Пьесы. Статьи
Шрифт:
П р о ф е с с о р (Сульме). Кто, что вылезает, приятель?
С у л ь м а. Да эта… (Вдруг замечает Иоанну, роняет банку, она вдребезги разлетается.)
И о а н н а (неожиданно засмеявшись). Колорадский жук, профессор!
Сульма в растерянности отворачивается, хочет уйти.
В р о н а. Подождите, пан Сульма, не уходите! (В трубку.) Почта? Говорит опытная станция защиты растений… Да, Врона. Соедините меня с сельскохозяйственным отделом Повятовой Рады Народовой. Что? Раньше не можете? Ну ладно, постарайтесь побыстрее… (Кладет трубку.)
Сульма нехотя останавливается у дверей, ни на кого не смотрит.
П р о ф е с с о р. Что случилось, пан инженер?
В р о н а. Враг начинает наступление! На нашей опытной станции мы наблюдаем колорадского жука в полевых условиях, то есть естественных. Именно сейчас у нас начался его вылет из грунта. Это сигнал для всей центральной части страны. На юге это происходит несколько раньше, на севере несколько позднее. В нашей зоне мы должны объявить готовность к тревоге. Где только имеются очаги колорадского жука, следует сегодня же ожидать массового вылета насекомых. Сигнал об этом мы немедленно сообщим в Варшаву.
П р о ф е с с о р. Но ведь это же настоящий фронт! Атака, сигнализация, сводки!
В р о н а. Мы, во всяком случае, ощущаем себя солдатами, не правда ли, пан Сульма? (С улыбкой.) Только почему вы так волнуетесь на этот раз? (Профессору и Иоанне.) Разрешите представить вам одного из наших работников…
П р о ф е с с о р. Очень приятно познакомиться.
Иоанна напряженно наблюдает за Сульмой.
В р о н а. Следует отметить, что Кароль Сульма — единственный из нас, кто связан с этим домом еще с тех пор, когда здесь жили прежние владельцы Вельгорские. Он начинал здесь службу в качестве казачка. Сколько же лет прошло с тех пор, пан Сульма? Пожалуй, более тридцати? А?
Сульма молча кивает.
Да что тут скрывать! Был слугой Вельгорских. Убирал, чистил, следил за порядком и удобствами господ… Верно, пан Сульма?
С у л ь м а (после паузы, с усилием). Верно, верно… Служил и не стыжусь этого…
В р о н а. Никто не собирается стыдить вас. К тому же что было — не вернется!
С у л ь м а (взглянув на Иоанну, неожиданно сурово). Да! Что было — не вернется!
В р о н а. Теперь у гражданина Сульмы служба куда интереснее. Он лаборант и, кроме того, так сказать, комендант этого дома…
П р о ф е с с о р. Скажите пожалуйста! И как вы, гражданин Сульма, чувствуете себя в новой роли?
С у л ь м а. Слава богу… Хорошо себя чувствую.
В р о н а. Коллега Сульма является одним из тех людей, которых наше народное государство сделало независимыми от паразитического класса и призвало выполнить задачи неизмеримо более полезные, чем услужение дармоедам.
И о а н н а. Я бы хотела задать пану Сульме один вопрос… Скажите, а каких-нибудь милых воспоминаний о жизни в этом доме у вас не сохранилось?
С у л ь м а (несколько смущенно). Кое-что, конечно… Я ведь молодой был тогда… И иногда приятно вспомнить, как, например, гости к панам Вельгорским приезжали… Весело было! Пан Вельгорский дает, бывало, ключ: «Скачите-ка, Францишек, говорит, в погреб, принесите нам бутылок десять рейнского, либо токая…» По-разному приказывал.
В р о н а. Должен пояснить вам, что это воспоминания «Францишека». Имя гражданина Сульмы — Кароль, но в этом доме он тридцать лет был Францишеком.
П р о ф е с с о р. Подумать только! Пользовался псевдонимом? Очень интересно!
В р о н а. Нет, просто Вельгорского тоже звали Каролем. Разумеется, он не мог допустить, чтобы в его доме раздавалось: «Кароль, подайте к столу!» или «Кароль, приготовьте ванну!» Вот он и произвел Сульму во Францишека. Так что даже собственная жена не называла его иначе. Правда, пан Сульма?
С у л ь м а. Да что там вспоминать такую мелочь!
И о а н н а. Действительно, какие-то чудачества, ничем не примечательные.
В р о н а. Но характерные. Этого «Францишека» гражданин Сульма скинул с себя, словно чужую кожу, лишь в народной Польше. Но и по сей день иногда вскакивает, когда услышит это имя.
П р о ф е с с о р. Да, нечто символическое, второе рождение.
В р о н а. Разумеется, наша революция возвратила Сульме не только его настоящее имя, она всколыхнула его душу, его образ мышления. Он сам может рассказать вам об этом много интересного.
И о а н н а. Может быть. Только гражданин Сульма не проявляет особого желания. (Значительно глядя на Сульму.) Возможно, в другой раз, при более благоприятных обстоятельствах, да?
С у л ь м а. С вашего разрешения, я пойду, работать надо…
В р о н а. Нет, побудьте здесь. Я заказал разговор с городом, нас соединят не ранее, чем через четверть часа. Пока я покажу гостям наши лаборатории и клуб. А потом проведу в инсектарий, где вами займется уже моя ассистентка, мне, к сожалению, через два часа надо уезжать. А вернусь я только завтра вечером.
И о а н н а (живо). Как? Вы уезжаете? А куда?
В р о н а. Недалеко, в Познань.
И о а н н а. На два дня?
В р о н а. На два дня.
И о а н н а. Вот как… Что ж, пойдем знакомиться со станцией.
В р о н а (показывая в глубь лаборатории). Там нет ничего особо интересного. Обыкновенная химия. Пройдем дальше. (Сульме.) А вы, пан Сульма, посидите у телефона. Как только соединят, позовите меня, пожалуйста.