Пешки против игроков
Шрифт:
– Да! Да, готова, устала уже это всё повторять!
Лишённый каких-либо чувств механизм Башни ответил на мою вспышку красноречивым молчанием. Я молча заполнила баночку густой зелёной жидкостью и заткнула пробкой. Пошарила рукой по одежде, ища карманы, нашла один на штанах и сунула баночку внутрь. Голос пожелал мне удачи, подарил одно очко за усердие, и стало ясно, что на сегодня занятия окончены.
Я медленно спустилась по лестнице на свой этаж, думая о том, как расскажу всё это Кувшиночнику. Лучше размышлять о волшебстве, нежели о том, что мой рыжий собеседник в Туманном Поле – будущий враг, верно?
Стражи в коридоре тихо переговаривались друг с другом; у одного на длинном языке покачивался пойманный арань. Бедняга шевелил всеми своими восемью лапками, пытаясь спрыгнуть, но цветок не давал ему этого сделать.
– Опять, – пробормотала я, услышав плач, и остановилась. Да это же соседская комната! Там живёт дружелюбная черноволосая пешка!
– Она ссс тех пор и не выходила, – заметили Стражи в один голос. Вот как! Я распахнула дверь своей комнаты и, не обращая внимания на вопросы Кувшиночника, забрала со стола крылышко паони.
«Куда?! – Кувшиночник был недоволен. – У тебя усталый вид, а ты снова куда-то бежать собралась!»
Я отмахнулась от него, вышла и, присев на корточки, просунула крылышко под дверь, держа его на ладони. Пол-то грязный, а тарелок я из сундука не брала – даже не подумала, что они могут мне понадобиться.
– Ты глянь, что творит эта нарушшшительница! – Страж, державший араня языком, от негодования уронил свою жертву. Арань вскочил и резво побежал прочь, явно понимая, что это его единственная возможность спастись.
– Нельзя! – вознегодовал другой Страж. – Нельзя сссоваться в чужую комнату без разрешшшения!
Плач в соседской комнате прекратился. Раздались неуверенные шаги, потом кто-то потянул крылышко с моей ладони. Я тихо произнесла, обращаясь к пешке, сидевшей за дверью:
– Подумала, что ты голодна. Не бойся, всё будет хорошо. Кем ты станешь, какой фигурой?
Перекрывая яростные выкрики Стражей, требовавших, чтобы меня покарали, донёсся нежный голос:
– Жрицей, – а потом: – Благодарю.
Я убрала руку, встала и, наконец, посмотрела на Стражей. Особенно сильно злился тот, который потерял добычу, и его можно было понять. Тем временем наконец-то прозвучало сообщение от Башни:
Нарушение правил! Чёрная пешка, будущая Волшебница, ты лишаешься двух очков. У тебя остаётся ноль. Ты переходишь в статус «нулевой пешки».
Передо мной появился золотой овал, замерцал и исчез, как будто растворившись в воздухе.
Я вернулась в комнату. Кувшиночник, как выяснилось, превосходно всё слышал и укоризненно заметил:
«Вот теперь голодной будешь ты. Потому что столовая внизу нулевых пешек не принимает!»
Я фыркнула, хотя в этом не было ничего смешного.
«А если пешка всё время на нулях, ей что же, погибать с голоду?»
«Такое редко бывало, – покачал своей фиолетовой головкой Кувшиночник. – Ты же сделала зелье?»
«Сделала. Но я не уверена, что правильно», – вынув баночку из кармана, я поставила её на стол, а затем придвинула к себе кувшин. Воды-то я могу попить, надеюсь.
«Если хочешь, попроси дополнительное задание», – после недолгого раздумья посоветовал Кувшиночник.
Я покачала головой, глядя, как в кувшине набирается вода.
«Не хочу. Мне и есть-то неохота».
«Невесёлая ты. Ничего, всё ещё наладится», – посочувствовал цветок, и я подняла на него глаза. Кувшиночник источал мягкое голубоватое сияние, и глаза у него были добрые, даром что такие же чёрные, как бездна.
«Кувшиночник, скажи, а на поле боя тоже очки даются, когда Клетку пройдёшь?»
«Нет. Там всё по-другому, – неохотно принялся объяснять цветок. – Вас высадят на Седьмом Уровне, а белых пешек – на Втором. И если ты будешь успешно сражаться, то получишь волшебные артефакты. Они сами появятся на Клетке. А если нет… просто с Доски слетишь», – и Кувшиночник опустил листья, словно показывая, как ему неприятно это говорить.
«А что за артефакты?»
«Жезлы, да и не только они. Бывают и обычные, не волшебные – луки, мечи, молитвенники для будущих Жрецов или Жриц… Тебе об этом на занятиях расскажут», – увильнул от прямого ответа Кувшиночник.
Я допила воду и задумалась, чем же заняться до вечера. Отчасти Кувшиночник прав – мне наверняка ещё захочется поесть, а я лишена этой возможности. Но кто бы на моём месте поступил иначе, слыша, как плачет соседка? «Все остальные чёрные пешки», – шепнул внутренний голос. Я мотнула головой – может быть, они не слышали. Кто-то на занятиях, кто-то в столовой, а кто-то думает, чего бы побольше набрать из сундука, раз всё равно очко теряешь…
«Что это?» – прервал мои размышления Кувшиночник и высунул головку в окно. Я прислушалась. Крик… и клёкот?! Как будто хищная птица подлетела к Башне!
«Он высунулся! – заорал Кувшиночник в моей голове. – Вот глупец! Рукха же унесёт его в горы!»
Рукха! Я вскочила и бросилась на помощь неведомой чёрной пешке. Голос Кувшиночника звучал у меня в ушах:
«Комната напротив!»
Скорее, скорее! Цветы в коридоре до того растерялись, что не пытались мне помешать. Распахнув дверь, на которой значилось: «Номер пять», я мельком отметила, что и в комнате есть цветы, но далеко от окна, так что помочь пешке они не могли.
– Я сейчас! – вскочив на стул, на котором до этого стоял светловолосый незнакомец, я буквально повисла на нём, не давая птице вытащить его из окна. Рукха вцепилась клювом в чёрную рубашку, та трещала, но не рвалась. А если у птицы достанет сил унести нас обоих?!
За спиной у меня снова хлопнула дверь, кто-то подлетел и обхватил меня обеими руками. Я оглянулась – соседка! Поймав мой взгляд, она тоненько вскрикнула:
– Держись!
Конечно, рукха не смогла вытащить из окна сразу троих! Рубашка светловолосого, наконец, порвалась – я услышала вожделенный треск, – и затем мы свалились на зелёный ковёр.