Чтение онлайн

Пифагор сидел молча.

– И что это значит? – спросил Тео у своей немного потолстевшей копии.

– Это значит, что пора домой, мой дорогой собрат по несчастью. Или счастью. С вещами на выход, моя драгоценная копия! Нас ждут великие дела!

– Как это – пора? Я же сейчас сплю на Самосе! А что же тогда будет с моим телом? И что вообще будет? Как ты себе это все представляешь?

– Твоя личная параллельная ветка времени тут, в прошлом, на Самосе, на этом заканчивается, мой дорогой Ученик, – прервал молчание Пифагор, – ты вернешься в свою основную ветку времени, как и твой балансировочный антипод Алкей.

– А что будет с миром, со вселенной? Как это – заканчивается моя личная параллельная ветка? А ваша? А других людей, всего мира? Разве может быть личная параллельная ветка времени кого-то одного?

– Ну что ты? Этот мир слишком мудро устроен, и поэтому он весьма удобный и гибкий для «продвинутых пользователей» типа нас. Да, можно создать отдельную, параллельную ветку времени для конкретного человека и при этом не вовлекать в нее весь мир, а просто встроить ее в существующий основной поток времени остального окружающего мира. Таким образом, если прекратится твоя ветка, это не отобразится на судьбе никого другого в этом мире. А то представь – живут все люди, животные, рыбы и так далее. И вот создалась твоя параллельная ветка времени. И что теперь – закрываем твое существование тут, и все, – всем остальным живущим тоже исчезнуть? Нет, дорогой мой, архитектура мироздания устроена гораздо более гибко и гармонично. На внешнем и окружающем мире твое возвращение почти не отразится.

– А как же парадокс внука, убивающего дедушку? Или парадокс взмаха крыльев бабочки?

– Так это же придумали в кино. Те, кто не понимает природы этих явлений и процессов. Временная ветка мироздания слишком мощная, чтобы давать кому-либо в нее вмешиваться глобально.

Тео задумался.

– А можно, пока моя личность разделена и у меня есть возможность поговорить с моей более умной и продвинутой копией, я хоть немного у нее спрошу то, что для меня важно?

– Валяй! – уже дружелюбно ответил «пуфик». – Хотя, строго говоря, мы оба с тобой – копии. Наш оригинал там, сидит в машине с закрытыми глазами и с алкогольным перегаром, от которого краска на машине сворачивается. За твой месяц тут и мои долгие годы там, в основной ветке времени, внутри нашей синенькой машинки, прошел всего один миг. И тот пьяный мешок с мясом, маринованный в алкоголе, все еще там спит за рулем, и он все еще дремучий самовлюбленный негодяй.

– Скажи с твоей сегодняшней высоты, что в нашей жизни было самым лучшим, самым важным? – спросил Тео.

«Пуфик» на минуту задумался, потом сказал:

– Помнишь известный анекдот: «Сарочка, запомни: молодой, умный, богатый и щедрый – это 4 разных человека!» Вот так же и в твоем вопросе. Самое лучшее – это Елена. Она была всегда тем, что не давало тебе окончательно скатиться в грязь. Это был тот твой друг, про которого можно смело сказать, что это твое богатство. Про нее тебе можно совершенно честно сказать: «Я не знаю, как бы я жил, если бы ее не встретил». А самое важное в нашей жизни – совершенно очевидно – наша встреча с Учителем. О нашем Божественном Пифагоре можно также сказать: «Я не знаю, как бы я жил, если бы не встретил Учителя». И это тоже очевидно.

– Слушай, но так нельзя! Я столько бы хотел с тобой обсудить – всю нашу прошлую жизнь, родителей, друзей, школу, университет! Ведь на свете нет никого, кто все знал бы обо мне так же, как ты!

– Так, прекратили вечер встречи! Захочешь поговорить – поговори сам с собой. У зеркала, на улице, в ванной, в парке на скамейке. С большой долей вероятности, у тебя могут выйти вполне интересные и содержательные беседы. И я вполне допускаю, что я и буду твоим собеседником, которого ты примешь за свое подсознание (хотя, в чем разница?). Нам пора, Золушка, и часы вот-вот пробьют полночь, а наша с тобой карета превратится в тыкву!

– А как же я буду получать указания, что и когда мне делать? Как я вообще смогу пообщаться с Наставниками?

– Задай себе вечером вопрос, прямо перед самым сном. Только точно и четко поставь сам вопрос. Повтори его пару раз, чтобы запомнить, и чтобы он засел в твоем сознании. По идее, утром ты будешь знать ответ. Но скажу тебе – иногда у меня получается задавать вопросы и получать ответы без перерыва на сон. Если не будешь загрязнять свои мысли грязной грязью, – ответил ему «пуфик» с намеренной удвоенной тавтологией, в любимом стиле Тео.

– Погоди! Дай мне один главный совет – на что мне больше всего нужно обращать внимание?

– Я тебе дам даже два совета. Первое: всегда следи за своим поведением и речью. Прежде чем что-то сказать, остановись и подумай: будет ли лучше от того, что ты это скажешь? Если нет, то промолчи. Перед тем, как выпить, подумай, стоит ли это пить? Если что-то внутри говорит, что уже хватит – значит, остановись. Всегда старайся быть спокойнее и добрее. Это важно, и тебе постоянно следует за этим следить.

Второе: каждый раз, когда решаешь, как поступить, в любой ситуации, всегда проверяй себя на то, чему ты отдаешь наибольший приоритет в данный момент? Деньги? Удовольствие? Комфорт? Любимый человек? Твоя миссия? Как только ты для себя в голове честно расставишь приоритеты – так сразу и будет понятно, что делать и как поступать. Когда человек кого-то убивает из-за наживы – приоритет денег или власти в данный момент для него выше морального принципа «не убей». Выбор поступков и действий – это всегда, в первую очередь, выбор приоритетов. Помни об этом и следи за этим.

– Учитель! А как же вы? Увижу ли я вас когда-нибудь еще раз?

– Кто знает, Тео? Кто знает? – загадочно улыбаясь, ответил Пифагор.

– Но как же я могу вам выразить все, что вы для меня значите? Как же…

– Твои будущие действия всегда важнее любых слов, – улыбаясь, ответил Учитель. Но в этот раз в его улыбке было что-то грустное, чего Тео раньше не замечал.

В эту минуту, видимо, как и у Золушки, часы, наверное, пробили полночь, или что-то другое, но все вокруг стало исчезать и чернеть. Выглядело так, как будто кто-то невидимой резинкой стирал абсолютно все вокруг – мир и все наполняющие его предметы переставали существовать и исчезали, все превращалось в бесконечную пустоту, залитую золотистым светом.

И самое интересное – Тео в этой пустоте никуда не падал. Он находился на месте, как будто висел в воздухе, а вся пустота образовывалась вокруг него во всех видимых направлениях.

Путь домой.

Ранним утром синяя БМВ ехала по пустынной улице, не обращая внимания на цвета огней светофоров и не замечая никого вокруг себя. Если бы кто-то в это время стоял на тротуаре и увидел эту машину, то он бы наверняка вскрикнул от того, что эта синенькая машинка вот-вот со всего маху сделает больно и себе и своему хозяину. Но за несколько мгновений до беды спящий водитель вдруг открыл глаза и со всей силы нажал на тормоз и потянул руль влево. Машина с сильным свистом остановилась и развернулась вокруг своей оси посреди проезжей части. Ее водитель посмотрел вокруг себя удивленным и радостным взглядом, подождал немного, отпустил тормоз и аккуратно тронулся с места.