Чтение онлайн

Пока оказывали медицинскую помощь, вышедший на смену Шувалов подъехал к скамейке воды попить. К нему подъезжает черноволосый кудрявый соперник. Наш Виктор даёт тому флягу с водой:

– Хлебай, Леута.

– ВиктОр, я уже стал забывать своё прозвище.

– Как там наш дружбан Женишек? Не собирается в Москву?

– Его и там неплохо кормят. Ты же знаешь из какой он семьи. Я вот тоже жалею что уехал. Не любят нас здесь…

– А где вас любят…

Шувалов, смеясь, нарочно матерился, говоря об отличительных чертах древнего народа. Ему было забавно наблюдать как морщится его интеллигентный бывший партнёр, и бормочет: "Фу, Витенька, даже Москва не построила вам правильное поведение. Не ведите себя как последний гой."

Я знал по прошлой жизни этого великого тренера воскресенского "Химика". Николай Эпштейн дал нашему хоккею Александра Рагулина, Валерия Каменского, Игоря Ларионова и сотни других хороших игроков.

Вбрасывание. Мы отбили атаку соперника и диагональ Виноградова родила выход Боброва с Шуваловым на одного защитника. Перепасовка предсказуемо завершилась голом Боброва. 0:2. В нашу пользу.

И снова бобровцы. Шувалов собрал вокруг себя двоих, и отдал Боброву на выход. Тот на скорости объехал защитника, и не сближаясь бросил над плечом вратаря. 0:3.

– Бо-бёр, Бо-бёр, Бо-бёр! – орут трибуны. Уходим на перерыв.

Фантазии у болел маловато. Зато голов на поле много. Уж лучше так.

Сталин не пришёл в раздевалку. Он на трибунах с киношниками и иностранцами. Документальный фильм снимают про Нормандию-Неман. Вася Красный любит покрасоваться перед зрителями. Коротков выставил меня за дверь раздевалки, чтобы не проспать приход начальства. Так я вместе с милиционером и простоял весь перерыв. Колобок на тренировке, Пилюля в госпитале. Но, в "Праге" обещали быть. От Короткова перед матчем узнал, что среди приглашённых на банкет оказалась начинающая певица исполнявшая песню "Вальс" в спектакле "Вас вызывает Таймыр". Её она и на банкете споёт.

Вот так вот экспромтом и пополняется наша концертная программа.

Во втором периоде мы дожали "Локомотив". Сначала Бобров из-за ворот в угол затолкал. Потом Шувалов точно бросил. А затем Тихонов подправил в ворота бросок Бекяшева. 0:6. Боброва на третий период сменил Викторов. "Локомотив" пробовал огрызнуться. Их молодой защитник Рогов (которого как футболиста Джеджелава уже пригласил в защиту нашего ВВС) даже убегал один на один. Но, Пучков, хладнокровно парировал бросок. Отметились голами наши Шувалов, Котов и последним Бекяшев. Этот артист обвёл защитника и выехавшего вратаря. Встал на ленточке спиной к воротам и протолкнул себе между коньков в ворота. 0:9.

Сталин был доволен, но в раздевалку не пошёл, повёз французов на аэродром.

Бывший ресторан "Прага". Именно сюда герой "Двенадцати стульев" Киса Воробьянинов водил комсомолку Лизу обедать. Сейчас это ведомственная столовая НКВД. Ресторан здесь, как сообщил Короткову заведующий, планируют открыть через несколько лет. После реконструкции с помощью Метростроя. Сейчас из окошка бывшего ресторана торгуют пирожками.

Не удивлюсь, если в том моём времени, начнут торговать шаурмой.

Расселись. Первый тост за Иосифа Виссарионовича Сталина. Второй – за команду ВВС.

Да куда же гонят так? А иностранцы в театр отбывают…

Третий тост – за молодого талантливого вратаря Николая Пучкова. Тут Коротков кивает мне, беру у него бумажку с именем певицы. Включаю в себе интонацию маэстро Каца, и объявляю:

– Сейчас, перед выступлением местного оркестра, мы попытаемся всех развлечь нашими песнями. Первой выступает начинающая певица Майя Кристалинская. Она мечтает поступить в авиационный институт и вместе с советским народом делать лучшие в мире самолёты.

После последовавших аплодисментов вышла стройная черноволосая девушка. И, объявила себя:

– Музыка Эдуарда Колмановского, слова Александра Галича, "Вальс". [18]

Народ хлопает. Анечка громче всех. Объявляю следующего:

– Василий Колобков. Хавбек футбольного клуба "ВВС". Исполнит песню, (провожу рукой в сторону столика Сталина и Кожедуба) которую самолёт поёт про вас, наши героические лётчики…

А, чё, не подмажешь – не поедешь!

Вася выкладывается на все сто. Молоток, как говорит Изотов.

– Следующая наша исполнительница – Афанасьева Аня, медсестра из нашего госпиталя. Она мечтает стать врачом. Поддержим девушку, товарищи…

Хлопают не только наши, но и компании, пришедшие за другие столики. Подруга с чувством поёт "Зорьку алую", глядя на сидящего меня перед сценой. Бурные аплодисменты. Тут, наш генерал, встаёт, подходит к оркестру и что-то говорит руководителю. Тот кивает. Сталин двигает меня от микрофона и машет рукой музыканту… [19]

Постепенно весь зал начинает подпевать. С последними аккордами – аплодисменты переходящие в овацию.

Сложно выступать после такого драйва.

– Песня для тебя – моя команда. – объявляю себя, настроив гитару. Пою "Трус не играет в хоккей". Хлопают нормально так.

На эстраду выходит местный оркестр. Довольный Сталин машет мне, мол иди сюда, милок.

Язык за зубами держи, дурында, – шепчет мне внутренний голос.

Знакомлюсь с Кожедубом. Генерал машет на трижды Героя Советского Союза, и спрашивает у меня: