Мне показалось, что это были деньги главы компании. Точно я этого не знаю, но я опытный человек и уверен, что все было создано им и на свои деньги. Именно он, скорее всего, собрал всю группу и руководил ею с самого начала.

— Значит, шотландский королевский банк денег основателям Терры не давал?

— И да, и нет. Мы выдали им кредит, но на сумму вклада руководителя этой группы.

— Непонятно. Зачем брать такой кредит? Это чистый убыток?

— Я уже объяснял, что они занимались вовлечением британской юрисдикции в обеспечение своих прав. Вполне обосновано на российский суд они не полагались. Да и кто на него полагается, будучи в здравом уме?

— Я не большой специалист, но будем считать, что я понял. Таких мер они предприняли несколько?

— Да. В том числе и по моей рекомендации. У них есть примерно такие же связи с одним из банков Швейцарии, а также Японии.

— Если они так опасались за свои права, то почему не захотели просто уехать из России и делать этот проект у нас, или в Америке?

— Большинство не вняло моим убеждениям, и из патриотических соображений решили рискнуть и попытаться вытащить свою страну из, не буду говорить из чего, вашу передачу могут смотреть дети.

— Но вы их предупредили, что их лично может постигнуть печальная участь? Вы ведь могли предполагать, что их там обворуют или даже просто убьют, что, собственно, и произошло.

— То, что их лишат денег и доли в бизнесе я был уверен, но таких кровавых событий я тогда не предвидел. Как бы плохо я не относился к России и ее руководству, но такой дикости и зверства я не ожидал. Ведь эта страна сама убила лучшее, что у нее было. Ее последнюю надежду вылезти из того, о чем я не упоминал выше и стать нормальным государством.

— Так вы уверены, что все они мертвы?

— Трое погибли на юге Франции. Они поехали туда отдохнуть, но все выходили на связь со мной и активировали некие протоколы нашего сотрудничества. Деталей я сейчас раскрыть не могу, до суда, во всяком случае. Но это само по себе свидетельствует о том, что они опасались за свою жизнь.