Чтение онлайн

Бен Эзра сокрушенно покачал головой.

— Как грустно. И как глупо. — Он посмотрел на американцев. — Суть дела может быть выражена в нескольких строчках. И пока мы тут расстраиваемся из-за этих новостей, они у нас под носом, тихо, так, чтобы никто и не заметил — похитят весь мир.

В ресторан «Таитянский пляж» Юсеф вошел через дверь, находящуюся со стороны дороги. Он был в черном пиджаке, белой рубашке и галстуке. Проталкиваясь среди полуголых мужчин и женщин, только что пришедших с пляжа, он искал себе место. Прищурившись, он оглядывался вокруг в поисках столика. Через мгновение он увидел Жака, сидящего рядом с баром, оплетенным зеленью, и ведущего серьезный разговор с симпатичным чернокожим юношей.

Как только на собеседников упала тень Юсефа, Жак сразу же взглянул на него.

— Юсеф, — вставая, обратился он к нему по-французски. — Какой приятный сюрприз. А мы вас и не ждали.

Юсеф не ответил на его улыбку.

— Не сомневаюсь, — холодно сказал он. — Скажи своему дружку, чтобы он убирался.

Жак помрачнел.

— Какое вы имеете право...

Юсеф не дал ему окончить фразу.

— Потому что я твой хозяин, ты, подонок! — рявкнул он. — Пусть он уносит ноги или я отправлю тебя обратно в то парижское дерьмо, откуда я тебя вытащил! И будешь услаждать туристов по десять франков за сеанс!

Чернокожий встал, и его мускулы напряглись, когда он сжал кулаки.

— Хочешь, я его вышвырну ради тебя, Жак?

Юсеф не отрывал взгляда от Жака. Тот опустил глаза.

— Я думаю, тебе лучше уйти, Жерар. — Он не смотрел на негра.

Жерар презрительно скривил губы.

— Сосунок! — выплюнул он в Жака, поворачиваясь к нему спиной. Опустившись на песок в нескольких футах от них, он прикрыл глаза рукой, явно давая понять, что не собирается обращать на них внимания.

К Юсефу, присевшему на стул, освобожденный негром, подошел официант.

— Месье?

— Кока-колу со льдом. — Он повернулся к Жаку, подавленно сидевшему рядом. — Где она?

Жак не смотрел на него.

— Какого черта... откуда я знаю? — мрачно ответил он. — Я ее ждал тут на пляже больше двух часов.

— Ты обязан знать! — гневно выдохнул Юсеф. — Иначе какого дьявола я плачу тебе столько денег? Чтобы ты трахался на пляже с негритятами?

Официант принес кока-колу и удалился. Схватив стакан, Юсеф жадно опустошил его.

— Ты был с ней прошлой ночью? — спросил он.

— Да.

— А снимки? Ты их сделал?

— А как я мог? — задал Жак встречный вопрос. — Она и не входила в номер. Она бросила меня в дискотеке в три часа и сказала, чтобы сегодня в полдень я ждал ее на пляже.

— И ты всю ночь провел с этим черным?

— Что еще мне оставалось делать"? — агрессивно ответил Жак. — Беречь себя для нее?

Юсеф вынул из внутреннего кармана пиджака новый золотой портсигар. Медленно открыв его, он внимательно выбрал сигарету. Постучал ею о крышку портсигара.

— Ты не очень умен, — сказал он, зажав сигарету в губах и раскуривая ее. — Совсем не умен.

Жак смотрел на него.

— Но как я мог делать снимки, если она даже не заходила в номер? Ни на секунду. Куда нам пойти, всегда решает она. — Поверх плеча Юсефа он посмотрел на море. — А вот она и прибывает.

Юсеф повернулся. Вынырнувший из открытого моря, к берегу подходил внушительный корпус «Сан Марко». Запустив руку в карман пиджака, Юсеф бросил на стол перед Жаком ключ.

— Я зарезервировал тебе номер в «Вавилоне». Вся аппаратура на месте. Комната подключена к системе подслушивания, а рядом фотограф будет ждать, чтобы ты его впустил. Затащи ее туда. Меня не интересует, как ты это сделаешь, но она должна оказаться там. У тебя осталась только одна ночь.

Жак удивленно смотрел на него.

— Что за спешка?

— У меня в кармане телеграмма от ее мужа. Завтра днем он прибывает на своем самолете из Калифорнии.

— Что если она не захочет остаться? Что мне тогда делать, лупить ее по башке? Если она, как и прошлой ночью, решит в три ночи возвращаться на «Сан Марко», чтобы идти в Канн?

Встав, Юсеф посмотрел на Жака сверху вниз.

— Я позабочусь, чтобы на «Сан-Марко» обнаружились неполадки с двигателем. Остальное за тобой. — Из-за плеча он бросил взгляд на море. «Сан-Марко» медленно двигался вдоль пляжа. — Спускайся к воде, любовничек, — саркастически сказал он, — и помоги леди выйти на берег.

Жак молча встал и направился к пляжу. Мгновение Юсеф наблюдал за ним, затем, повернувшись, прошел через ресторан к дороге, на которой он оставил свою машину.

Заняв место за рулем, он еще посидел с минуту, прежде чем включить зажигание. Если бы только Иордана не относилась к нему с такой ненавистью. Тогда ничего не понадобилось бы. Но он знал, сколько раз она пыталась настроить Бадра против него, потому что ей не нравились их отношения. И, кроме того, он был всего лишь служащим, в то время как она — жена босса. И если дело дойдет до прямого столкновения, не было сомнений, кто выйдет из него победителем. Она может выиграть, не шевельнув и пальцем. Но если сегодня вечером Жак добьется своего, этого никогда не произойдет. Угроза, что Бадр увидит доказательства ее неверности, заставит ее успокоиться. Юсеф знал, что лучшим союзником может быть поверженный враг.

Когда рев двигателей стал неясным бормотанием, Иордана открыла глаза и посмотрела на часы. Из Канн они вышли сорок минут назад. По шоссе с его движением она добиралась бы часа полтора. Сейчас она не только сэкономила время, но, так как море было спокойным, успела по дороге вздремнуть.

Сев, она потянулась за лифчиком от бикини и рубашкой. Нащупывая застежку, она окинула себя взглядом. Груди были такими же загорелыми, как и все тело, отливавшее золотисто-коричневым, а соски сменили свой нежно-розовый цвет на коричневатый. Она была довольна собой. Груди ее были все так же крепки. Она еще не стала оплывать, как многие женщины ее возраста.

Инстинктивно она бросила косой взгляд, чтобы убедиться, как два матроса на мостике судна глазеют на нее. Они сразу же отвели глаза, но Иордана не сомневалась, что они смотрят на нее в зеркало заднего вида. Она улыбнулась про себя. Поддразнивая их, она подняла груди в ладонях так, что отвердели соски. Затем застегнула лифчик.

Рядом оказалась гребная шлюпка с двумя девушками в одних плавках. Они смотрели на семидесятитысячного «Сан Марко» с любопытством и нескрываемой надеждой.

Увидев на борту пассажирку, они разочарованно переглянулись, и она снова улыбнулась про себя. Все было столь очевидно. Шлюпка медленно удалялась.