Чтение онлайн

Тремезианский пояс, система Лукреции, планета Цандер

Неделю отпуска я использовал со смыслом. Я спал, справедливо рассудив, что спать — дело благородное. По-моему, спать даже благороднее, чем жрать. Когда человек спит, он не успевает напороть херни, что неминуемо случается во время бодрствования.

Кроме того, мужчине спать выгодно. Моя мама утверждала, что все мужчины красивые, когда спят. «Даже Костя» — имея в виду папеньку.

Дню так к третьему я подумал основать Орден Свиньи, так как свинья — животное на редкость благородное. Жрать и спать — наше все! А к пятому дню я вошел во вкус настолько, что Орден Свиньи трансформировался в Орден Змеи.

«Змея еще благороднее, — думалось мне, — она даже ходит лежа!»

Я спал, дрых и мой разум. Ницше в свое время отмечал, что сон разума рождает угрёбищ (я ничего не напутал?). Наблюдения через мой личный прицел эту мысль частично подтверждают. Резкое пробуждение к трудовым будням было чудовищным!

Наступило утро. Если мне не изменяет память, была среда. На экране интеркома имелось текстовое сообщение: пилоту второго класса Румянцеву прибыть в инструктажную для получения наряда на работу.

Подавив приступ ненависти, в ходе которого я рисковал угробить интерком и кучу другого казенного имущества, а также нахамить невинным людям, я встал, умылся, побрился, надел комбинезон и ушел.

Инструктажная, столовая, ангар на палубе Б.

— Как я рад тебя видеть! Успел соскучиться! — поприветствовал меня бригадир Рио, который поджидал весь наш интернациональный коллектив.

— Ты только не подумай, что это взаимно, Хуан, — заверил его я.

В ангаре царил обычный малоинтимный полумрак. Шпангоуты отбрасывали на переборки короткие, жидкие тени, а флуггеры и прочая техника — длинные, но тоже жидкие. С одной из «Андромед» упражнялась группа техников, вытворяя нечто непотребное. Борт был раскурочен, рядом валялись осиротевшие приемники грузовых модулей. Сыпались искры, визжали резаки, воняло горелым.

— Скажи мне, мудрейший, — обратился я к бригадиру, — что они делают с еропланом? Что за невозможно огромная конструкция в грузовом отсеке?

— Андрей, я не силен в русском жаргоне. Что такое «еро… план»?

— Ероплан это флуггер, Хуанито.

— Мне почем знать? У них и спроси, — ответил Рио и пожал плечами.

Я собрался было последовать совету, когда понял, что знаю ответ на свой вопрос. Я ведь совсем недавно на этот счет рассуждал!

В багажнике монтировали реактор. А заодно стрельбовые накопители, коммуникации и систему охлаждения. Симфонично моим мыслям прополз погрузчик, платформу которого занимала здоровая двухствольная башня. Обтекатели были временно сняты, но я узнал ее без труда: СТ-10G-2. Стандартный модуль конверсии С-95 «Андромеда» в G-95KS с лазерпушками фирмы «Виккерс». Из транспорта делали канонерку.

Я моментально все вспомнил: советы Тосанена, пьяную лекцию Комачо, дельные мысли Фурдика. Вспомнил и похолодел. То есть еще не испугался, но мутный осадок из трансцендентных глубин подсознания уже всплыл.

Когда бригада собралась и ее упаковали в скафандры, Рио внес ясность, так что предчувствия утратили заметный кусок интуитивности.

— Ребята, задание мы все получили. Работа типовая. Летим в АД-186, собираем груз титанировой руды с вышек в секторе 15-84-7. Предупреждаю, с Фтии поступила информация: был радарный контакт с группой неопознанных флуггеров. Насколько я понимаю, случай не единичный. Неопознанный борт в нашем случае означает одно: активизацию незаконных бандформирований. Проще говоря, пираты проснулись…

При этих его словах я огляделся, надеясь уловить реакцию своих коллег. Те, однако, ни одним движением не выдавали своего беспокойства.

Между тем Рио продолжал:

— …Может быть и нет, но я перестраховался. По моему письменному запросу паром принимает два истребителя эскорта из состава сил безопасности концерна. Люди вы опытные, но всё же: не зевать, следить за радаром. Как только увидите метку, не отвечающую на запрос «свой-чужой», сразу бегите и вызывайте эскорт. Специфика работы такая, что летать нам приходится в одиночку на своих участках, к каждому истребитель не прикрепишь. Истребители будут барражировать в зоне ожидания парома. Особое внимание к концу смены. Пиратам легче взять нас тепленькими с грузом руды, чем воровать ее с каждой вышки в отдельности. Перед вылетом протестируйте станции защиты хвоста и, конечно, все консоли с ракетами. Как обычно, для самообороны мы принимаем по два блока «Шершней». Повторяю, самостоятельно в драку не лезьте. Нештатные ситуации решает эскорт! У меня все. Вопросы есть? Вопросов нет. По машинам! — И он бодро захлопал в ладоши. Армированный халкопон издал глухой траурный звук.

Нештатная ситуация случилась прямо в ангаре.

— Официально заявляю: я отказываюсь идти в вылет с неисправной консолью! — орал Рауль Хуарес из кабины. Одна из бронестеклянных «форточек» была открыта, лицевая маска шлема откинута, лицо злое и решительное. — Рио! Почему техники в ус не дуют?! Я подам докладную!

— Бригадир, ну скажи ему, а! — Возмущался Пьер Валье. — Тридцать восьмой борт, у него обычная проблема: глючит датчик! Якобы нет контакта на консоли. А он есть!

— Пьер, забирайся в кабину и лети вместо меня! Давай забирайся! Задолбали!

— Да, Пьер, — поддавал жару Рио, — почему не заменили датчик? Почему пилот должен гадать, полетит у него ракета, или нет?! Ты дождешься! Я прямо сейчас накатаю телегу в офис! Р-распустились совсем! Курят всякую дрянь на рабочем месте, понимаешь! Вот оставят без премиальных да штраф накрутят, тогда…

— Что?! Что?! — Пьер на глазах разъярялся. — Я тут при чем? Я уже полгода говорю: там в парсере ошибка обработки сигнала! Надо программное обеспечение переустанавливать! Я его буду ставить? Я?! Откуда я его возьму? Я уже двадцать раз вызывал информационный отдел! Там же лицензия стоит! С паролями! Как я туда залезу?! А они не идут! Вот на них и стучи!

— Ничего не знаю, все должно работать!!!

— Я тебе больше скажу! Почему парсер глючит, а? Ты знаешь, кто в нем ковырялся? А я знаю! Хуарес! Он же на вахте постоянно свой планшет к парсеру подключает! У него там нештатный разъем! Ты у него спроси! Давай-давай! А потом катай свою докладную, я только за!

— Я никуда не лечу! Всё!

Полетел. Полетел как миленький. Накричался, посчитал чистый оклад без премиальных за смену и полетел!

И — обошлось. Никаких пиратов. Прилетели, забрали титанир, улетели.