Чтение онлайн

Харон с Брэди посмотрели друг на друга. Субвокалический обмен короткими сообщениями между ними ясно говорил: они знают, что я ошибся.

Они знают. Откуда такая уверенность?

Я загнал невидимый крючок поглубже в Харонов мозг.

— А что насчет Черного рынка? — пробормотал Харон, обращаясь к Брэди. — Может ли быть какая-нибудь связь?..

— Едва ли, — ответил Брэди. Он снова обрел уверенность. Я прикрывал его задницу, и ему больше не нужно было беспокоиться о Хароне. Только обо мне. — Ограничение применения наркотиков — в их интересах. А Элнер как раз против дерегуляции.

Харон кивнул, думая, что Элнер не из тех, кто вляпывается в неприятности из-за скрытых карточных долгов. Но затем он снова озадачился вопросом, кто же так позаботился о ней и зачем. Внутри Харона тревожно завывала сирена. Он ума не мог приложить, кто это мог быть; он лишь твердо знал, что взрыв не имеет ничего общего с предыдущими покушениями. Я нажал посильнее: В его мозгу не было ни тени сомнения в том…

Голова Брэди повернулась как на шарнирах.

— Что с тобой? — спросил он, бросив в меня странный взгляд.

— Со мной? — я заморгал, поспешно оттянув щупальца назад.

Брэди страдальчески поморщился.

— Я не разговариваю сам с собой.

— Я… просто пытаюсь думать.

Они вели себя так, словно такое пришло им в головы впервые в жизни. Словно никогда не рассматривали такую возможность…

— Делай это не раскрывая рта. — Брэди обернулся к Харону: — А что с ним? Со мной.

Харон скривился.

— Он рассказал нам все, что знает. Это очевидно. Отошлите его. — Харон глядел на меня в упор, но говорил обо мне так, будто я не в состоянии был понять его приказания.

— Я не то имел в виду, — возразил Брэди. — Я говорю о дальнейшем его использовании.

Голова Харона дернулась, рот перекосился.

— Вы серьезно? — наполовину с сарказмом, наполовину с недоверием спросил он.

Брэди не дрогнул:

— После того, что он сделал вчера вечером — да, сэр. Он нам еще пригодится… Мы просто изменим его функции.

— О Боже ты мой! Он вчера скормил хайперам лишнее. Вы видели утренние новости?

Я с шумом всосал воздух, воображая, каким, должно быть, кретином меня выставили хайперы.

— Я только хотел помочь леди, сэр. После всего того, что Страйгер наврал про меня, я подумал, что смогу заставить их понять правду…

— Ты хотел помочь! — Рука Харона дрогнула, сжимаясь.

Я вжался в угол дивана, когда его внезапная ярость ударила в мои незащищенные мысли. Он видел передачу и считал, что я на самом деле помог Элнер. И своей помощью погладил Харона против шерсти. Харон хотел, чтобы Элнер осталась в живых, но чтобы ее репутация был подпорчена, сама Элнер — деморализована и, так сказать, сброшена с баланса, чтобы она стала его пешкой.

— Ты — урод беспризорный, — сказал Харон. Пальцы его разжались, и он резко встал.

— Тем более. По этой причине его надо держать здесь по крайней мере до голосования, — предложил Брэди. — А то начнутся подозрения…

Я перестал слушать, когда болезненное ощущение заполнило меня. Они и не собирались держать меня «включенным» до тех пор, пока не выяснится, кто же пытается убить Элнер. Потому что никто не пытается убить Элнер. Они сами подготовили те покушения — Центавр, Брэди — под руководством Харона. Этого оказалось достаточно, чтобы вывести Элнер из равновесия, испугать, сделать ее зависимой от них и их охраны. Достаточно, чтобы им удалось принудить ее взять меня. Они лгали Элнер, лгали мне. Они пользовали меня, как проститутку, все это время, чтобы я следил за ней, что и подозревала Элнер.

Но хуже того — они прекрасно знали, что Страйгер ненавидит псионов. И выставили меня в качестве мишени, разрешили ему сбить меня с ног, чтобы окончательно увериться, что Элнер будет унижена, провалит дебаты и голосование и потеряет кресло…

Они лишь проморгали, что кто-то пронюхал про ложные покушения и попытался под их прикрытием организовать свое собственное, не подозревая, что покушения сфальсифицированы. И теперь у Центавра руки в крови.

— Делайте с ним, что хотите, — говорил Харон, направляясь к выходу. — Были бы результаты. И контролируйте его — держите подальше от меня.

Ему пришлось пройти мимо меня. Он бросил на меня жесткий взгляд и остановился, как будто что-то ударило ему в глаз.

— Где ты взял эту серьгу?

Я помотал головой, еще не отойдя от изумления. Потрогал ухо, чувствуя прохладную шлифованную поверхность стекла. И оцепенел.

— Я… ннн… купил у уличного продавца.

Харон что-то проворчал и вышел. Дверь закрылась, оставляя меня наедине с Брэди.

— Хорошо, — сказал Брэди. — Чего ты хочешь от меня?

— Что? — Я не мог вспомнить, о чем он говорит. Я потер глаза, ощущая за ними давящую боль.

— Ты знаешь, о чем я говорю. — Брэди маятником зашагал по комнате, заложив руки за спину и не сводя с меня глаз. — Чтобы ты молчал о вчерашнем.

Я засмеялся. Слова Брэди прозвучали как-то нереально.

— А! Это.

Брэди прекратил движение.

— Да что с тобой творится, черт побери! — Брэди начал бояться, что я только что сошел с ума.

— Вы использовали меня, — сказал я. — Вы, ублюдки, вы пользовали меня все время — вы и Та Минги. Никакого заговора против леди не было — до вчерашнего вечера! Вы ее выдвигали, и теперь использовали меня, чтобы на фиг ее задвинуть.

Брэди вытаращил глаза.

— Как я узнал? — опередил я вопрос, вытаскивая слова прямо у него из башки. — А вы как думаете, твердолобый?

Лицо Брэди побелело от страха и бешенства. Он перевел взгляд на кресло, в котором мы оба сидели.

— Это не сработало, Брэди.

Камеры снова переключились на меня.

— Ты читал нас. Но все равно сел. Почему?

— Ну, соображайте. Вы бы на моем месте не сделали то же самое?

— Я не предполагал, что это возможно. — Брэди не предполагал, что я одурачу детекторы лжи. И что он может так проколоться.