Пьесы
Шрифт:
К о н у р д ж а - б а й сидит на ковре в задумчивости.
Входит О г у л ь н и я з. Конурджа-бай не замечает жену.
К о н у р д ж а - б а й. О аллах! Что же это получается? Что за времена настали? Сын пошел против отца… Опозорил меня на всю округу! И, выходит, теперь я должен своими же руками убить родное дитя?!
О г у л ь н и я з. Отец… (Всхлипывает.)
К о н у р д ж а - б а й (не слышит). Нет, это не мой сын! Сын не поднимет руку на отца. (Замечает жену.) Что же нам делать, Огульнияз?
Огульнияз молча плачет.
Я с тобой разговариваю! Что, оглохла? Или язык проглотила? Говори, что мне делать? Ты родила этого ублюдка!
О г у л ь н и я з. Ругай меня, бей меня, отец, убей!.. Отведи на мне свою душу, но только…
К о н у р д ж а - б а й. Что «но только»?.. Что «но только»? Говорю, это ты родила такого отступника! Ты!
О г у л ь н и я з. На все воля аллаха, отец.
К о н у р д ж а - б а й. Воля аллаха, воля аллаха! Пойми, глупая баба, аллаху нет дела ни до кого из нас! Если бы аллах исправно делал свою работу там, на небесах, если бы он не был равнодушным, бессердечным слепцом, то здесь, на земле, не царила бы такая неразбериха! Мой сын Меред — мой кровный враг! Как же это так?!
О г у л ь н и я з. Он — наша плоть, отец, пойми!
К о н у р д ж а - б а й. Все, конец! Отныне при мне не произноси его имени!
О г у л ь н и я з. Как скажешь, отец.
К о н у р д ж а - б а й. Какой завтра день, Огульнияз? Кажется, пятница?
О г у л ь н и я з (считает на пальцах). Да, отец, пятница.
К о н у р д ж а - б а й. Значит, так… Слушай! Завтра, как только взойдет солнце, накиньте на голову дочери Сейитли халат и отведите ее в дом Мовляма. Ты поняла?
О г у л ь н и я з. Отец, как можно вот так, ни с того ни с сего, набросить халат на голову девушки и насильно потащить ее в чужой дом, будто скотину?!
К о н у р д ж а - б а й. Не твоего ума дело!
О г у л ь н и я з. Джерен не любит Мовляма. Она не пойдет к нему в дом. Она будет кричать!
К о н у р д ж а - б а й. Пусть кричит. А ты тащи ее волоком! Волоком тащи! За волосы!
О г у л ь н и я з. О аллах всемогущий, обрати на нас свой взор! Вмешайся в наши грешные дела! Рассуди нас и помоги, господи! (Идет к двери.)
К о н у р д ж а - б а й. Стой, хочу спросить! Как там рана этого раба? Заживает?
О г у л ь н и я з. Заживает, отец, заживает.
К о н у р д ж а - б а й. Пойди скажи ему, пусть придет сюда, он нужен мне.
О г у л ь н и я з. Скажу, отец, передам. (Выходит.)
Конурджа-бай опять погружается в раздумье. Входит А х м е д.
А х м е д. Вы звали меня, хозяин?
К о н у р д ж а - б а й. Да, проходи, Ахмед, садись. Все-таки ты свой человек, Ахмед, близкий нам. Я отругал Мовляма как следует. Он не тронет тебя больше, не бойся.
А х м е д. Да вознаградит вас аллах за вашу доброту, бай-ага!
К о н у р д ж а - б а й. Ладно, ладно, не стоит меня благодарить. Долг каждого правоверного — помогать ближним.
А х м е д. Бай-ага, я к вашим услугам. Что прикажете? Может, кальян приготовить?
К о н у р д ж а - б а й. В доме оставались книги Мереда. Надо найти их и сжечь. Где они? Ты знаешь?
А х м е д. Не знаю, бай-ага. Откуда мне знать? Клянусь аллахом…
К о н у р д ж а - б а й. А Мовлям говорит, ты знаешь. Как же так?
А х м е д. Он сказал неправду, бай-ага.
К о н у р д ж а - б а й (достает нож). Видишь это?
А х м е д. Бай-ага, я не знаю, где книги Мереда. Поверьте, мне неизвестно, куда он спрятал их.
К о н у р д ж а - б а й. Ищи и найди! Если не найдешь книги, я прирежу тебя, как овцу!
А х м е д. Пощадите, бай-ага!
К о н у р д ж а - б а й. Сам себя пощади, ничтожный раб! Или ты не хочешь жить?
А х м е д. Очень хочу, бай-ага!
К о н у р д ж а - б а й. Тогда неси книги! (Подносит острие ножа к животу Ахмеда.)
А х м е д. Меред сказал мне…
К о н у р д ж а - б а й. Книги, говорят тебе! Тащи сюда книги, хитрый раб! (Тычет нож в живот Ахмеда.)
А х м е д. Сейчас, бай-ага, сейчас. Кажется, книги зарыты за домом.
К о н у р д ж а - б а й. Ступай, принеси их! Да поживее! Ну!
Ахмед выходит и вскоре возвращается с книгами.
А х м е д. Вот они — верные друзья Мереда… Так он называл их…
К о н у р д ж а - б а й (выхватывает книги из рук Ахмеда, кидает на пол, топчет ногами). Будь проклят и Меред, и его друзья!..
А х м е д. Что вы делаете, бай-ага?! Не надо! Книги вашего сына!
К о н у р д ж а - б а й. Теперь в огонь их! Немедленно в огонь! Жги их!
А х м е д. Жечь книги?! Ведь это грех! Бай-ага, одумайтесь!
К о н у р д ж а - б а й. В огонь, я сказал тебе! В огонь их, проклятый раб! Если ты сейчас же не сожжешь книги, это сделаю я сам! А тебя отдам в руки Мовляма! Он поджарит твои пятки на костре из книг!
А х м е д. Бай-ага, побойтесь аллаха!
К о н у р д ж а - б а й (тычет острием ножа в бок Ахмеда). Сжигай! Сжигай их! Собака, сын собаки!
А х м е д. А как же это сделать, бай-ага?.. Ну, хорошо, хорошо… Я сожгу… Я брошу их в тандыр за домом. Хозяйка недавно пекла хлеб. Там остались угли…
К о н у р д ж а - б а й. Стой, скотина! Гнусный раб! Сжигай книги здесь, на моих глазах, в этом очаге! (Показывает на очаг в углу комнаты.) Облей их керосином и подожги!
А х м е д. Слушаюсь, бай-ага! Сейчас принесу керосин. (Убегает.)
К о н у р д ж а - б а й. Проклятый сын! Неверный сын! Проклятые времена!