Чтение онлайн

Понятно.

Оставалось только наслаждаться прогулкой.

Железные лестницы, тычки в спину, удары прикладом, освещенные неоновым светом коридоры, мужчины и женщины в униформе, сидящие перед мерцающими экранами, патрули, охрана, шум грузового подъемника, зацементированная набережная, серая резиновая моторка с мощным прожектором.

Стремительное и бесшумное плавание. Они причалили к узкой полоске мелкого песка. Снова коридоры, на этот раз освещенные факелами, утрамбованная земля под ногами, запах кладбища.

Наконец они оказались в огромной пещере с настенными рисунками, где многие тысячелетия терпеливо ждал мальчик со сциталом. Из котелка поднимался ароматный дым. Вокруг выстроились стражники, с черепами характерной формы, с мускулистыми торсами, в белых, с напуском, брюках, в руках у каждого была заточенная сабля. За ними стояли мужчины и женщины, с волосами, заплетенными в косички, в одинаковых фиолетовых туниках. Раздавался глухой стук больших барабанов. В дальнем, затемненном углу над ведром на крюках была подвешена какая-то туша, наполовину скрытая спинами бородатых стражников в спортивных костюмах. По четырем углам золоченые конусы, в которых курился ладан, источая одуряющий запах. И над всем этим пение сирен, гортанное и мелодичное. Никто не шевелился.

Ты бредишь, приятель, подумал Роман, ты сейчас просто спишь, начитался книжек о путешественниках, слишком много смотрел фильмов, теперь ты спишь, и в голове у тебя все перемешалось. Под нашими ногами не существует никакого подземного мира, на планете не осталось неизведанных земель, у тебя в мозгу опухоль, которая провоцирует галлюцинации, вызванные книжками из детства. Печального и одинокого детства, проведенного рядом с печальным и одиноким отцом. Неудивительно, что ты без оглядки доверился Антонии, признался он себе впервые. Неудивительно, что ты ухватился за первого же человека, который проявил к тебе интерес, подобно тому как утопающий хватается за соломинку. Ты был готов на все, на все, что угодно, лишь бы она продолжала тебя любить. А она была готова на все, чтобы тобой манипулировать.

Мотнув головой, он вернулся в настоящее.

Пещера.

Возле котелка Реза, массивный, прямой. И в углу они трое, закованные в цепи, грязные, измученные.

Нескончаемый грохот барабанов.

— Где Маги? — решительным и сильным голосом внезапно произнесла Нея.

— Их не пригласили, — не поворачивая головы, ответил ей Реза.

— Это противоречит Закону, и ты это знаешь. Все это знают! Ни одно решение, касающееся будущего Народа, не может быть принято без согласия Магов.

— Скажи это Царю, а не мне.

— Признайся, Реза, ведь ты приказал убить Магов? Ты приказал уничтожить нашу память и нашу мудрость?

Роман заметил, что при этих словах некоторые из присутствующих на собрании задрожали и раздался возглас удивления. Возможно, тактика Неи была правильной. Посеять раскол.

— Маги придут, когда наступит время, — пророкотал Реза.

— На Ассамблеях Маги должны сидеть рядом с Воинами и Эдилами, таков Закон! — настаивала она и, увидев, что он пренебрежительно пожимает плечами, добавила: — Я королевской крови, как и ты. Как смеешь ты заковывать в наручники равного и угрожать ему?

— Я исполняю приказ. Ты обвиняешься в предательстве, и Царь будет тебя судить.

— Только в присутствии Магов! Ты забыл наши обычаи?!

Реза вздохнул, явно раздраженный. Так может раздражать назойливая муха.

— Времена Магов миновали, Нея. Сейчас устанавливается новый закон.

«Весь мир насилья мы разрушим до основанья», — чуть было не пропел Роман, думая о том, что, когда количество странностей и нелепостей зашкаливает, когда воспринимаемая информация кажется слишком уже нереальной, человеческий мозг перестает испытывать стресс. Это своего рода защита. Мозг просто автоматически регистрирует происходящее, никак эту информацию не перерабатывая. Он словно отказывается реагировать на невообразимые ситуации. И как можно поверить, если ты, ну, скажем… известный, уважаемый всеми врач, как можно поверить, что тебя могут бросить в товарный вагон, убить всю семью, убить тебя самого в газовой камере и сделать мыло из твоих внутренностей?! Слишком жестокие потрясения, слишком невероятные мысли тормозят восприятие реальности, снова подумал он. Так что он не боялся. Он просто смотрел.

— Развяжите меня! — приказала Нея решительным голосом, привыкшим повелевать.

Один из охранников неуверенно сделал шаг вперед. Его напарник преградил ему путь, приставив к груди саблю. Тот отступил. Грохот барабанов нарастал.

— Тихо! — прокричал Реза. — Поприветствуем Великую Жрицу!

Вся разодетая в пурпур, от кожаной маски до ажурных сандалий, в помещение торжественно вступила стройная миниатюрная женщина, в сопровождении других женщин, дующих в золотистые рожки.

Это ее весталки, подумал Роман. Облаченные в безразмерные синие одеяния, с косичками на голове и в белых вуалях. За ними следовали четыре обнаженных атлета, с бычьими рогами на голове, толстые члены болтались между мускулистых ляжек, в руках они вертели трещотки.

— Вот мы и участвуем в обряде, достойном Конана Варвара! — шепнул ему Ян, и этот шепот стоил ему удара от стоящего за спиной охранника.

— Жаль, что уже заранее известно, кто именно окажется привязан к пыточному столбу, — шепнул ему в ответ Роман и тоже получил удар в бок.

Это уже не имело значения. Охранник не мог слишком уж докучать им, это было не в его власти.

Они сконцентрировали свое внимание на Великой Жрице, которая неподвижно стояла возле котелка и выводила, как и все, медленную, монотонную мелодию.

Почему все примитивные ритмы планеты так похожи? Возможно, наш образ мыслей налагает обязательные для всех поведенческие стереотипы? И каким бы способом ни пытались мы повлиять на ход истории, чтобы ее изменить, мы все равно неизбежно приходим к тому же результату, к тому же будущему?

Ян не мог оторвать взгляд от хрупкой миниатюрной фигуры, от черных волос, подстриженных каре, от ее манеры двигаться и петь, слегка склонив голову набок.

Способность воспринимать очертания, которая позволяет нам узнать кого-то знакомого, увидев всего лишь его затылок или какую-нибудь другую часть тела, навела его на мысль, что эта женщина очень похожа на Лейлу. Заметь он ее на углу улицы, он мог бы поклясться, что это именно она.

Он был настолько увлечен, рассматривая ее, что не сразу заметил, как она перестала петь и как все присутствующие пали ниц. Охранники вновь нанесли им по удару, чтобы заставить встать на колени, но Нея отказалась повиноваться.