Шрифт:
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Дружеский шарж на автора художника Игоря Макарова. 1972 г.
Неприкаянный
драма
«Возьмите иго Моё на себя…»
Морок
Речная протока на островах в пойме большой реки. Над тёмной водой плывёт лёгкий туман…
…сверху вода зеркально спокойна, но если всмотреться, то можно увидеть, как там, в глубине, повинуясь течению, змеятся, словно волосы утопленницы, скрытые половодьем стебли осоки…
…а на поверхности отражается небо: покачиваются облака, плавают птицы, бороздят речное дно самолёты…
…и всё это двигается и звучит замедленно, как бывает во сне…
…неправдоподобно утробно квакает лягушка, также на пониженных тонах стрекочет кузнечик…
…хрустнул прибрежный сухостой, ещё, ещё, хруст усиливается, кто-то очень тяжёлый приближается к воде…
…сначала – хруст-треск, потом – чавканье с засосом, потом – хлюпанье… по воде от берега пошли круги…
…вода из прозрачной постепенно делается мутно-красной…
…на отражённое в ней небо тучей наплывает край чьей-то взлохмаченной головы, волосы по бокам дыбом – будто рога…
…на мгновение голова замирает…
…затем склоняется над водой, постепенно увеличиваясь в размерах…
…вот вырисовывается бугристый заросший волосами лоб…
…заплывшие гноем глаза…
…распухший до размеров боксёрской перчатки нос с тёмными провалами ноздрей…
…ощерившийся рот с кабаньими клыками…
…вот и всё лицо, нет – рыло, перекрыв небо, отражается в воде…
…нечеловечески безобразное, страшно уродливое, рыкающее и хрюкающее…
…глаза чудовища наливаются ужасом, пасть раскрывается, выпуская из себя дикий вопль…
Пробуждение
Городская квартира. Утро. Всё залито солнцем.
Человек, проснувшись, с криком отдирает себя от привидевшегося кошмара, закрыв лицо руками…
…вскакивает, бежит в ванную, к зеркалу, медленно отнимает руки от лица, и…
…мы видим искажённое страхом лицо сорокалетнего мужчины…
Наконец, он успокаивается, лицо разглаживается, хотя дыхание остаётся учащённым…
В зеркальном отражении, за спиной мужчины, появляется встревоженное лицо жены, Альбины.
Она обнимает мужа за плечи, прижимается к его спине.
Они смотрят друг на друга через зеркало. Он – растерянно, она – с удивлением.
– Что с тобой, Миша? – спросила жена шёпотом.
Он хотел рассмеяться, но смех вырвался наружу удушливым кашлем.
– Да так… сон дурацкий…
– Что за сон? – она провела рукой по его волосам.
– Урода одного видел…
– Какого урода?
– Себя…
– Ну, какой же ты урод, – она успокаивающе погладила мужа по спине.
– Да… – его всё ещё трясло.
– И часто тебе снится подобное?
– Бывало… но раньше не так…
Она заглянула в глаза мужу.
– Тебя что-то… гнетёт?
– Не знаю…
– Если не знаешь, значит, ничего страшного. Просто переутомился… – она приникла щекой к его плечу. – Ты самый красивый мужчина на свете… самый добрый… самый внимательный… и самый желанный…
В отражающемся в зеркале дверном проёме вдруг возникла девушка, бледная, с выражением ужаса на лице и кровоподтёком у виска…
Михаил вздрогнул, в панике оттолкнул жену, рванулся к двери. В коридоре никого не было.
Альбина, вскрикнула, чуть не опрокинувшись в ванную – едва успела ухватиться за смеситель.
– Ты что?!
– Прости… – он подал жене руку. – Не проснулся ещё…
– Ми-иша…
– У нас выпить есть?
– С утра?
Пошатываясь, он вернулся к умывальнику, опёрся руками о раковину, судорожно набрал воздуха.
– Знаешь, что… – она провела ладонями по плечам мужа. – Давай-ка выберемся, наконец, на природу, а? Денька на три… Возьмём Саньку… У него всё равно каникулы… Заодно и от компьютера отдохнёт… а?
– Он не поедет.
– Поедет. Сам вчера напрашивался.
– Ну да? – уже давно ничто так приятно не удивляло Михаила.
– Да, представь! Родители, говорит, вы не хотите куда-нибудь смотаться… на пару деньков?
– А… уже? Рановато…
– И я об этом подумала. А он говорит, и я бы с вами прокатился.
Михаил тронул щетину, открыл кран, набрал в ладони воды, склонился над раковиной.
– Артём присмотрит. Будешь на связи… Хочешь, я с ним поговорю? Он всё-таки… твой компаньон.
– Нет!
Она перекрыла кран.
– И он каждый год возит жену на юг!
– Не он, она его возит. У неё сестра в Одессе.
– Неважно.
– Важно. Это ему ничего не стоит.