Чтение онлайн

В-третьих, нет сомнения, что вы обогатитесь, ибо все прибывающие оттуда христиане уверят вас, что [у татар] в земле сокрыты несметные сокровища. Да и как может быть иначе? Разве они посредством дани, продажи и выкупа пленных и грабежа не истощили богатства России, Польши, Венгрии и других стран?

В-четвертых, легкость сего дела. Ведь с 40 000 пехоты и 20 000 конницы вы можете легко сие осуществить за один или самое большее два года. Да и путь туда не так труден, только двухдневный марш без воды, даже настолько удобный, что всю дорогу можно идти в боевом строю, кроме очень немногих мест, да и там нет лесов, холмов, переправ или болот.

Добавлю, что весьма опасно позволять солдатам и народу отвыкнуть от владения оружием, когда все ваши соседи столь усердно оное применяют.

Января 18-го. Боярин6 сказал мне, что если я желаю явиться к рукам их величеств, то ныне могу видеть лишь одного из них; от чего я уклонился, предпочитая лучше подождать, пока смогу увидеть обоих, – сие дабы выиграть время.

19. Шведский вестник, в чине капитана, пожаловался через своего слугу на то, что его оскорбил пристав, а затем самолично явился в приказ и принес жалобу, но получил мало удовлетворения.

22. Я узнал о недомогании младшего императора и что, болея оспою, он едва ли скоро поправится и покажется на виду. Будучи уведомлен, я поехал [во дворец] и поцеловал руку старшего императора – болезненного и немощного государя, который печально озирался. Он не сказал ничего, только боярин от его имени спросил о моем здравии и похвалил мои заслуги. Затем меня провели через оную и другую залу, где принцесса София Алексеевна восседала в кресле на возвышении в дальнем конце залы, ближе к углу по левую руку от меня. После обычных знаков почтения боярин от имени принцессы справился о моем здравии и сказал, что она жалует меня к руке, кою я, приблизившись с обычным поклоном, поцеловал. Она изволила благодарить меня за службу и повелела мне готовиться к возвращению в Киев. Когда боярин сие повторил и отошел к дальнему концу залы, я попросил принцессу учесть мое положение, ибо я человек разоренный, уже прослужил 5 лет в Киеве и прошу об отпуске на краткое время. Тем не менее мне было отвечено, что я должен собираться. <…>

Марта 17-го. Я добился оценки моего дома в 90 рублей медной монетой, кои получил на другой день. Я проехался верхом с губернатором и по его просьбе дал совет об основании нового предместья для новых стрельцов за Путивльскими воротами7.

18. Началась оттепель. Я простился с губернатором и друзьями и отбыл оттуда, сопровождаемый друзьями до обычного места. Я ехал большую часть ночи и

19. добрался до Chitivisa. Отдохнув там, я с великим трудом по очень плохой дороге прибыл в Глухов незадолго до полуночи. <…>

[Января] 18. Я ходатайствовал у боярина о моем отъезде из страны, и было велено принести прошение.

19. Я подал прошение об отпуске из страны на время и получил указ об отпуске; моя жена и дети остаются в залог в Москве.

20. Я подал прошения касательно моего годового оклада и подвод, кои было приказано выписать.

21. Обедал у м-ра Виниуса, а вечером отправился на свадьбу полковника фон дер Вейдена.

Января 23-го. Мы встретились, оценили и продали кое-что из имущества подполковника Гилда.

25. Обедал у м-ра Вулфа; стал крестным отцом сыну подполковника Лефорта Даниэлю; пытался помирить полковников фон Менгдена и Россворма, но тщетно.

Получил указы о выдаче моего годового оклада и дабы моя жена оставалась в Киеве.

26. Был у рук их величеств и получил чарку водки из рук младшего, с повелением от него скоро возвращаться.

27. Я был у руки принцессы, которая велела мне скоро возвращаться и привезти с собою хотя бы одного из моих сыновей.

28. Я ездил в Черную Грязь8 и простился с боярином, который просил меня скоро возвращаться, не губить его – моего ручателя и писать к нему с каждой почтой9.

Я простился с генерал-лейтенантом Трауэрнихтом, полковником Шилом и многими другими.

Января 29-го. Я написал к генерал-лейтенанту Драммонду и м-ру Мевереллу по почте в конверте м-ра Вулфа, уведомляя их о моем отпуске и отъезде из Москвы на следующий день, а г.-л. – о моей сделке с м-ром Куком: поскольку обмен был невозможен, я отдал деньги м-ру Вулфу для перевода из Архангельска, надеясь сделать это на десять процентов лучше, чем ныне.

Я обедал с м-ром Бутенантом и многими другими, а затем в городе простился с государственным секретарем и м-ром Виниусом, от коих получил устное поручение по приказу главного министра государства касательно дел их величеств. <…>

Сентября 9-го. Я был в городе и делал визиты ближайшим боярам.

10. Я поехал в Черную Грязь к б. кн. Вас. Вас., обедал с ним, а после обеда имел долгий разговор, однако ничего о продолжении войны, только о моем путешествии и моих делах. Затем мы ездили на охоту, и я распрощался в поле.

11–12. Дома.

Я написал ко графу Мидлтону, м-ру Мев[ереллу], сэру Пит[еру] Уичу и м-ру Фрэйзеру.

13. Я был в городе и должен был подойти к рукам императоров, с каковой целью долго прождал наверху. По приходе домой м-р Мюнтер принес мне королевскую грамоту к царям в мою пользу11.

14. Королевская грамота была доставлена голландским резидентом м-ром ван Келлером, коему была рекомендована голл. послом в Лондоне, м-ром Ситтерсом.

Я был у рук царей, кои спросили только о моем здравии через одного боярина. Когда меня подвели к руке принцессы, она сказала: «Да вознаградит тебя Бог за то, что ты сдержал слово».

15. Королевская грамота была переведена немцем, который лишь немного понимает по-английски.

Октября 24-го. Я обедал у генерал-майора Бильца.

25. Я подготовил более обширный протест, куда вставил многое из ненаписанного в предыдущем12.