Чтение онлайн

— Слушай, Тан, а он, — травница кивнула в сторону карьера, — точно не вернётся?

— А ты после такой встречи вернулась бы?

Назад девушки возвращались на приличном друг от друга расстоянии. Они не то чтобы поссорились, просто Яританна совершенно не хотела хватать случайные разряды, разлетающиеся от замкнувшей резерв травницы, а Алеандр подобное пренебрежение казалось оскорбительным.

— Тш, — шикнула Танка на преобразившуюся компаньонку. — Слышишь?

Девушки замерли и прислушались к слабым голосам, доносящимся со стороны объездной дороги. Голоса принадлежали мужчинам, при этом очень горластым и шумным.

— Чего встал, Матар Сеныч? — гаркнул какой-то бас с настоящими густыми усами, во всяком случае, Танке всегда казалось, что у обладателей такого зычного тембра обязательно должны быть усы.

— Постой. Хрень какая-то твориться…

— Что чуешь, чародей? (в этом месте обе чародейки заметно взбледнули и мысленно попрощались с дипломом)

— Да какой-то лось… беременный.

Фраза предположительного усача потонула в громогласном гоготе, по меньшей мере, дюжины здоровых мужиков. Танка испуганно шарахнулась в сторону, слабо представляя, что за сборище с участием чародея может шататься по почти заброшенной дороге. Кто бы ни были любители повеселиться, мужчины весьма заинтересовались «беременным лосём» и развернули коней.

— Ой, я же знак вернуть забыла, — Алеандр прикрыла ладошкой рот и резво бросилась обратно, подгоняемая собственной добропорядочностью.

Яританну подгоняли только серьёзные опасения, что от чародея, даже не слишком обременённого карающими полномочиями они здорово огребут по шеям. Шеи девушке было жалко. Долго и пространно объяснять, что ритуал понадобился для душевного спокойствия одного раненого чародея, всё равно бесполезно, иначе пришлось бы сознаваться в проведённом без разрешения вызове в Мороськах. Танка готова была рвать остатки косы от отчаянья. Как она такая спокойная рассудительная девочка умудрилась вляпаться в противоправные и не совсем законные делишки? Как без связей, денег и приличного везения из них выпутаться?!

Алеандр это мало заботило. Не то чтобы она совсем не думала о последствиях, скорее предпочитала их игнорировать. Она относилась к разряду тех парадоксальных личностей, что могут с гордостью называться пессимистичными оптимистами. Они были искренне уверенны, что всё просто обязано быть превосходно, но вряд ли им повезёт. И если духовник всегда полагала худшее, радуясь даже небольшим послаблениям. Травница верила в превосходное, негодуя на любые отклонения. Такой специфический перфекционизм здорово мешал ей жить, но помогал наполняться энтузиазмом.

После недолгих метаний между деревьями выяснилось, что спешить было особенно некуда и волноваться по поводу знака глупо. Каньон теперь начинался прямо от корней деревьев, матерился недружным хором мужских голосов и оглашался жалостливым лошадиным ржанием. Злополучный знак сгинул втуне, припечатав кого-то из «счастливчиков», если судить по вполне адресованным высказываниям, прорывающимся сквозь общий гомон. К чести провалившихся следует отметить, что уйти они смогли красиво, тихо и слаженно, лишь на дне излив всё многообразие впечатлений. Алеандр так и застыла с приоткрытым ртом, не добежав до кромки обрыва.

— Это же, как они быстрее нас… — девушка покрутила головой и неожиданно тихо ругнулась в несвойственной ей манере. — Там же прямой поворот сохранился, а мы дуры через лес волоклись. Как думаешь, это те камуфляжники?

— Хуже, — убитым голосом прошептала в ответ Танка, бледным пальчиком указывая на торчащую у самого обрыва явно яркую зелёную хоругвь с растительным узором из хмеля и остролиста. — Пойдём-ка отсюда…

Девушки тихонько развернулись и на носочках двинулись в противоположную от шумного карьера сторону. Позади раздался замогильный совершенно непередаваемый звук полный страха и обиды.

— И правда, Матар Сеныч, лось брюхатый! — восхитился голос усача.

— Теперь я буду звать тебя ВПМ! Великая Повелительница Молний! — продолжал хохотать чародей, осторожно придерживая здоровой рукой ходящие ходуном рёбра.

Из обрывка чужого рукава Эл соорудила ему люльку для больной руки, но в ней держаться за ноющие от смеха бока было совершенно неудобно. Смех у Важича был вполне приятным, немного хриплым и прерывистым из-за спазмов в покалеченном теле, но довольно глубоким и мелодичным, пока не переходил в глухие каркающие хрипы. Смеялся младший Мастер — Боя уже давно, от чего сам смех стал совершенно идиотским. Яританна, конечно, понимала, что на мужчине сказалось последствие стресса, нервного напряжения и отсутствия привычки к общению с травницей — эксперриментаторшей, но после минут десяти такого веселья в ней начало подниматься раздражение. Объект насмешек в ответ шипел дикой кошкой, пытаясь пригладить стоящие дыбом волосы и унять щедро сыплющиеся с одежды маленькие колючие молнии, но, как ни удивительно, практически не дулся, изредка и вяло отбрёхиваясь, толи девушка была действительно уставшей, толи жалела увечного. Лёгкие разряды, подёргивающие кожу, не добавляли ей хорошего расположения духа. Танка лишний раз не решалась встревать в их разборки. Её больше волновала проблема ночлега в незнакомом голоде без денег и помощи.

— О Великая Повелительница, яви недостойному свою силу! — с наигранным благоговением в голосе пророкотал плетущийся сзади Важич, только что на колени не бухнулся.

Во многом его отношение обусловливалось особенностями побудки. Когда просыпаешься от разряда в плечо, а на тебя смотрит, мило улыбаясь, лохматое нечто с безумными глазами, любой кошмар покажется детской сказкой в сравнении с такой реальностью. От качественного боевого светляка в голову травницу спасло только чудо. Арн был хорошо тренирован и на рефлексах откатился в бок, чтобы применить универсальный для любой нечисти снаряд, но, будучи левшой, сразу же напоролся раненой рукой на выступ корня и едва снова не треснулся головой, запутавшись в любовно прикрывающих его тряпках. Последней точкой стал приступ неконтролируемого чихания от набившегося в нос маскировочного порошка. Сегодня чародею с пробуждениями определённо не везло.

— Не гневись на убогого!

Алеандр в который раз передёрнула плечами, от чего в наэлектризованных волосах раздался угрожающий треск, подобно колотушке у гадюки.

— Нет, пожалуйста, не казни меня, ВПМ! — откровенно забавлялся Важич, глядя, как подёргивается тело переполненной негодованием девушки и блестят глаза, когда она оборачивалась. — Твоя новая великая сила, дарованная небесами…

— Я тебе сейчас покажу великую силу! — с непритворной яростью вскрикнула Эл, круто разворачиваясь на пятках.

Танка тяжело вздохнула и прикрыла глаза ладонью. Она, конечно, понимала несчастную и морально поддерживала в благородном порыве бороться за свою честь и достоинство. С самой побудки, всё время сборов и уже минут пятнадцать медленного торжественного шествия по дороге продолжались мелкие, но удивительно точные в своей едкости нападки. Словно молодой человек точно знал, что будет особенно болезненным и маневрировал на тонкой грани шутки и оскорбления. У Яританны даже сложилось впечатление, что младший Важич нарочно выводит из себя Алеандр: уж как-то очень вовремя он отступался и возвращался к своим «шуткам». Тёмными оставались мотивы такого поведения, что ещё больше нервировало духовника в общении со своим бывшим кумиром. Её и саму в прошлом «добрые боевики» не раз изводили насмешками, и она изредка поддавалась на провокации, но сколько же можно! Когда посреди дороги появилась новая борозда и рухнуло вышибленное коронным выбросом дерево, от которого Арн даже не особенно пытался уклониться, духовник лишь пожалела тот незадачливый отряд: если бедолагам удастся выбраться, вечер у них пройдёт за приятной расчисткой дороги. Но третьего фееричного выступления Эл она бы уже не выдержала. К счастью, в этот раз Валент на чары особенно не разменивалась и банально попыталась придушить своего потрёпанного мучителя, рассыпая вокруг себя с дюжину скрипучих молний. Даже с искристой поддержкой две маленькие цепкие ручки не могли справиться с матёрым чародеем.