Чтение онлайн

– Любить тебя могу крепко-крепко... никто так не умеет...

Говорила и смотрела на губы его. Нет, так издалека, как до этого делала, не хотела трогать его - он-то чувствует мое прикосновение, но я-то тепла его кожи - нет! А мне тоже до боли нужно было... Только не позволил додумать - губами к губам прикоснулся, так ласково, как только он один во всем свете умеет. 

– Богдан! Богдан! Проснись!
– сквозь сон услышал тихий голос Волка. 

– Что пора?

– Нет, Богдан. Тут другое. 

По небу, еще совсем темному понял, что рано еще в дозор заступать. Потом голову вбок повернул, где Ясна лежала. Только пусто там было. Подхватился, стал по сторонам смотреть. 

– Богдан, ушла она. Я поэтому тебя и разбудил. Не знал, что делать. Сначала думал, что просто по нужде. Но она все не возвращалась...

– Так где она? Кто там с тобой... Ярополк дежурил? Он за ней пошел?

– Пошел. Только и он не вернулся еще. А ушли они давно.

Как я мог не почувствовать, что встала она? Ведь всегда очень чутко спал. Малейший шорох - и я уже на ногах. А тут! Точно околдовала меня. Куда ушла? Зачем? 

– Куда, Волк?

Воин рукой указал направление. 

– За Баженом в оба глаза следи. И разбуди Мстислава.

Сам, взяв меч, пошел в указанную сторону. Вдалеке на востоке кромка неба едва светлела, но в лесу было все так же темно. Ни шороха, ни звука. 

Недолго идти пришлось. Скоро стали слышны негромкие голоса. Ясна и Ярополк спорили о чем-то.

Ничего не понимал. Зачем они ночью вместе ушли? Ну, если бы она пошла, а за ней Милорад увязался, все бы ясно было. Но Ярополк почему ее назад не ведет, а тайные разговоры здесь в темноте разговаривает? Когда подошел еще ближе, стал разбирать слова. 

Ясна говорила с возмущением:

– Нельзя так. Дите же не виновато! А вдруг ты ошибаешься?

Ярополк говорил расстроено:

– Нет, она тоже так думает...

– И что, согласна с тобой?

– Не знаю. Плачет все время. Говорит, что утопится.

– А ты?

– А что я? Люблю ее...

Ярополк, видимо, почувствовал мое приближение, потому что поднялся с пригорка, на котором сидел рядом с Ясной. И стал всматриваться в мою сторону. 

Вышел из-за дерева и направился к ним. 

– Что вы здесь делаете?

Ясна испуганно вскочила на ноги и бросилась ко мне.

– Богдан, мы просто разговаривали. Ничего такого...

– Ярополк, что здесь происходит?

– Богдан, мы разговаривали, ничего боле...

– Сейчас же ночь еще? Почему разговариваете тайно и ночью? 

Ясна стояла рядом, судя по протянутой в мою сторону руке, желая, но не решаясь, дотронуться. Она повернула голову к Ярополку и сказала:

– Ярополк, ты иди, я сама ему все объясню! 

– Ясна, только ты...

– Я все понимаю. Иди, не бойся. 

Ярополк быстро ушел. Мы остались вдвоем. 

– Я жду.

Она тяжело вздохнула и села на то же место, где только что сидела с Ярополком. Похлопала ладонью по траве рядом с собой.

– Богдан, садись! 

– Нет уж, я постою, пожалуй!

– Я за травой пошла.

– Что-о? За какой такой травой? Ночью? В темноте? Врешь.

Она вздохнула еще тяжелее. 

– Для тебя трава та.

Сказала два слова и снова молчит.

– Да объясни ты толком-то, ничего не понимаю!

Хотелось схватить ее за плечи и потрясти, чтобы в этой головке все встало на свои места и она прекратила, наконец-то, нести бред - зачем мне нужна какая-то трава? Зачем ходить за ней ночью? 

– Только не ругай меня, обещаешь?

– Нет.

– Ладно. Я, когда сюда вечером по нужде ходила, одну травку видела... Только ее нельзя рвать, абы когда. А только на рассвете, когда первый луч солнца покажется. Вот я и пришла, пораньше немного, чтобы луч тот караулить. 

– Почему меня не позвала?

– Так я ж говорю, что для тебя травка-то!

Что она в глаза не смотрит? Лицо опустила... Взял за подбородок, поднял так, чтобы глаза в предрассветных сумерках видеть. И, еле сдерживая, рвущуюся наружу злость, сквозь зубы спросил:

– Что. За. Трава?

– Приворожить тебя хотела. Заварила бы, особым образом, да и выпить тебе дала. Ты бы выпил, и полюбил меня. Все. Можешь ругать...

– Та-ак. Зачем? Зачем это делать?

– Как это зачем? Я ж говорю, чтоб любил.... 

Что это все значит? Неужели правда? 

– А нельзя, как-то, чтобы само собой? Обязательно, таким нечестным, прямо скажем, способом? Мне, я так понимаю, ты бы ничего не сказала?

– Нет, конечно. Ты бы пить не стал. Ведь не стал бы?

– Нет.

Она выглядела расстроенной, как если бы я ругал ее. 

– Так с тем, что ТЫ здесь делала, мы разобрались. Что от тебя хотел Ярополк?

Замялась. Не хочет чужие тайны выдавать, даже мне. Не доверяют ни жена собственная, ни дружинники... Плохо дело.

– Богдан, у него жена... заболела. Просто ей лекарство одно нужно. 

– Ты можешь его сделать?

– Могу. Только...

– Что? 

– Ну, трудно это. Никогда такого не делала. И... не хочу.

– Да, что из тебя все клещами вытаскивать нужно?