Песчаный рай
Шрифт:
Единственный ресторан в городе был полностью оккупирован голодными приезжими. Хасан, владелец ресторана, за короткое время организовал еще дополнительную веранду. Натянул тенты, расставил столы и стулья. Аромат кофе мешался с запахом шашлыков…
Это был какой-то праздник, чудо. Никогда еще маленький Серхет не испытывал подобного наплыва гостей, и даже полуденный зной не казался таким уж изнурительным.
– У меня взяли интервью! – по коридорам с визгом бегала Вика. – Меня снимали на камеру!
…Фидель Рауфович в белоснежном халате стоял на крыльце, сложив руки на груди, и наблюдал за суетой, которая царила на площади перед зданием больницы.
– Врачи есть? – к крыльцу подошла женщина неопределенного возраста, в шортах, худая, загорелая. В черных очках, в кепке, с серебристо-белыми волосами, выбивающимися из-под нее. Приезжей могло быть как тридцать, так и пятьдесят лет. – Я хочу у специалиста проконсультироваться. Кажется, запястье вывихнула… Я заплачу! Можно?
– Можно, можно, – расцепил руки на груди главврач. – Идемте со мной, я посмотрю. И при чем тут деньги?.. У нас скорая помощь бесплатно.
Загорелая блондинка на секунду замерла, потом ослепительно улыбнулась, глядя на Фиделя снизу вверх. У того в лице ничего не дрогнуло, только глаза смотрели неподвижно, мрачно, горячо…
«В принципе, они поняли друг друга и без слов, – подумала Дина, наблюдавшая эту сцену со стороны. – Неужели такое возможно – посмотрели друг на друга, поняли все, ушли вдвоем, и тут же все и случилось?.. Что за горячка на людей нападает? Или дело в Фиделе? Он и правда такой Казанова, что женщины сами на него вешаются? Тогда это какая-то собачья свадьба получается! Люди – те же животные. И зачем только любовь придумали, когда на деле – одна случка!»
Себя Дина не без гордости к таким несдержанным людям не причисляла.
– Фидель Рауфович! – крикнула она на всякий случай в полутемный коридор, в котором скрылись главврач и блондинка. – Я вам не понадоблюсь?
Ответа не было.
«Ну и ладно…» Дина села на крыльце, расправила на коленях складки халата. Телевизионщики на другом конце площади расставляли какую-то аппаратуру, тянули провода.
На крыльцо выскочила Вика, плюхнулась рядом с Диной на ступеньку.
– Зачем им еще софиты? – пробормотала Дина. – Тут же столько солнца…
Вика всхлипнула.
– Ты чего? – встрепенулась Дина, повернулась к девушке. – Вика?..
– Он гад. И она гадина. Ты смотри – сколько вокруг парней, молодых и красивых… Своих ей было мало? Нет, она к Фиделю поперлась! – раздраженно, со слезами в голосе, пожаловалась медсестра.
– А… Ты об этой блондинке. Может, у нее действительно вывих.
– Как же! Жди! – топнула Вика ногой.
– Ты сама чужое взяла, – пожала плечами Дина. – Никого не хочу осуждать, но…
– Чего это я чужое взяла? – возмутилась молоденькая медсестра. – У кого?
– А вон у той женщины взяла, – Дина указала подбородком на Таисию Георгиевну, всю в черном, грузно шагавшую по площади. Таисия прикрывалась от солнца черным же зонтиком…
– Ой, ну ты сказала… Фидель ее не любит!
– А тебя он – любит? Ты тут первый год работаешь, а я знаю – таких, как ты, он уже сотню разменял.
– Я поняла! Ты его сама ревнуешь! – нервно засмеялась Вика.
– Вот еще. Руслан его убьет, если он ко мне хоть пальцем прикоснется, – надменно произнесла Дина. – И не говори про любовь, то, что между тобой и Фиделем, и прочими, – это не любовь.
– А зато у тебя и Русланчика твоего – любовь!
– Да. Именно так, – усмехнулась Дина.
– Ой, какая же ты вредина, Динка… – сжав кулачки, пробормотала Вика. – Ладно, я побежала, не хочу с Таисией встречаться…
Вика вскочила и, сутулясь и щелкая пластиковыми шлепанцами о пятки, суетливо заскакала в сторону.
К крыльцу подошла Таисия Георгиевна, сложила зонтик.
– Добрый день, Дина. Фидель Рауфович у себя?
– Добрый день. Поискать его?
– Нет-нет, я сама, – переваливаясь с боку на бок, жена главврача принялась карабкаться вверх по ступеням.
Дину никто не звал, да и сами больные (в основном старики да хроники – ничего серьезного и требующего экстренных мер) то и дело выходили на крыльцо, обсуждали происходящее, гадали, скоро ли поедут сами гонщики и можно ли будет живьем наблюдать за ралли…
– Так, это что? Фарида Алимовна, вы куда прямо с капельницей? Ну-ка в палату! Гоша, и ты иди! Тебе вообще нельзя ходить… – наконец встрепенулась Дина, когда на крыльцо высыпали чуть не лежачие.
Дина только разогнала всех, но тут из глубин больницы опять появилась Таисия Георгиевна.
– Фидель Рауфович меня не искал? – на всякий случай спросила Дина.
– Нет, у него там пациентка… – сдержанно произнесла женщина. Открыла над головой зонтик. – Диночка, а вы не передумали?
– Вы о кольце? Нет, я не продам.
– Жалко… Я бы вам хорошие деньги дала. Деньги, они, знаете, никогда не помешают. Мало ли что. Вдруг вы решите уехать отсюда, а переезд средств требует.
– Мы отсюда не уедем, – возразила Дина, вспомнив ячейку в стене колумбария, старый карагач рядом, трепещущие на железных оградах бумажные цветы…
– Нет, я не о том… Вдруг вам, именно вам, Дина, захочется уехать из Серхета. С мужем решитесь развестись, и вообще… – Таисия Георгиевна неопределенно взмахнула свободной рукой.
«Сумасшедшая… Злится на весь мир – из-за Фиделя!» – догадалась Дина.
– Я никогда не разведусь с Русланом, – спокойно произнесла Дина. – У меня даже повода нет – с ним разводиться.
– Н-да?.. Нет повода, значит… – печально вздохнула Таисия. – И правду говорят – что жены или мужья узнают все последними.